Пепел лжи

В мире, полном супергероев и суперзлодеев, ваша суперсила — это здравый смысл, и она удивительно эффективна.       Парень задумчиво изучает надпись перед собой и мысленно исправляет первую часть высказывания на всего одно короткое слово — «людей». Люди лгут, предают, вредят, убивают. И не важно, маги, сквибы или магглы. Способности к магии на это никак не влияют. Как ни как, все зависит не от инструмента, а от того, кто его направляет и как именно. Ведь это не палочка сделала Волан-де-Морта тем, кто он есть. Она лишь избрала его когда-то давно и преданно служит хозяину. Точно так же как ее сестра служит самому Гарри.       Парень усмехается, не обращая внимания на то, как две первокурсницы, заметив это, почти мгновенно исчезли в направлении своих спален. В некогда шумной гостиной было предельно тихо и поднимать гвалт никто не спешил. Потому что Поттер изменился и это повлияло на всех. Сейчас львята видели перед собой мантикору и пытались понять, что с этим открытием делать дальше, потому как, очевидно, обратные метаморфозы не планировались. Более того: того человека, каким они знали надежду Магической Британии, судя по всему, никогда не существовало.       И это на самом деле так. Сколько ему было, когда пришлось резко повзрослеть? Шесть? Нет, наверное, почти семь. Тогда началась школа, а дети могут быть жестоки, что ни говори. И, когда в классе сама собой выстроилась иерархия, Гарри сам того не поняв, оказался в самом хвосте пищевой цепочки. Тем, кого остальные решили переломать первым. Верно, летом, после окончания первого класса. Тогда он осознал, что если не поможет себе сам, то не поможет никто, а ещё то, что свои силы и знания нужно скрывать. Рон с Гермионой на поверку оказались такими же. Как и близнецы, как и Невилл. Теперь, когда дальнейшее существование в подобном лживом тумане принесет только больше вреда, настало время немного развеять его. Поэтому он сейчас здесь и открыто демонстрирует настоящее отношение к ситуации.       Первыми свою позицию демонстрируют близнецы Уизли. Улыбаются, отвешивают поклон и садятся у него в ногах, словно шуты. Вот только никто не обманывается. Эти двое балагуров предельно серьёзны. За спинкой кресла стоят советники: Рон и Гермиона. И все прекрасно понимают, что в новой иерархии осталось не так много вакантных позиций, но никто не рискует. Потому что знают, что их попросту не примут на эти роли. Джинни делает шаг вперёд, а затем скользит к Рону. Умная девочка, прекрасно понимает, что теперь, когда их познакомили с реалиями жизни, все будет иначе. И детские мечты, влюбленности и матримониальные планы мамы стоит оставить в стороне. Сейчас это всё лишь помешает. Невилл также идёт за спину. Ферзь, слоны, кони и ладьи. Вот только это не обычная партия, а магическая. Притом, особая. Та, в которой харизма и знания игрока помогают ему переманить на свою сторону тех, кто должен был стать его врагами.       Гарри скользит рукой к бинтам, выглядывающим из-за расстёгнутого воротника рубашки, и легко касается их кончиками пальцев. Фоукс постарался на славу и, тем не менее, боль и слабость вынудили носить пропитанную зельем повязку. Улыбка на его губах играет совсем не такая, какую можно было бы ожидать от ребенка его возраста, однако, большинство присутствующих чувствуют, что за тем, кто вырастет из такого Поттера, можно будет пойти. Тем не менее, пока они предпочитают выждать момент. Не хотят рисковать. И этот их выбор они делают осознанно, поэтому мальчик их не винит. Зато, он всерьёз задумывается о том, что ему стоит изменить в первую очередь. Например, что стоит самому заняться обучением защите от темных искусств. Потому что третий год, как он притворяется, что все в рамках нормы и исправно отслеживается в Больничном крыле. В то время как остальные студенты туда подпадают всего по трем причинам: сезонное заболевание, неаккуратнось на зельях и квиддич. О, как он мог забыть, стычки между факультетами…        — Давайте договоримся сразу… — Гарри наклонился вперёд, упираясь локтями в колени и устраивая подбородок на сцепленных пальцах. — Гриффиндор больше не провоцирует конфликты. Ни со Слизерином, ни с каким либо другим факультетом. Однако я не буду против, если это будет ответный выпад. Условий всего два: учитесь сдержанности и не попадайтесь. А ещё, постарайтесь зарабатывать баллы для факультета своими мозгами и навыками. Попустительство директора не будет длиться вечно.       В рядах собравшихся наметилось небольшое шевеление и вперёд протолкнулся один из второкурсников. Его пытался удержать сокурсник, но не вышло. Пятый, шестой и седьмой курсы самоустранились, соглашаясь с тем, что уже сказал Поттер. Вечная грызня надоела всем и всё больше мешалась. А вот новички к этой мысли ещё не пришли. Под прищурами близнецов первые ряды инстинктивно подались назад. Расхрабрившийся малец на это внимания не обратил. Зря…        — Кто сказал, что ты тут главный? — Гарри выпрямился и улыбнулся. Легко, дружелюбно. Вот только глаза так и остались двумя холодными изумрудами.        — Вопрос интересный… Я бы даже сказал, правильный. Давай размышлять вместе… — Он поднялся на ноги одним слитным движением и направился к камину. — Седьмой курс выпустился, им до этого дела нет. Как и шестому, у них совсем скоро ЖАБА. Нынешний пятый курс возглавляют Фред и Джордж, а единственный, кто может их притормозить — я, лидер третьего курса. Четвертый курс станет пятым и их будет ждать СОВ. Так что им тоже не до склок. И у нас остаётесь вы, второй курс, первый, а также те, кто поступит в следующем году. Сил и знаний у меня хватит, поверь. Тем более, что я предлагаю не только слушаться меня, но и получить определенную выгоду. Я предлагаю защиту. Мы поможем с учебой, прикроем перед преподавателями, защитим от других факультетов, а взамен требуется желание учиться и соблюдение правил. Просто, не правда ли? Тем более, что вы всегда можете оспорить мое лидерство на дуэли…        — И как вы будете следить за соблюдением соглашения? — Включились в беседу первокурсники.        — Магический контракт. Причем его действие будет распространяться и на меня в том числе. Вы ведь слышали про контракт объединения? Или мне нужно рассказать?        — Я слышала. — Подаёт голос шестикурсница. — Все входящие в группу лица равны, но есть лидер. Он назначает наказание, создаёт условия для развития участников и может делегировать полномочия другому члену группы при надобности. В остальном все равны.        — Верно. — Кивает в ответ Рон.        — А если мы не захотим вступать? Или решим выйти?        — Те кто выйдут — лишатся поддержки и не смогут кому-либо рассказать о группе. Клятва не позволит. А вот для тех, кто воздержится будут действовать законы леса. — Такую жёсткую усмешку у Гермионы видели впервые. — Каждый сам за себя. Впрочем, вы всегда сможете вступить. Соответствующий договор с определенными печатями будет на доске факультета уже завтра. Настоятельно рекомендую подумать и сделать свой выбор до отъезда из Хогвартса. Ах да, те, кто захочет остаться в группе и после выпуска, смогут это сделать.

***

      Контракт и правда появился уже на утро. Группа «Мантикоры» получала все плюсы, ранее описанные Поттером и ещё немного сверху, взамен добавилось несколько правил. Однако… Количество студентов в списке постепенно росло. Первыми вписался весь третий курс, за ним пятый и шестой. Потом потянулся первый. На третий день, заметив улучшение, вписались семикурсники. Скорее из спортивного интереса и, тем не менее, это стало последней каплей. К выходным на факультете осталось всего три ученика, которые решили, что не хотят никуда вступать. Свое мнение они изменили уже через неделю, когда поняли, что с остальными студентами факультета связываться не спешат, зато на них отыгрываются по полной. Быть козлами отпущения мальчишкам не понравилось и факультет полным составом вошёл в список.       Для окружающих перемены тоже оказались заметны. Однако, пока информация была конфиденциальна. Попытки разговорить знакомых гриффиндорцев внезапно наткнулись на стену. Впрочем, только до тех пор, пока остальные факультеты не выдвинули парламентеров. Правда и этим троим пришлось потрудиться. Во-первых, внезапно оказалось, что пароль Алой гостиной сменился и никто не спешит его сообщать. Во-вторых, и без того изменившиеся грифы внутри гостиной вели себя ещё более странно. Такой дикий сплав качеств разных факультетов посетители видели впервые. У алознаменных появился лидер, как у Слизерина, они помогали друг другу, как студенты Пуффендуя и при этом учились едва ли не усерднее когтевранцев. И все это без суматохи и шума, да ещё и в самом конце учебного года! Не было никаких взрывов и шумных вечеринок, не было испытаний продукции близнецов Уизли на младшекурсниках. Вместо этого упомянутые балагуры старательно прививали первому курсу любовь к зельеварению.       Лидер курса в это время давал пояснения тем, кто отрабатывал защитные заклинания в другой части гостиной. Спокойно и грамотно. Привычного зажатого Поттера словно подменили. На смену ему пришел тот, кого без зазрения совести можно было назвать наследником аристократического рода. Это стало основой причиной, по которой Малфой, впервые в жизни, сделал человеку предложение второй раз. И теперь его руку пожали. Крепко, уверенно. И даже рассказали суть происходящего. Пусть и в общих чертах. Здравый смысл и правда стал их оружием сейчас, когда их факультет сыграл на опережение. Чтобы не отставать, остальным факультетам придется соответствовать, а значит, совсем скоро школа изменится к лучшему.       Когда стало очевидно, что учителя не заметили изменений или не придали этому особого значения, Гарри только больше уверился в правильности своих действий. Дамблдор был занят из-за побега Сириуса, а остальным преподавателям было чем заняться и без этого. Правда Снейп едва не порушил все своей подозрительностью, но пара показательных стычек вернула благоприятную для мантикор обстановку. Все же, гораздо приятнее осознавать, что можешь предсказывать чужие действия с определенной точностью, чем столкнуться лоб в лоб с таким человеком как декан Слизерина.       Впервые ученики воспринимали отъезд из школы настолько радостно. Многим хотелось, наконец, остановиться и проанализировать происходящее. А возможно и посоветоваться с родителями. Не напрямую, конечно, и все же. Рон и Гермиона понимающе переглядываются, глядя на едва заметно улыбающегося друга. Они, как никто другой, понимали: мантикоры — всего навсего прикрытие для того, что Гарри затеял на самом деле. Карандаш в руке национального героя отстаивал незамысловатый ритм по листку с черновым вариантом нового соглашения. В самом верху четко значилось название отряда — «Виверны».       Правила игры изменились. В Хогвартсе начиналась новая эпоха. И именно они ее начнут.