Карма, бессердечная ты с...

За прошедшие с обнаружения пятого трупа две недели Гарри успел несколько раз почувствовать горечь разочарования, когда очередной след заводил в тупик. Все подозреваемые из списка Малфоя оказались чисты. У всех было алиби на момент убийств. Всех свидетелей допрашивали с Веритасерумом, разрешение пришлось выбить из министра, рассказав, что преступник явно намеревается продолжить дело Волдеморта и остановить его надо во что бы то ни стало. Гермиона с Малфоем начали шерстить дела осужденных и убитых Пожирателей, составляя списки всех близких и тех, кто проходил свидетелями, но проверка такого количества людей требовала времени. И к тому же привлекала ненужное внимание. В «Ежедневном Пророке» уже появилась статья о странной активизации авроров, в которой прозрачно намекалось, что Гарри Поттер со своей паранойей переходит границы допустимого. Допрос целителей тоже особых результатов не принес, только доказав, что преступник получал информацию от них, но потом тщательно подчищал за собой. У всех допрошенных обнаружили следы Обливиэйта, снять который, по словам Гермионы, мог только тот, кто наложил. Иначе можно сильно навредить, ведь они даже не знали, какие именно временные промежутки были стерты. Сама Гермиона призналась, что близка к отчаянию и готова пойти на крайние меры — уговорить Кингсли начать просто вызывать в аврорат всех волшебников старше восемнадцати в алфавитном порядке и поить их Веритасерумом. По ее словам, ее останавливает даже не моральная сторона такого диктаторского шага, а банальная нехватка зелья. Малфой ходил мрачнее тучи и как-то обмолвился, что начал уговаривать родителей перебраться во Францию, но не раскрывая причин их пока трудно убедить. Оставалось уповать, что преступник все-таки совершит какую-то оплошность до того, как станет слишком поздно. Иначе Гарри придется воспользоваться идеей Гермионы о тотальном допросе. А зелье не проблема, в крайнем случае попросит Чжао Юньланя достать маггловский аналог. Те уже давно изобрели наркотик, развязывающий язык, и пусть действовал он не так надежно, как волшебное зелье, но на не знающих о нем волшебниках должно сработать. Дома тоже все не складывалось. Джинни старалась поддерживать его поначалу, но по мере того, как Гарри начал приходить все более расстроенным и отказывался объяснять, что такого важного в этом деле, а Джеймс, чувствуя настроение отца, стал чаще закатывать истерики, она тоже начала срываться. В общем, все было хуже некуда и исправить это могло только чудо. И, как будто для подтверждения легенды об удачливости Гарри Поттера, чудо не замедлило случиться.

***

Жизнь вновь пошла своим чередом, ни от Гарри, ни от Гермионы вестей не было, и Чжао Юньлань справедливо рассудил, что, видимо, они закопались в расследование так, что им было ни до чего. Да и у самого старшего инспектора работы не убывало, так что скучать не приходилось. Чжао Юньлань как раз направлялся в близлежащее кафе на обед, как раздался звонок мобильника. Чжао Юньлань достал телефон из кармана и посмотрел на дисплей: звонил Шэнь Вэй. — А-Лань*, — раздалось в трубке, как только Чжао Юньлань нажал на прием. — А, сяо Вэй**, — тут же отозвался тот, — у тебя перерыв между лекциями? Я как раз иду на обед. — А-Лань, не хочу показаться параноиком, но мне кажется, что за мной следят, — голос Шэнь Вэя звучал ровно, но Чжао Юньлань уловил явное волнение. — Что самое странное, — продолжил тем временем Шэнь Вэй, — мне кажется, что это каждый раз разные люди, и я ничем не могу подкрепить свои подозрения. — Разные люди, говоришь, — тут же посерьезнел Чжао Юньлань. — Знаешь что, сяо Вэй, если помнишь, я тебе рассказывал, как преступник-волшебник смог принять внешний облик Роджерса. — Оборотное зелье, — тут же вспомнил Шэнь Вэй. — Именно. Поэтому, думаю, проверить не повредит. Я свяжусь с Гарри. расскажу ему, что происходит, — ответил Чжао Юньлань. — Лучше быть живым параноиком, чем мертвым оптимистом. Я не хочу еще раз смотреть на твой труп. — Я… — замялся Шэнь Вэй, — спасибо, А-Лань. Мне пора, до начала лекции осталась всего пара минут. — Вот это точно не стоит благодарности, по крайней мере, пока, — ответил Чжао Юньлань. — И звони мне чаще, или пиши смс, чтобы я знал, что ты в порядке. На этом Шэнь Вэй отключился, а Чжао Юньлань сразу набрал номер Гарри. Возможно, за Шэнь Вэем и правда следил настойчивый поклонник (даже несколько, что с точки зрения самого Чжао Юньланя, было бы неудивительно). С другой стороны, всегда оставалась возможность, что в поле зрения их преступника попал Шэнь Вэй и чем-то привлек его внимание, хотя совершенно точно не был ни волшебником, ни сквибом. — Привет, Гарри, у меня для тебя информация, — не стал тянуть кота за хвост Чжао Юньлань. — Привет, Юньлань, неужели опять свежий труп, о котором мне не успели сообщить? — мрачно осведомился Гарри, тут же припомнив, что преступнику для проведения ритуала нужны еще две жертвы. — Пока нет. Но мне сегодня позвонил профессор Шэнь и сказал, что в последнее время за ним явно кто-то следит. Никого конкретного указать не может при этом. Сказал, что каждый раз это другой человек. Наводит на мысли, правда? — ответил Чжао Юньлань. — Еще как наводит, — согласился Гарри. — Странно, что облик меняется каждый раз. Хотя если учесть, что ритуал близок к завершению, возможно, наш преступник просто осторожничает. — Это, конечно, немного, — задумчиво протянул Чжао Юньлань. — Но это все равно зацепка. Пока у нас не было и этого, — ответил Гарри. — Нужно как можно быстрее все проверить. Если это действительно тот, кого мы ищем, профессор Шэнь в большой опасности. — Тогда нам нужно составить план, как-то выманить его, — предложил Чжао Юньлань. — Предлагаю собраться как можно скорее у меня в управлении. — Да, тянуть с этим точно не стоит, — согласился Гарри, — я сейчас свяжусь с Гермионой и Малфоем, ты вызывай профессора Шэня. Думаю, ваш с Да Цином кабинет вполне подойдет, чтобы все обсудить и наметить план действий. Предлагаю собраться через два часа. На этом Гарри Поттер дал отбой. Чжао Юньлань, покрутив головой из стороны в сторону, решил, что успеет все-таки добежать и купить что-нибудь в кафе на вынос, а поест в кабинете. Не впервой, в конце концов. Он хотел было еще раз позвонить Шэнь Вэю, но вспомнил, что тот сейчас совершенно точно читает лекцию, и написал сообщение, что Шэнь Вэй срочно нужен ему в управлении где-то через два часа. Пару минут спустя пришел ответ «Буду через два часа». Чжао Юньлань довольно кивнул на это и направился в сторону кафе.

***

Драко Малфой как будто вернулся в прошлое на шестой курс. Опять перед ним стояла задача, с которой он не справлялся. Ладно, на этот раз он был не один, да и задача была не совсем его, но от успешности ее выполнения зависели жизни его самого и родителей, так что он считал своим долгом сделать все возможное. Они с Грейнджер очень хорошо сработались, и не будь ситуация такой дерьмовой, Драко бы даже наслаждался общением с ней и может быть даже попробовал бы сблизиться. Однако в сложившихся условиях было явно не до флирта. Хотя в периоды кратких перерывов за чашкой чая они успевали обсудить многое. Вспоминали прошлую жизнь, особенно до попадания Я Цин под влияние Е Цзуня. Они ведь были очень близки, как сестры. Почему же в этой жизни оказались врагами? И был ли у них шанс вернуть хоть часть былого? — Ну уж нет, — сморщил нос Драко, когда однажды Гермиона задала этот вопрос, — без обид, Грейнджер, но братского отношения ты от меня точно не дождешься, за этим к Поттеру. Это он расписывал во всех интервью, что ты ему как сестра. Хотя я этого никогда не мог понять. Как, впрочем, вообще каждый его выбор. — Ничего странного, нас роднит происхождение. Да, я знаю, — махнула рукой Гермиона на собиравшегося возразить Драко, — у него родители волшебники, в отличие от меня. Но он-то об этом не знал до одиннадцати лет. В Хогвартсе мы оказались в одинаковых условиях. И потом, он сирота, большую часть времени ему нужна была семейная поддержка, а не романтика. И во мне он тоже вызывает только родственные чувства и заботу, ведь он такой… — Безрассудный идиот? — подсказал Драко ухмыляясь. — Отчасти, — была вынуждена признать Гермиона. — Но это тоже вполне понятно и оправданно. Прекрати так ухмыляться! — Ладно, ладно, — примирительно поднял руки Драко, — но ты признала, что я отчасти прав, не думай, что я это забуду. — Даже в голову не пришло бы, — не удержалась от сарказма Гермиона. — Тебя оскорбляет сама мысль о том, чтобы признать меня как равную, и как я могла бы подумать, что ты перестал быть расистским придурком? — Что? — Драко в шоке чуть не опрокинул чашку, которую собирался взять в этот момент и уставился возмущенно на Гермиону. — Ты от переутомления с ума сошла? Когда я в последний раз оскорблял твое происхождение? Я говорил уже сто раз, что отказался от предубеждений. Да ради Мерлина! У меня бизнес с магглорожденным, если ты забыла! И мы равные партнеры. — О да, бизнес — это аргумент, — кивнула Гермиона, недоверчиво скривившись. — Малфои готовы делать деньги хоть с троллями, если бы это было возможно. Не думай, что я не изучила повадки вашей семейки. И ты только что отказался признавать меня… — Кем? Своей сестрой? Конечно отказался, — перебил ее Драко, — я же не извращенец какой-то. Братья не засматриваются на декольте своих сестер на балах, — последнее предложение он произнес гораздо тише, нехотя, и отвел глаза. — На балах? Ты про Святочный, что ли? — изумленно уставилась на него Гермиона. — Ты же меня ненавидел. — Во-первых, не ненавидел, презирал скорее, и остерегался, как опасного противника, ненавидел я Поттера. Во-вторых, мне было четырнадцать! Гормонам плевать на социальные предрассудки, знаешь ли. И я не смотрел на тебя долго, там были ведьмы не менее интересные, но более социально приемлемые для «расистского придурка», — передразнил он ее. — Но свою реакцию на твое появление я помню, так что нет. Никаких родственных чувств. — Ну, твоя реакция в прошлом, мы все же могли бы стать друзьями. Если ты и впрямь отказался от предубеждений. — Только насчет крови. Я все еще считаю гриффиндорцев невыносимыми, — подмигнул Драко. — И это абсолютно взаимно, — хохотнула Гермиона. — Прекрасное основание для дружбы, главное взаимность. — Конечно, это фундамент любых отношений. — И что же разрушило фундамент у вас с Уизли? — рискнул попробовать удовлетворить давно терзающее его любопытство Драко. — Раз уж речь о друзьях и прочих отношениях. — Одна моя знакомая, маггла, она работала с моими родителями когда-то — большая поклонница русской литературы. — Звучит уже странно, — пробурчал Драко. — Да, я тоже ее не понимаю, но у них иногда попадаются интересные мысли и сравнения. Как, например, «Любовная лодка разбилась о быт». Не запомнила, как звали автора этого изречения, но оно идеально описывает нашу ситуацию. Все было вроде нормально, пока мы были заняты спасением мира, восстановлением после войны… а когда наступила рутина мирной жизни и мы оказались предоставлены друг другу… — Оказалось, что кроме общегриффиндорской дурости и Поттера, у вас нет ничего общего. — Грубо, но по сути верно. Слишком разные там, где надо быть похожими, и слишком похожи в том, в чем лучше работает баланс противоположностей. Это нормально для друзей, но убийственно для семейной жизни. Хорошо, что мы не успели совершить эту глупость и решили вовремя расстаться, пока была возможность сохранить дружбу. — И как, получилось? — Нам, конечно, было очень долго неловко. И первое время мы даже видеть друг друга не хотели. Но старались быть цивилизованными, ради Гарри. Было бы нечестно заставлять его выбирать. — Подозреваю, что его выбор тебе бы не понравился. У Поттера нездоровое пристрастие к рыжим. — Да, у меня тоже были такие подозрения, — Гермиона хмыкнула совсем не весело. — Поэтому я старалась не провоцировать их обоих. Но, к чести Гарри и Джинни, они тоже старались сохранять нейтралитет. Ну и окончательно нас примирил Джеймс. — Мелкий Поттер? — Гарри очень серьезно относится к обязанностям крестного и от нас ожидал того же. Совместная ответственность и забота о Джеймсе сблизили нас. Но, к счастью, нам не приходилось сидеть с ним сутками. Так что мы не успевали сильно измотать друг другу нервы. — Хмм, хитро придумано. Вот уж не ожидал от Поттера. — Я думаю, тут во многом заслуга Джинни, — засмеялась Гермиона. — О, вот в хитрости этой Уизли я не сомневаюсь. Этот разговор произошел неделю назад, когда они еще позволяли себе расслабиться и отвлечься, сделать перерыв. С каждым днем беседы становились все короче и все больше вращались вокруг дела. Тон становился все более напряженным. Дело могло кончится скандалом и может даже дуэлью в лучших традициях школьных времен, но тут поступил вызов от Поттера, который сказал, что возможно у Чжао Юньланя есть новая информация.