Странная, но взаимная любовь

      Вару, решив не отказываться от своей идеи признания, аккуратно выходит из своей небольшой комнатушки и не обращая внимания на громкие звуки со стороны комнаты Ромео, он ставит себе цель — пойти и признаться, он же не ссыкло.. наверное.       Аккуратно пройдя мимо комнат всех остальных клонов, зелёный наконец дошёл до самой желанной, где голубой наверняка спал себе и ни о чём не подозревал, оно и к лучшему. Не постучавшись, очкарик зашёл в тёмную уютную комнату и тяжело вздохнув, направился к кровати, где действительно сладко спал тряпка, во сне мило причмокивая губами и сопя. Вару ненадолго завис, рассматривая представленную перед собой картину, но помотав головой, дабы убрать лишние мысли из головы, он неловко тянет руку в сторону Зонта и трясёт того за плечо. Зонт, имея достаточно чуткий и беспокойный сон, быстро просыпается, будучи ещё сонным, он ожидает увидеть всё что угодно, кроме стоящего перед ним слегка красного Вару, нервно кусающего обветренные губы.       — Вару? Ты чего тут делаешь? Что-то случилось? — Обеспокоено спрашивает Зонтик и приподнявшись на одних локтях, присаживается, явно дожидаясь каких-либо объяснений, но Вару ведёт себя как партизан и молчит, прожигая в своём объекте обожания дыру. Зонт неловко опускает глаза в пол, не выдержав такого пронизывающего взгляда, а сам Вару лишь нервно ухмыляется уголками губ и плюхается на кровать рядом с Зонтом, делая пару глубоких вдохов.       — Эм, ты наверное, спросишь, зачем же я пришёл, я, эм.. — Вару мигом заливается пунцовой краской и пытается правильно сформулировать свои мысли, но получается откровенно плохо, Зонт терпеливо ждёт и не перебивает, давая клону настроиться.       — В общем, я думаю, ты.. Эм, ты, мне.. нравишься, я думаю? — Скорее вопросительно шепчет Вару и вновь закусывает нижнюю губу, даже не смотря на Зонта, который, видимо, откровенно подвис. «Я нравлюсь Вару?.. О Боже, это же бред.. Быть такого не может, это наверное прикол.. Или же нет, но он так смотрит, ааа..»       Зонтик недолго думает, решает довериться тёплому щемящему чувству в груди и неуверенно тянется к уже поникшему Вару, завидев чужое недоумение, он лишь молчит, а после, выдохнув, притягивает клона за загривок, сразу соприкасаясь губами. Вару широко распахивает глаза, несколько раз по-дурацкому хлопает глазами и не сдержав по-кошачьи довольную ухмылку прямо в поцелуй, наваливается всем телом на Зонта, который лишь промычал что-то нечленораздельное в поцелуй и притих. Очкарик нахально запускает язык в поцелуй и тянет тряпку ближе, покусывая губы того и утробно рыча, сминает тонкие губы и снова ухмыляется в поцелуй. Зонт плывёт, ему никогда не было настолько хорошо, он скулит в поцелуй и податливо подсаживается ближе, когда Вару сжимает свою ладонь на его шее, массируя. Зонт так же податливо падает на спину и поднимается на локтях, когда клон толкает его в спину и доминантно нависает сверху.       Зелёный особо не церемонится и опускается вниз, начиная всячески покусывать, лизать и обсасывать чужую нежную кожу, оставляет на ней небольшие синяки и покраснения, нежно зализывает засосы и спускается ниже. Аккуратно помогает Зонту стянуть свитер и несколько секунд бесстыдно рассматривает дрожащее худощавое тело под собой, Зонт не знает куда себя деть, кусает губы и нетерпеливо ёрзает, сжимаясь под пристальныи взглядом. Очкарик отвисает и спускается к чужой груди, проходится по рёбрам, вызывает сверху вздохи и охи, не останавливается на груди, спускается ниже к животу и мило чмокает его, особо не заостряя на нём внимания. Дойдя до начала штанов, Вару не поднимая головы смотрит Зонту в глаза, будто спрашивая разрешение.. и Зонт даёт его. Разрешает Вару стянуть с себя штаны и нахально раздвинуть тонкие ноги, разрешает пройтись чужим губам по внутреннему стороне бедра, разрешает аккуратно стянуть с себя боксёры и оставить его самого нагим. Тряпка тушуется, пытается сдвинуть ноги вместе, но ничего не выходит, очкарик вновь раздвигает ноги и на даёт смущаться, гладит, целует, кусает везде, не спускаясь к самому сокровенному.       Спустя бесконечное время пыток над чувствительным телом Зонта, Вару в обычной манере закусывает нижнюю губу и спускается немного ниже, к чужому небольшому вставшему члену, истекающему предэякулятом и жаждующему внимания. Вару осторожно дует на головку и Зонт охает, прикрывая рот ладонями и заливаясь пунцовой краской, чувствуя себя ужасно дискомфортно, но в то же время возбуждённо. Вару проводит одной из ладоней полностью по стволу и собрав на палец предсемя, довольно ухмыляется, что он сам и есть причина того, почему Зонтик так течёт.       — Тряпка, переворачивайся на живот и молись, чтобы я был нежным, — Хрипло шепчет очкарик и Зонтик, зависнув, всё же повинуется властному голосу, от которого коленки дрожали, а член вставал по стойке смирно. Зонтик аккуратно и заторможенно перевернулся на плоский живот и уткнулся алым лицом в близь лежащую подушку, желая скрыться от всех и вся, в то время как Вару подавился воздухом от вида, который лицезрел сейчас. Член стал предательски наливаться кровью и течь естественной смазкой, а клон сглотнул вязкую слюну и на пробу провёл шершавой ладонью по чужой спинке, особенно заострив внимание на выпирающих позвонках и не сдержавшись, прикусил один, вызвав у голубого несдержанный стон.       Вару будто нервно пошарился в своих карманах и нащупав заветный маленький тюбик со смазкой, приоткрыл его и выдавив немного на два пальца, размазал. Недалеко убирая смазку, Вару спешно начал водить двумя влажными пальцами вокруг сжимающегося и разжимающегося сфинктера пальцами, изредка входя лишь кончиком среднего пальца, то и дело слыша рваные выдохи Зонта, который, кажется, постепенно сходил с ума, он чувствовал лишь странный холод сзади и то, как кончик пальца немного проникал внутрь, будоража в клоне всё, чувство было странным, но пока что не дискомфортным, так что он доверчиво терпел и поскуливал от новых ощущений. Спустя небольшой отрывок времени, Вару начал входить одним пальцем на половину, свободной рукой придерживая Зонта за тонкую талию, дабы тот не рухнул на кровать, ведь его колени тряслись так, словно он пробежал марафон. Клон проникает средним пальцем всё глубже и глубже, пока не входит им полностью и почти до крови закусив губу, сгибает его, очевидно слыша хриплый стон от нижнего, ловившего крупные вспышки от странных ощущений, он не мог понять, нравится ему или нет, но тот факт, что это был Вару, заставлял успокоиться и терпеть до конца.       Очкарик смело вводит два пальца внутрь чужого ануса и сгибает их, не обращая внимания на звонкие и просящие стоны тряпки, который уже был на пределе, член буквально изнывал от недостатка внимания, а глаза были будто застелелены пеленой.       — Готовься, тряпка, сейчас я начну входить, — Вару расстегивает кожаный ремень на штанах и немного стягивает их вниз, наконец избавлясь от неприятного трения. Приспустив зелёные боксёры вниз, очкарик аккуратно пристраиваетчя каменным членом к чужому анусу и начинает водить своим дружком по нему вверх-вниз, буквально сводя тряпку с ума и заставляя его скулить, умоляющими глазами поглядывая назад. Вару щадит клона и медленно, неспеша начинает входить внутрь, Зонт болезненно шипит и хватается за простынь, сильно сжимая её в кулачках, желая лишь, чтобы эта боль прекратилась и ей на смену пришло удовольствие. Зелёный утробно рычит от чужой узости и закидывает голову назад, на пробу один раз толкнувшись внутрь. Вару хрипло постанывает, а голубой вскрикивает и распахивает зазлезившиеся глаза, из которых вот-вот и пойдут слёзы.       — Вару, подожди.. О-о Боже, Вару.. — Стонет Зонт и Вару не сдерживаясь, подминает клона под себя, начиная с остервинением толкаться внутрь и сжимать хрупкие плечи тельца под собой, что так звонко и соблазнительно стонало, по-кошачьи выгибая спинку и трясь членом об покрывало. Зонтик закатывает глаза от удовольствия, чувствуя, как на плечах расцветают болезненные фиолетовые синяки, которые сейчас мало его волновали, волновал лишь грубо трахающий его Вару, сжимающий свою ладонь на чужой лебединой шейке. В комнате в унисон два тела издавали громкие шлепки, сталкиваясь друг об друга, их обоих мало беспокоило слышал-ли кто-нибудь или нет, возможно, завтра им придётся краснеть и объясняться, но сейчас они живут лишь моментом и растворяются друг в друге, даря незабываемые ощущения.       Вару, на удивление, достигает разрядки первым. С властным рыком выходя из затраханного тельца под собой, выпуская белую жидкость на чужую дрожащую спинку, а Зонт в это время кончает следом за своим клоном, до одури сильно сжимаясь и выпуская семя на покрывало под собой, по окончанию разрядки устало плюхаясь прямо на это же покрывало.       — Чтож, я полагаю, это означает «Ты мне тоже нравишься», верно? — Самодовольно лепечет Вару и услышав одно лишь невнятное бормотание в ответ, хрипло хихикает, доставая из близь стоящей тумбочки какие-то салфетки, после заботливо вытирая ими себя вместе с уже забавно сопящии Зонтом.       Очкарик плюхается спиной на мягкую кровать и заботливо уложив на себя свою тряпку, укрывает обоих одеялом, после этого сразу же проваливаясь в сон, во сне доверчиво обнимая клона обеими руками.