Заберёшь меня из под холодного снега?

С неба на землю падали белые снежинки, оставаясь, лежать на холодной земле. Стоял январь, только пару дней назад наступил новый год, а некоторые люди все еще отходят от этого праздника растягивая недоеденную оливьешку еще на несколько дней. Было ночное время людей на улицах становилось все меньше и меньше, а белые фонари светили все ярче. Баджи с Чифую возвращались домой после драки, на лице закипала кровь пока костяшки нещадно болели. Они болтали обо всем, и не о чем пока снег похрустывал под ногами. Заходя в подъезд они зашли в квартиру Чифую несмотря на то, что Кейске живет на 3 этажа выше. Мацуно живет со своей матерью хоть она и работает чуть ли не круглосуточно, отца он с детства не видел хотя в России это неудивительно. Открыв дверь квартиры она встретила их мигающей лампочкой которая ели как освещает коридор. Разувшись Баджи отправился на кухню доставая одну пачку лапши и ставя кипятится чайник пока Мацуно отправился за аптечкой в ванную. На кухне была открыта форточка которую Кейске закрыл так как на подоконник стали падать белые снежинки, что стали размораживаться из-за температуры комнаты превращаясь в лужицу. Чифую пришёл на кухню уже с белой коробкой с красным крестом, принимаясь обрабатывать раны Баджи пока тот заливает кипятком сухую порцию лапши и тихо шипя от прикосновения ватки с перекисью. Так они провели в тишине какое-то время пока Чифую не закончил с ранами, а лапша не закончила завариваться. Только Мацуно потянулся к свежепахнущей лапше как Кейске выхватил ее ударив Чифую легонько по рукам. —Идиот? А с твоими ранами делать что? Мацуно недоуменно посмотрел на Баджи после что-то бормоча себе под нос передал медицинские принадлежности. Став аккуратно обрабатывать раны Чифую они снова погрузились в тишину. Было слышно только тресканье лампочки на потолке. Став обрабатывать костяшки пальцев Кейске невольно засмотрелся на них. Тонкие и бледные как фарфор руки идеально помещались в больших и длинных покрытых мозолью руках. И на обеих руках виднелись раны с красными подтеками. Баджи осторожно придвигает бледную руку прислоняя ее к губам невесома целуя побитые костяшки. Поднимая взгляд в верх Кейске натыкается на довольно смущенное лицо. Невольно улыбаясь Баджи тянется к Чифую целуя побитые в драке и красные от холода на улице нос и щеки. Отстранившись Баджи усмехается довольный смущенной реакцией. Мацуно хочется ударить и исцеловать это побитое, но довольно красиво наглое лицо. Охватив руками щеки Кейске Чифую прислоняется к искусанным и разбитым губам немного сминая их проводя языком по нижней губе. Баджи все это время не сделал ни одного движения, только хотев отстраниться как Кейске положив свою руку на затылок Чифую не дал отстраниться углубляя поцелуй прикусывая мягкие и сладкие от конфет губы так что металлический привкус остался и на губах Кейске. Нехотя отстранившись они жадно стали глотали воздух заполняя ими лёгкие. —Если мы и дальше так продолжим, то лапша остынет, и мы останемся голодными так как это последняя пачка. — Прийдя в себя сказал Чифую. Баджи на это лишь негромко рассмеялся за что, получил не сильный удар в бок. Заклеивая последнее место на носу Мацуно пластырем Кейске быстро чмокнув его в нос схватил тарелку с явно уже остывшей, но не до конца лапшой побежал в спальню. А за спиной доносились громкие ругательства Чифую которому теперь придётся убирать все разбросанные по холодному полу кухни медикаменты. За окном была красивая, но до жути холодная зима. Все взрослые отсиживаются дома, а детвора играет в снежки, катается на санках и лепит снеговиков. Пока двое подростков сидят под одним пледом деля тепло и нежные поцелуи на двоих под какой-то сопливый фильм про романтику. И им хорошо потому что любят.