Я не всегда был таким!

Эпилог

Очнулся Ренди из-за того, что в глаза било нежное, угасающее солнце августа. За окном шуршали листья, ещё свежие и зелёные, но с едва заметной желтоватой каёмочкой по краям. В распахнутое окно задувал свежий лёгкий ветерок, слегка пригибая белое одеяло. За окном раздавались свист, разговоры, звонкий детский смех. Лёгкие серебристые облака с темными пятнами, в каких-то местах совсем прозрачные медленно расползались в стороны, обнажая отчаянно-голубое небо. Вся эта картина дышала той самой сладкой порой, когда затаив дыхание ждёшь осени, похода в школу или в институт, встречи с друзьями и знакомыми. Когда на секунду забываешь о том, что на третий же день учебы будешь мечтать о каникулах, и с замиранием сердца ждёшь заветных школьных деньков. Ренди облегчённо вздохнул. Он плоховато помнил недавние события, но ему понравилось лежать вот так, наслаждаясь прохладой и ускользающим солнцем. Он постарался повернуть голову, но у него не получилось этого сделать. Оглядевшись, Ренди увидел, что он находится не дома, а в больнице. Он захотел позвать кого-нибудь, но в горле пересохло, и ничего сказать не получилось. Постаравшись повести рукой, Ренди заметил что ему поставили капельницу. Слегка закатив глаза от дасады, он продолжил лежать, тихо мурлыкая от удовольствия. Проснулся он из-за того, что какая-то медсестра осторожно вытаскивала из его руки иглу капельницы. Увидев, что он открыл глаза, она образованно ахнула и сказала: - Наконец-то ты очнулся! Мы уже переживали, что понадобится реанимация. А ты вон, сильный, держишься! Ну, давай, говори, как ты? - Ч-что произошло? - сиплым голосом просил Ренди и попытавшись вновь повернуть голову, сдался после третей попытки. - Вроде нормально, но как я тут оказался? Так хорошо тут... Тихо... - Разве ты не помнишь? Ах, ты наверное уже тогда потерял сознание. Тебя привезли с ранением от пули в районе сердца. - Чуть-чуть отодвинув одеяло и ворот больничной рубашки, дотронулась до бинта на груди мальчишки. - Твои друзья недавно ушли. Сказали, что пришли проведать... М, кажется в этот раз с ними не было того мальчишки, который тащил тебя на руках к машине. - Мальчишки... - Не понять откуда, но взяв все оставшиеся силы в кулак, Ренди подскочил на койке и уставился на медсестру. - Они были тут?! Почему же без Джеффа?! С ним что-то случилось? А п-п-па-па?... - Тихо, тебе нельзя вставать.- Медсестра мягко уложила Ренди на койку.- Да, были два мальчика, иногда с ними третий приходил. Обещали зайти завтра всем втроём. Ренди выдохнул. Раз его не забыли, значит, не так всё и плохо. Но что делать с Ральфом. - А п-папа? С ним что?- Обеспокоенно спросил Ренди, комкая в кулаках белый пододеяльник. - Умер.- Отрубила медсестра.- Я понимаю, малыш, что тебе больно. Твой друг сделал это в целях самозащиты, даже дело открывать не стали. Не переживай, всё наладится. - Наладится?! Да всё уже замечательно!- Закричал Ренди. После, откинувшичь на подушку, он рассмеялся. Наконец, наконец-то всё закончилось! Никто его теперь не будет мучить, не будет этих криков, боли и слёз! Дождался! - Ренди вновь рассмеялся. Медсестра с недоумением посмотрела на него и пошла за врачом. Когда они вернулись, Ренди уже крепко спал. На его лице блуждала счастливая освобождённая улыбка. Проспал он до следующего дня. Он бы поспал и ещё, но кто-то упорно теребил его за плечо, мешая и отвлекая ото сна. Мальчик сладко потянулся и засопел. Кто-то заботливо поправил сброшенное во сне одеяло, мягко погладив мальчика по спутанным волосам. Кто-то тихо засмеялся, прошептав: "Как же он спит классно! Даже будить не хочется!". Внезапно в воздухе появился незнакомы запах, словно кровь смешали с домашним очагом. - Эй, подъём!- Раздался грубоватый мальчишеский голос прямо над ухом. Сонно замурлыкав, Ренди открыл глаза. Над ним склонился Джефф, озабоченно рассматривая лицо друга. Трой и Кит сидели рядом. Ренди резко сел на кровати, глядя на друзей широко раскрытыми глазами. - Мальчики!- Не успели друзья прийти в себя, как Ренди бросился на них.- Ребят! Почему вас так долго не было? Неужели всё закончилось? Это не враньё?- Ренди сам не понимал, зачем задаёт настолько нелогичные и разные по смыслу вопросы. Ему просто важно было говорить, говорить, что угодно, но лишь бы его слышали, чтобы убедится самому в том, что он что-то говорит. - Тихо, братан, успокойся.- Кит схватил Ренди за плечи и притянул к себе, усаживая на край кровати. Джефф сел рядом, поддерживая спину друга, чтобы он не упал. Трой прикрыл Ренди одеялом, после чего устроился на его плече. Ренди заплакал, тыкаясь носом в ладони Кита и всхлипывая. Вскоре он затрясся от рыданий, прижимаясь к друзьям и всхлипывая. - Я... Я так рад... Наконец-то.... Неужели...- Ренди снова заплакал. - Чего ты ревёшь!?- Возмутился Джефф.- У тебя что, каждый день отец умирает?! Радоваться надо, а он сопли развёл! Наслаждайся жизнью, ты свободен! Эта фраза послужила сигналом. Кит и Трой бросились обнимать Ренди, Джефф повалил его на подушку, прижимая к себе. Ренди счастливо рассмеялся, обнимая друзей. Из его глаз катились слёзы счастья, беззвучно капая на простыню. Кит заботливо вытирал их, но слезы все катились, смывая всю боль, что скопилась в сердце Ренди за долгие годы. Друзей освещало мягкое солнце, чьи лучи пронизывали палату, спеша всем подарить последнее тепло. Ветер быстро гнал облака, показывая небо всем, кому не лень было поднять голову. Внезапно он сорвал с дерева уже пожелтевший кленовый лист, и направил его в окно больничной палаты. Джефф, подбежав к подоконнику, радостно подхватил его, смеясь на всю больницу и размахивая листом, как флагом. Мальчики засмеялись с новой силой, настолько уморительно выглядел Джефф. Подойдя к Ренди, Джефф протянул лист ему. Ренди осторожно принял этот лист, прижимая его к себе, как что-то очень дорогое. Впрочем, так оно и было. Что может быть дороже подтверждения того, что всё закончилось? А ведь этим и являлся этот казалось, невзрачный желтоватый листок. Ренди звонко засмеялся, и друзья подхватили его смех. Думаю, это был самый счастливый день в моей жизни. Всё закончилось, а прошлое стоит забыть, как страшный сон. Эта книга навсегда останется в глубине моего стола. На этом всё.

Конец.