Увидимся в следующей жизни

мне кажется, я мог бы забраться на луну и крикнуть во весь голос о том, что красивее твоих глаз в вечности галактик нет ничего. мне кажется, я мог бы потягаться с самим временем, чтобы вернуться в прошлое и вписать в каждое стихотворение одинокого поэта твое имя.

И вот, прошёл ровно год с того момента, как я навсегда потерял тебя. Казалось бы, столько воды утекло, а я до сих пор помню каждую минуту, проведённую с тобой, будто это было вчера. Я скучаю, Чонгук… Я навсегда сохранил в своей памяти все, что связанно с тобой, и каждый раз с болью вспоминаю тебя. Вспоминаю твои теплые руки, которые грели меня по ночам. Вспоминаю твои губы. Их нежность, осторожность при каждом поцелуе, их дрожь. Вспоминаю твои большие детские глаза. Каждый раз, смотря в них, я видел космос, видел звезды, я утопал… каждый раз тонул в красоте их омута… Возможно, я никогда не смогу забыть тебя. Столько раз пытался заменить, отвлечься от боли хоть на секунду, но все было тщетно. Даже сейчас я сижу в твоем любимом кафе, смотря на то, как за окном сотни капель летят с неба, падая на мокрый от вечного дождя асфальт, и думаю о тебе. Кофе… Ты так любил его, а я терпеть не мог. Но уже как год, каждый раз приходя в эту кофейню, я сажусь за твой любимый столик возле окна, заказываю горячий напиток и понимаю, почему он был твоим любимым. Оказалось, он не так уж и плох. Помню, как мы последний раз пришли в это кафе вдвоём. Это был такой же дождливый день, но для меня он не был таким серым, как этот. Ведь тогда со мной был ты.

***

— Давай, Тэ, быстрее, — звал ты с радостной улыбкой, забегая в маленькое здание, с мокрым зонтом в руках, с которого стекали редкие капли воды, и шерстяным шарфом на шее, а я не спеша шёл за тобой. Запахи цветов, дождя и кофе смешались в один любимый нами, который встречал в этом месте уже многие месяца. Сняв промокшее польто, я сел за наш столик на двоих напротив тебя. Молоденький парнишка-официант, узнав нас, тут же подошёл и с улыбкой спросил: — Вам как обычно? Мы улыбнулись, а парень пошел за неизменным заказом. Ты всегда заказывал кофе, а я горячий чай, и так, за маленьким столиком, мы могли часами сидеть и разговаривать обо всем на свете. Иногда просто держались за руки, протянув их через маленький столик, и разглядывали улицу за окном, чувствуя тепло друг друга, которое было так необходимо нам обоим. — Тэ, мы же всегда будем приходить сюда? — Спросил вдруг ты. Твоя рука нежно держала мою поглаживая ладонь большим пальцем. — Конечно будем, — я так хотел привести тебя сюда ещё много-много раз, чтобы ты мог вновь наслаждаться видом за окном, рассматривая все как в первый раз.

***

Все время, сидя за столиком, ты мог наблюдать за неизменной жизнью вокруг с улыбкой и заинтересованными глазами. Ты был любопытен и исследовал все вокруг, словно ребенок, восхищаясь миром. Каждая мелочь для тебя была поводом для улыбки. Ты любил жизнь… Почему же ты так просто дал забрать её у тебя? Я встал со своего места, оплатил заказ и вышел из заведения, надев бежевое пальто и завязав твой теплый шерстяной шарф на шее. Открыл дверь на улицу, и прохладный ветер тут же слегка подул в лицо, а пальто стало постепенно покрываться мокрыми каплями. Я стоял на месте и смотрел на прохожих. Каждый из них скрылся под своим зонтом и быстро проходил мимо, не думая ни о чем. Я поднял лицо к небу. Почувствовал, как редкие капли падают на щеки, ресницы, лоб и мокрой дорожкой бегут ниже. Свет фонарей бил в глаза. Медленными шагами я брел к дому. Руки замёрзли, пальто промокло и уже не спасало от холода. Засунув ледяные ладони в карманы, удалось согреться. Никогда не забуду, как впервые коснулся твоей руки. Тогда мы стояли на крыше. Ты спас меня от смерти. Закрыл от неё и не дал окутать своей мглой. Но я не смог спасти тебя от неё.

***

Стоя на краю крыши высокого здания, я смотрел на засыпающий город. Огни освещали каждую улочку. Ночью город ожил, а я ходил по краю пропасти, около самой смерти. От неё никто не защищён. Никто не может укрыться от смерти, но мне укрываться от неё и не хотелось. В тот момент мне наоборот хотелось встретится с ней лицом к лицу. Мне надоела серая и бессмысленная жизнь, и хотелось покончить со всем в один миг. В душе бушевал ураган, но мне не было страшно. Я не боялся смерти… но она забрала у меня тебя. Я подошёл ближе к краю крыши. За моей спиной вдруг раздался голос. — Хочешь спрыгнуть? — произнес кто-то ровно и спокойно. Я обернулся. Тогда я впервые увидел тебя. Ты будто из ниоткуда появился в моей жизни, ворвался в неё без спроса и стал для меня причиной жить. Я смотрел на тебя не в силах выговорить ни слова. Не зная, что ответить, я просто смотрел на тебя удивленым взором. Ты стоял в куртке, сунув руки в карманы, с завязанным на шее шарфом, слегка склонив голову вбок. — Насколько сильно потрепала тебя жизнь, что ты решился на суицид? Той ночью я впервые встретился с тобой. Мы стояли и просто смотрели в глаза друг другу. Уже тогда я чувствовал необъяснимую тягу к тебе. Чувствовал, что ты не просто так здесь появился. И я был прав. Ты подошёл ближе ко мне. Тогда я испугался тебя, ведь совершенно не знал, кто ты такой, и отшагнул назад. — Не бойся. — В твоих глазах было столько добра. Я смотрел в них и с каждой секундой все больше влюблялся в их красоту. — Я не знаю, почему ты захотел покончить с жизнью, но смерть ничем не лучше. — Ты шагнул ближе ко мне и протянул руку. — Доверься мне. Все мысли в голове перепутались. Я не понимал, почему этот парень так наивно пытается отговорить меня от смерти. Над головой сияли звезды, а луна в ту ночь была особенно красива, но для меня в тот момент существовал лишь ты. С некой опаской я поднял руку и впервые коснулся твоей. И то тепло, что я ощутил в тот момент, я до сих пор вспоминаю с нежностью. Я отошел от края, и вновь этот взгляд глаза в глаза… Подул ветер и я слегка поëжился от холода. Из одежды на мне была одна лишь футболка на несколько размеров больше, в которой я выбежал из дома. Ты снял свою куртку и накинул мне на плечи с заботой, будто мы были знакомы вечность. Мое сердце замерло, я задержал дыхание. — Я — Чонгук, — произнес тихо ты. Я увидел твою улыбку и, знаешь, я до сих пор не встретил улыбку красивее твоей. Я смущено опустил взгляд в пол. — Тэхён, — подал голос я. Ты был чуть выше меня. В белой футболке обтягивающей крепкие руки. Мы так и смотрели в глаза друг другу, стоя поздней ночью на крыше здания, с которого было видно весь город, освещённый ночными огнями.

***

В ту ночь я чувствовал необъяснимое спокойствие, мне было хорошо рядом с тобой. Постепенно и дождь закончился. Я все также медленно брел по темным ночным улицам, не замечая никого вокруг себя. А ведь ты был совсем другим. Ты наоборот, был ребенком, добрым и невинным. Мы были такими разными, но это не мешало нам полюбить друг друга. Тебе нравился день, мне — ночь. Тебе нравилось солнце, мне — звезды. Тебе нравилась музыка, мне — тишина. В этой жизни нас связывало лишь одно… …любовь. Я так редко говорил тебе это, но я на самом деле любил тебя. Любил больше всей этой чертовой жизни, которая так и осталась мне ненавистна. Зайдя домой и сняв с себя промокшую одежду, я лег на большую кровать в нашей комнате. Я столько раз пытался заменить тебя даже в постели. Ни один парень не был такой же, как ты. Каждый день думаю о тебе, чувствую твой запах в доме, засыпаю один, на холодной кровати. Все это невыносимо. Вся жизнь стала для меня вновь ненавистной. Всё. Всё вокруг напоминает мне о тебе. Черт… ненавижу. Ненавижу себя за то, что так убиваюсь по тебе. Ведь уже год прошёл, а я всё не могу поверить, что тебя больше нет. Что я больше никогда не увижу твоей кроличьей улыбки, от которой бабочки в животе начинали летать, больше не коснусь твоей руки… И больше не увижу твоих глаз, смотря в которые, я видел космос.

***

— Чёрт, Чонгук… Стоны, крики, шепот. Все смешалось в одной ночи́. Поздняя, тихая, красивая ночь. — Я же знаю, ты хочешь этого, — тихо шептал ты низким, хриплым голосом. В глубокой темноте было видно лишь блеск твоих глаз. В них горел огонь. Твой шепот вызывал дрожь во всем теле. Желание. Лишь желание ощутить тепло тел друг друга двигало нами в тот момент. Темная квартира, холодная простыня под телом, а ты навис надо мною, словно скала. Рядом с тобой я всегда чувствовал себя, словно за большой стеной, которая укроет от любых бед, успокоит, подарит нежность и любовь. Твои нежные губы, целовали каждый сантиметр шеи, оставляя багровые пятна. Местами укусы, грубые, но в то же время аккуратные, оставленные словно с опаской навредить. В этом был весь ты. В тебе скрывался грубый ангел и нежный демон. Ты был не такой как все и я сразу это понял. Твой взрывной характер совмещался с невероятной мужественностью. Ты был серьезный и задумчивый, но в тоже время, как ребенок, желающий заботы. Ты был такой разный, и за это я и любил тебя. — Тэ, — тихо начал ты. Я сразу посмотрел в твои бездонные зрачки, которые затягивали меня в глубь темноты. Горячие алые губы, медленно тянулись за поцелуем. Я поддался вперёд и впился них опьяняющим и нежным поцелуем. Как же я хочу ещё раз коснуться их. Снова ощутить их вкус. Снова почувствовать твое тело, быть рядом с тобой. Вдруг ты разорвал поцелуй. — Я люблю тебя, — смущено произнёс ты, не опуская взгляда, смотря на меня. Сердце замерло, а в животе летали бабочки. — Я тоже люблю тебя, Чонгук, — тихо прошептал я и вновь потянулся за поцелуем…

***

Большая черная футболка висела на мне мешком. Я слонялся по дому, подобно заблудшей душе и тихо напевал… When will that day come? When I meet you again. I want to look you in the eyes and tell you: 'I missed you…' (Когда этот день придёт? Когда я снова тебя встречу? Я хочу посмотреть в твои глаза и сказать тебе: «Я скучал по тебе…») Эти строки из твоей песни… Помню, как ты ночами сидел и что-то писал у себя в тетрадях, тихо наигрывая на гитаре заманчивую мелодию. Я сгорал от любопытства. Было до жути интересно, что же ты скрываешь? Местами любопытство сменялось на беспокойство, что песня о любви написана не для меня… Но когда ты сидел передо мной с гитарой в руках, пел мне эту песню, я чувствовал себя самым счастливым на свете, ведь понимал, что у меня есть ты… Понимал… что не одинок. Когда мне становилось тоскливо, грустно, в те моменты, когда моя тоска по тебе становилась совершенно невыносима, я пел ее. Пел эту песню, что стала для меня самой любимой. Каждая строка уже давно заучена наизусть, но мне не надаедает петь ее вновь и вновь. Когда ты в очередной раз пел ее мне, я сидел и записывал твою игру на камеру телефона. Твой голос… такой нежный Каждая строка уже давно заучена наизусть, но мне не надаедает слушать ее вновь и вновь. До сих пор я неимоверно рад, что записал его. Запись была прослушана не одну сотню раз. Вновь нажал на кнопку «воспроизвести», и из колонок телефона послышались тихие голоса… — Ну, Гуки, пожалуйста. — На экране телефона было видно сидящего с гитарой на коленях парня. Ты смущенно прятал лицо от камеры и улыбался своими кроличьими зубами. — Опять? — Ещё разочек, прошу, — не унимался я. Ты поднял гитару, зажав первый аккорд, начал играть… Я никогда не смогу передать то, что я ощущал, когда слышал твой голос. Мурашки бежали по телу, я будто находился в другой вселенной. Дышать становилось сложно, а в животе словно летали бабочки.

***

That light voice of yours that brushes past me. Please, call my name just one more time. Even though I’m standing still under the frozen glow of the setting sun, I’ll walk towards you step by step. Still With You… «Твой лёгкий голос тихо проходит мимо меня. Прошу, позови меня по имени ещё много раз. И пусть я стою под ледяным сиянием затухающего заката, Я буду шаг за шагом идти к тебе. Я всё ещё с тобой…»

***

— Все еще с тобой… . Часы пробили полночь. Я все еще лежал на кровати, раскинув руки по сторонам, и смотрел в потолок. — Почему?.. — Вслух произнес я. — Почему мы не вместе? В уголках глаз начали медленно скапливаться слезы. Одной рукой я закрыл лицо, желая остановить бесконечный поток слез. — Я так скучаю по тебе, Чонгук. Прости меня. Прости, пожалуйста… — Горячие, соленные капли обжигают щеки. — Это я виноват. Из-за меня тебя больше нет. — Вспоминая тот злочастный вечер, когда все и случилось, я плакал от бессилья, одиночества и тоски по тебе…

***

— Это ты виноват! — кричал я тебе в след. Глупая ссора, из-за которой все и случилось. Я не хотел тебя обидеть. Мы часто ссорились, и каждый спор был хуже прежнего. Оба кричали, злились, могли наговорить гадостей и потом долго извиняться, но в этот раз все было по-другому… — Я виноват лишь в том, что ты жив. Если бы не я, ты бы лежал под землёй, — ответил спокойно ты. Я замолк. Не поверил, что это на самом деле сказал ты. С того момента, как мы познакомились и начали общаться, мы говорили о моей «попытке суицида» всего раз. Но больше мы не затрагивали подобных тем. Для меня было слишком больно вспоминать те времена. Когда я остался один… Без родителей, без друзей и в итоге без любимого человека. Но я нашел тебя, и не хотел даже думать о прошлом, что так болезненно отдавалось в голове. И ты знал это. Ведь знал, что для меня больно вспоминать тот день, тот самый момент на крыше. Но все уже было сказано… Ты часто делал мне больно вот такими, случайными фразами о которых позже просто забывал, а я плакал, вспоминая их, ведь было больно слышать все это от родного человека… Услышав всхлипы, ты обернулся. — Тэ… — Ты посмотрел в мои стеклянные глаза и понял… Понял, что это задело меня, верно? Но уже было поздно. Уже ничего не вернуть. Поздно. — Тэ, прости, прошу. Я не хотел… Наша маленькая квартирка была освещена тусклым светом, ты подошел ко мне ближе, и, как и в первую минуту нашей встречи, я отошел от тебя подальше, словно от чужого… — Не надо, — тихо сказал я, подняв взгляд. — Ты прав. Да, я бы уже давно был бы мертв. Но, так было бы лучше, верно? — Губы растянулись в грустной улыбке. — Нет… Не говори так, Тэ… Меня окутали воспоминания о той ночи. Те ужасные чувства, что я испытывал. Почему? Почему я один? Почему в конечном итоге я всегда остаюсь один? — Ты думаешь, я просто так решил покончить с жизнью? Думаешь, мне просто скучно? Поэтому я решил спрыгнуть?! — Слезы рекой текли по щекам. Дрожали губы, руки. Все тело поразила дрожь. — Ты не понимаешь, что я чувствовал. У меня никого не осталось. Я бы просто спрыгнул, и все бы были счастливы. А теперь… Теперь я и тебе мешаю жить спокойной, счастливой жизнью. — Тэ, я понимаю тебя… — Ты быстро подошёл и несмотря на мои сопротивления обнял меня. Ты был выше и сильнее меня, и было сложно отбиться. — Нет! — Я вырвался и все также плакал. Ты растерянно посмотрел на меня. — Не надо так говорить! Ты любишь эту чертову жизнь. У тебя есть семья, друзья, работа. У тебя нет шрамов, нет этих чертовых воспоминаний, из-за которых ночами не спится. Ты живёшь счастливым, не надо создавать себе образ несчастного, Гуки! — Я не хотел, чтобы ты считал себя пожим на меня: низкого, черствого и слабого. Я отвернулся, скрыв своё лицо от тебя. Не хотел тебя видеть. — Что мне сделать? Я не хочу, чтобы ты был один со своими мыслями! — Умри… — тихо прошептал я. — Если хочешь меня понять — то умри… …я бы был давно уже мертв.

***

Ненавижу… Ненавижу себя… — Я слабый… — повторил я вслух. Вновь всхлипы и слезы. Вновь истерики и шум. Я вновь один. Один во всем мире, вместе лишь с самим собой. — Ровно год… — тихо произнес я. Год назад, после той самой ссоры, ты ушел и так и не вернулся. Год назад ты падал с крыши этого здания. Эта ссора уничтожила наши отношения. А ведь раньше я и подумать не мог, что настолько сильно привяжусь к кому-то… Все мои прошлые отношения нельзя даже близко сравнить с тобой. Я всегда видел мир серым, но после знакомства с тобой все изменилось. У меня появился ты, новый друг. Все словно встало на свои места, и я думал… что так будет всегда, но, видимо, мне не сужденно быть с тобой. Я никогда не встречал никого похожего на тебя… И не думаю, что когда-нибудь смогу. В темноте комнаты загорается экран телефона. Оповещение о новом сообщении. Я поднялся с кровати и взглянул на экран. Сообщение от Чимина… лучшего друга Чонгука. Мы были близки втроем и он помог мне пережить смерть Гука… Что же он мог написать в двенадцать ночи? В темном экране было видно мое заплаканное, опухшее от слез лицо. Я разблокировал телефон взглянуть на сообщение. «Тэ… Прошел уже год… Прости, что не прислал тебе это раньше, но он просил сделать это только через год.» — Что?.. — Я быстро открыл следущее сообщение и увидел длинный текст… «Тэхен. Я не знаю сколько времени уже прошло, но меня уже не будет в живых, когда ты будешь читать это сообщение. Мне столько всего хочется сказать тебе. Я хочу, чтобы ты знал. Ты никогда не был для меня плохим парнем, другом или человеком. За все годы наших отношений я не пераставал любить тебя. Но я многое скрывал… На той крыше я оказался не случайно. Если бы тебя там не оказалось в тот момент, я бы тоже спрыгнул оттуда. Я был зависим, пил, но когда в моей жизни появился ты — простой парень, который просто устал ждать своего счастья, я захотел подарить тебе это счастье. Благодаря тебе я научился жить, но не смог подарить тебе эту жизнь взамен. Я не представлю, сколько слез ты пролил из-за меня, из-за моих вечных криков и оскорблений… Прости… Прости меня, Тэхен-и, за всю ту боль, что я принес тебе. Я не умел держаться и болтал лишнего, осознавая, что тебе больно. Я принес в твою жизнь столько боли, и за это я себя ненавижу. Я не достоин быть с тобой и всегда осознавал это. Прости, что оставляю тебя одного в этом мире, но кому точно будет лучше без меня, так это тебе… Мне не страшна смерть, я давно был готов к встрече с ней, но раньше не хотел оставлять тебя, а после твоих слов я понял: я ужасен. За столько лет наших отношений я врал, врал тебе без остановки, а ведь ты не заслуживаешь такого. Не стоит грустить из-за меня. Я хочу, чтобы ты жил счастливой жизнью и, возможно, такая жизнь будет у тебя, но без меня… Я никогда не чувствовал того, что испытывал с тобой, и из-за этого ненавидел себя еще сильнее. Из-за того, что привязался к тебе. Я люблю тебя, Тэхен-а, и буду любить вечно. Хочу, чтобы ты помнил это. Даже после своей смерти я буду продолжать любить тебя. Твой Чонгук.» Дрожь поразила все тело. Я не верил. Не верил, что это написал мой Чонгук. Чонгук, который, как говориться в письме, был ненависен сам себе. Не верю, что Чонгук мог когда-то не любить себя, мог когда-то быть наркоманом… Я не верю. Гаджет полетел в стену. Пальцы зарылись в волосы, больно сжимая их у корней. Хочется кричать, но голос словно пропал. Я столького не знал. Зациклился на себе и не думал о том, что тебе могло быть плохо. Это все из-за меня. Я рухнул на пол, зажмурив глаза до боли, а слезы все текли, текли… Ты ведь был как ребенок. Ты ведь был не такой. Идиот. Почему не рассказал? Почему молчал об этом? — Все из-за меня… Это я виноват… — повторял я вновь и вновь.

***

Наша пустая маленькая квартирка, захламленная кровавыми следами, осколками стекла, дымом и слезами. Крассные пятна на руках, кровавая лужа на полу, и среди клубов дыма лежал я. Больше не было сил плакать. Не было сил кричать. Было все равно на весь мир. На то, сколько прошло времени, и на уведомления телефона, которые не переставали вновь и вновь поступать. Небо медленно только-только начинало отдавать красным цветом. Я медленно встал с пола, не обращая внимания на осколки, впивающиеся в руки, и вышел из квартиры. Шаг за шагом я поднимался выше. С каждым этажом я все сильнее ощущал чужое присутствие рядом. Сердце словно сжималось с каждым новым движением. Дверь на крышу была, как и всегда, открыта. Ветер. Холодный ветер подул в лицо, заставляя все тело дрожать от холода. Солнце ещё не встало, а луна только что зашла, сменяя день на ночь. — Красиво, верно? — прошептал голос за спиной. Тихий, родной голос, заставляющий все внутри гореть адским пламенем. Я обернулся. — Прости меня, Тэ. — Как и в первый день нашей встречи, ты стоял в метре от меня, но что отличалось от того самого момента — это твой взгляд. Глаза напротив были полны сожаления и боли. — Тебе не за что извиняться. Это я виноват в твоей смерти. — Нет. Ты не знал. — Ты отпустил взгляд в пол. — Если бы знал, не захотел бы и видеть меня. Прости… за всю ту боль, что я принес тебе. Но я люблю тебя… Я подошел к тебе ближе, подняв руку, попытался дотронуться до твоей щеки, но не почувствовал ничего. — Я тоже люблю тебя, — шептал я в пустоту. Я улыбнулся. Впервые за год я улыбнулся искренней улыбкой. Хоть и не по-настоящему, но я видел тебя вновь. И этого мне было достаточно. Достаточно, чтобы снова почувствовать себя счастливым. Я повернулся к краю. К краю, после которого идет смерть. Та самая, с которой я хотел столкнуться два года назад. Сейчас меня никто не спасет. Но я не жду спасения. Я жду встречи с тобой. — Увидимся в следующей жизни… — сказал я и шагнул вперед. Я летел. Летел вниз, навстречу тебе. Я открыл глаза и в последний раз взглянул на небо. Небо. Оно такой красивое. Как и твои глаза…