7-Кораблей

Морская гладь, тишина и шум моря — это спокойствие, которое могут прервать только мысли. Такие ненужные. Умиротворение, шум волн, что бьются об карму* корабля. Забвение*. Истинное забвение, какое приходит с рождением. Если умеешь ждать. Минхо смотрит в потолок кубрика*, вспоминая все тот же первый день. И зачем он полез на этот корабль? Что из этого выйдет? Но ему так интересно узнать. Юноша тихо поднимается с кровати и идет на палубу, чтобы сделать глоток свежего воздуха: ему сейчас нужно проветрится, это успокаивает. Корабль уносит его от прошлого, от этой жизни и всех остальных людей куда-то далеко, в странное место. И если бы он знал куда, то точно прыгнул бы за борт и поплыл. Ему хочется забыться в этих волнах, он хочет ощутить их на себе, хочет потеряться. Но покинуть корабль, значит сдается. В каюте Капитана чуть виднеется свет, и Минхо усмехается. Неужели кто-то тоже хочет потеряться в ночи? Его нельзя увидеть на свету, может, в ночи он другой? Так говорят. Но если там никто не видит, значит, они там все не такие, как здесь. Капитан там всемогущий? Он думает про Капитана, и в голову приходит простая мысль. Что в этом его цель: оставить после себя напоминание о себе и своей жизни. Минхо тихо проходит к приоткрытой двери и смотрит в щель. Нет, он не боится, просто интерес берет верх, он хочет увидеть что-то, о чем потом будет жалеть. Ему не нужен тот свет из каюты Капитана, он и без него все хорошо видит. Юноша смотрит на такого непривычного парня, стоящего у зеркала, что Минхо кажется, словно зеркало заколдовано, ибо то, как он видит парня со стороны, совершенно не похоже на его отражение. Хан спокойно дышит с закрытыми глазами и это завораживает. То, как его грудь медленно поднимается и опускается, так притягивает. Но вот дыхание остановилось, глаза чуть приоткрылись. Взгляд спокоен и тверд, только иногда брови медленно ползут вверх, и губы сжимаются в тонкую линию. На лице ни капли удивления, злости или разочарования, его глаза, едва заметные в зеркале, полны умиления или грусти. Он на минуту закрыл их, а когда открыл, его лицо стало совершенно таким же, как и тогда. Минхо может только удивляться тому, что творит этот капитан. Он будто нечто иное, будто сам не из этого мира. Его лицо надменное, строгое, движения плавные и неторопливые. Видно, что этот парень расслаблен и сам себе хозяин. Потом он снова закрыл глаза и глубоко вздохнул. Минхо заметил на его лице улыбку. — Что, интересно? — он говорит тихо и, открыв глаза, смотрит на Минхо через зеркало, пуская мурашки по коже, потому что смотрит он так пронзительно, хоть один глаз и закрыт повязкой. Минхо видит это. Видит, что ему хочется отвести взгляд. А Капитан не шевелится и ничего не спрашивает. Потом он отворачивается к окну, выглядывает на улицу и снова смотрит на Минхо. В его взгляде ни тени раздражения, недовольства или нетерпения. Как будто он ожидал его здесь увидеть. Он полностью погружен в себя. — Ты нарушаешь мое пространство, тебе не кажется, что ты засмотрелся? Хан не поворачивается, он ждет, хочет услышать то, что от него хотят. А Минхо ухмыляется. Возможно все это — уловки, но Ли не ведется, не приближается, хотя так хочется. Он это понимает, но не хочет переходить к делу. Капитан не раздражается, но и не улыбается. — В тот день ты был решительней. Угрожал, ставил условия… что же случилось теперь? — Хан медленно поворачивается и вздрагивает, когда видит Ли так близко. Он будто кошка, которая крадется к жертве; пантера, что убивает медленно. Что-то не то с его взглядом, в нем что-то неуловимое проскакивает, словно туман в глухом мраке. Но его ни с чем не спутаешь. Эти глаза, мертвые глаза умирающего ангела. — Ваши уловки такие банальные, — Минхо улыбается, смотря на парня напротив. От него веет морем, таким соленым и неприступным, которое хочется потрогать, прикоснуться. — Где ваша ненависть, Капитан, к чему все это? Вы не верите, что я склоняюсь перед вами. Не верите, что готов служить своему капитану? Минхо говорит шепотом, не трогает, а Хан сглатывает, потому что Ли Минхо тот самый, которого нельзя понять, нечитаемый объект в его игре. Хан цепляется руками за край стола, потому что Минхо давит взглядом, от этого убежать хочется. — Скажите мне, что с вами не так? Я видел те голубые глаза, что сияли на солнце, будто… — Ненастоящие, — договаривает Хан, потому что не может понять, потому что непонятно нечего. Минхо ухмыляется и взгляд отводит. Ненастоящие, не живые, его Капитан это грань со всем, его будто нет одного, его много и все разные. — Тебя не должно быть тут.— Минхо снова смотрит на Хана. Да, не должно быть, но он тут, и это видение, ветра, моря, может быть сам Минхо. — Не должно быть, но и вы не должны смотреть на меня. Разве я не должен быть уже давно мертв? Минхо улыбается снова и отходит от Хана, замечая, как он сильно сжимает стол пальцами. Он просто уходит, уходит оставляя Хана вот так в непонятном состоянии, слышно только шум моря, слышно только ничего. В голове у Хана ничего. В мыслях, в сердце — пустота. Он больше не Хан, не кто-то еще. Он просто тень. Ветер дует через его рубашку, а он ничего не чувствует. Не может ничего чувствовать. Его нет. Хан медленно подходит к кровати и садится на белые простыня, смотря куда-то в пустоту. Он ложится на спину, смотря в потолок. Ничего. Он будто вампир, что высосал его кровь и оставил ни с чем. Через несколько минут в голове Хана появляется голос: «Хмммм… Но в твоей душе по прежнему осталось много вопросов. О том же думает и Минхо, что точно так же смотрит куда-то в потолок, лежа в кубрике на кровати». Тишину прерывает звон колокола и крики штурмана*. Хан открывает глаза и поднимается с кровати, идя к выходу. Хан не слышит, он выходит на палубу. Этот звук больше всего раздражает его. — Капитан, на нас совершенно нападение со стороны другого корабля. — сообщает дозорный, и Хан срывается с места, поднимаясь на верхнюю палубу. За штурвалом — Чан, который пытается справится с тем, чтобы корабль не пострадал. На нижней палубе все суетятся, смотря на то, что происходит. — Он идет на таран, мы не успеем. — Хан подходит к Чану и берет штурвал в свои руки, пытаясь увернутся. — Зарядить пушки. — подает указ Чан, и пираты начинают выполнять приказания. Минхо подходит к краю корабля и смотрит на судно, что идет прямо на них, не боясь разрушений и для себя. Ли смотрит еще несколько минут, после чего срывается с места, поднимаясь к Капитану. К нему присоединяются несколько пиратов, которые находились в каютах и уже успели вооружиться. — Капитан, — Хан не обращает внимание, в попытках как-то увернутся, но как только руку кто-то перехватывает, он проворачивается на звук, — можно мне? — Минхо смотрит так уверенно, так магически. В глазах проблескивают золотистые блики, но Хан им не доверяет. — Я знаю, как обхитрить их. — Минхо вопросительно кивает на других. Все замолкают. — Что вы собираетесь делать? — спрашивает Капитан. —Я хочу нагнуть корабль. — Сумасшедший? Ты хочешь всех угробить? — Хан вырывает свою руку и снова встает за штурвал, но тут его останавливает Чан. — Капитан, довертись ему, или мы умрем, так и не попытавшись что-либо предпринять. Хан отходит. Он проворачивается к Минхо и смотрит на него. Ненавидит, в его глазах ненависть, такая, что Ли готов дать Капитану клинок, чтоб он избавился от этого гнева. — Если ты убьешь мою команду… — Если все пойдет не так и кто то умрет — убейте меня. Минхо улыбается и, обойдя Хана, подходит к штурвалу, беря всю ситуацию в свои руки. Корабль начинает поворачиваться в сторону другого судна пиратов. Теперь он движется практически параллельно. Они совершают различные маневры, чтобы выиграть немного времени. Янтарный луч скользит в опасной близости. Пираты, похоже, не ожидали встречи. Минхо начинает крутить штурвал в разные стороны, расшатывая корабль. Фрегат плывет точно на тот самый, что не сворачивает с курса, и Минхо ухмыляется, резко выворачивая штурвал вправо. Корабль резко сворачивает и нагибается, держась на плову на боку. Чан подает сигнал и из пушек выстреливают ядра, попадая точно в цель. Ли резко проворачивает штурвал в другую сторону, снова возвращая корабль на исходную позицию. Судно врагов плывет и в огне опускается на дно моря. Крики и ликующие пираты, победа снова. Чан хлопает Ли по плечу и благодарит за помощь, а Хан стоит, молча смотря на корабль, что тонет в огне. Через некоторое время Янтарный Луч, который перестал светить, уже порядком надоел, и ребята разошлись спать, чтобы набраться сил перед новой атакой. —Капитан, — слышится голос Ли, и Хан молчит. — Спасибо, а теперь свободен, — Капитан не смотрит на Минхо. Он не может поверить, просто пытается навязать себе другое мнение, но этот парень спас. Разве можно так ненавидеть человека, что помог? Что если бы он не смог? По щеке Хана бежит одинокая слеза, и Минхо это замечает. — Я рад помочь моему Капитану, — чуть тише говорит Минхо и уходит. Хан выдыхает и смотрит на Чана, подходящего ближе. — Они… это были они. Они пришли за мной, — Чан обнимает Хана, гладя его по голове, а где-то внизу, на палубе, за этим наблюдает Минхо и рядом стоящий Хенджин. Ночь для каждого выдалась по-своему. Минхо так и не уснул, смотря в потолок. Часто выходил смотреть на волны, несущие корабль, и поглядывал на дверь, в которой уже не горит свет. Вдруг он почувствовал дрожь. Это была не тряска судна, это был холод в душе. Минхо вспомнил, когда в последний раз такое происходило и понял, что никогда не забудет тот холод, который тогда чувствовал. Он до сих пор не может понять, для чего он тут. Для выживания или просто потому, что мальчик с голубыми глазами так запал в душу? В жизни все намного сложнее. Не было ни единого момента, которое бы его волновало, это что-то другое. Как в его голове это оказалось сейчас? Как он мог раньше так думать? Ведь с ним действительно обращались как с ни с чем. Он для таких как они — никто, просто мальчик, что навязался в пираты, вот и все.Он поймал себя на том, что это верно. Но тогда кто он сейчас? И что произойдет, когда он поймет? Поддаться? Оставить всё как есть? Признать, что это всё? Да, это единственный выход. — Ты слишком много думаешь, — к Минхо подходит Хван, что улыбается грустно. Это какой-то сигнал из будущего. Нет, сказал сам себе Минхо. Не сдаваться, что бы не случилось. — Знаешь, для простого парня ты слишком умный. Он оценил это, поверь, и Капитан поговорит с тобой еще… Но ты просто не знаешь, кто такой Хан Джисон на самом деле. Поэтому не думай ни о чем. — Кто ты такой, Хенджин? — Ли смотрит на парня, а тот улыбается. Им всем нужно знать столько, сколько нужно, ни больше ни меньше. — Я сын цыганки, обычной цыганки, ничего больше. Хенджин переводит взгляд на луну. В его глазах отражение луны, ветер что развивает его волосы, он просто сын цыганки, он просто брошенный на произвол судьбы. Он просто тьма. Ему не нужна другая судьба. Если судьбе угодно было так его осчастливить, пусть будет так. Это еще одна из граней бытия, дарованная ему за то, что он успел сделать. Цинизм. Жизнерадостность. Минхо исчезает так же быстро, и Хван остается совсем один, смотря куда то в даль. и совсем не замечает, что где-то недалеко за ним наблюдает тот самый воришка, что так хочет узнать правду об этом парне. Нет в мире правды. Секреты есть всегда, и они будут преследовать вас, даже если вы вздумаете убежать. Хан до утра пролежал в каюте, вытирая слезы и смотря на себя в зеркало. Смотря и понимая, что это не он. Один глаз как голубое небо, а другой покрыла пелена, белая пелена и больше нечего. Скоро его заберут, он исчезнет и останется легендой, но нужно ли ему это? Свет падает на блестящее дерево, и Хан, смахивая слезы, натягивает повязку на уже голубой как брельянт глаз. Даже глаза его ненастоящие, он ненастоящий, он просто существует. Таким стал Хан. Хорошо, что сейчас он не может видеть своих слез. Хорошо, что он не может видеть ничего. Хан остался один.