Спасибо

Он продолжал приходить во снах. Кричал, умоляя помочь, хватал за грудки, виня за то, что родной брат испортил ему жизнь, реже плакал, обнимая крепко-крепко, шепча извинения и благодарности. Но потом неизменно исчезал, и Стэнли просыпался посреди ночи, хватая руками воздух, со слезами на глазах и твердой уверенностью в том, что вернет его назад. Правда, портал все никак не хотел чиниться, остальные дневники были безвозвратно утеряны, и он абсолютно ничего не мог поделать. Тридцать чертовых лет он потратил на поиски ответов, но безуспешно. И все эти тридцать лет он носил его имя, жил в его доме, и, временами сидя в его лаборатории, осознавая весь масштаб трагедии, лишь беззвучно плакал над его рукописями, умоляя вернуться. Встав с кровати, Стэн нащупал на тумбочке очки и, надев их, направился в ванную. Включив свет, он подошел к раковине и глянул в зеркало напротив. Отражение смотрело с какой-то пустотой и безразличием, и Пайнс глубоко внутри даже испугался. Но, помотав головой, оправился и, сняв очки, ополоснул лицо водой, прогоняя остатки очередной встречи с братом во сне. Тем более, что сегодня важный день, и Стэнли не должен давать кому-либо понять, что он не в порядке. Сегодня приезжают близнецы. Внуки Шерми и его внучатые племянники, которых он не видел огромную кучу лет, с тех пор, как в последний раз ездил к младшему в город. Наверняка они выросли, и он их ни за что не узнает, но их родители предупредили, что они сами должны найти хижину, поэтому волноваться не о чем. Хотя нет, есть о чем: как представиться и не отпугнуть детей, куда их поселить, как не испортить о себе впечатление и еще о многих других вещах, о которых не стоит забывать, когда приглядываешь за детьми. В голову пришла мысль, что самым главным должно быть то, как спрятать от них портал и подобную паранормальщину, творившуюся в этом городке. Если они узнают, то могут пострадать, а этого он себе никогда не простит. Он потерял из-за этого брата, и не может допустить, чтобы пропали и внучатые племянники. «Нужно быть готовым ко всему», — с этой мыслью Стэн направился обратно в комнату. Часы показывали семь утра, а значит, нужно было спешить: Хижина Чудес откроется через час.

*****

— Что-то случилось, мистер Пайнс? — даже Венди заметила перемену в поведении Стэна. Тот и правда весь день провел как на иголках, ожидая близнецов, и хотел бы успокоиться и принять невозмутимый вид, но ничего с собой поделать не мог. — Ничего особенного, всего лишь дети приезжают, — ответил он, нервно постукивая пальцами по подоконнику, и выглядывая там кого-то, кто мог быть хотя бы отдаленно похож на двух двенадцатилетних детей. — Какие еще дети? — девушка, оживившись, удивленно уставилась на него. Стэн лишь закатил глаза. — На меня на целое лето повесили внуков моего младшего брата, и я очень надеюсь, — он повернулся спиной к окну, — что к их приходу тут все будет идеально, — он осмотрел магазинчик и остановился на девушке, сидящей за кассой. Та лишь повела плечами, почувствовав себя неуютно под тяжелым взглядом. — О, а это не те двое, что идут сюда с кучей чемоданов? — вставил Зус, показывая на кого-то в окне. — Где? — Стэн подбежал к окну, но никого не увидел. Оглянувшись на парня, он уже хотел съязвить что-то, но тут раздался неловкий стук в дверь. На пороге стоял хмурый парень в зеленой кепке с рюкзаком за спиной и девушка в свитере с блестками, с большим розовым чемоданом и такой же большой улыбкой до ушей. — Привет, дядя Стэн, — девочка, отпустив чемодан так, что он упал на крыльцо, обняла мужчину за ноги. Пайнс, совершенно не ожидавший этого, глянул на второго близнеца, вспоминая, как зовут этих двоих. Пацан, вздохнув, поднял чемодан сестры и посмотрел на него в ответ, словно ожидая чего-то. От этого взгляда Стэн опомнился и наконец заговорил: — Так, ладно, дети, я рад, что вы меня помните, но навряд ли вы знаете хижину чудес, поэтому давайте я вам тут все покажу, — неловко произнес он, чуть отодвинувшись назад. Девочка, к счастью, поняла намек и отскочила обратно к брату, выхватив у него чемодан и взяв его руку в свою. Тот ничего не сказал, лишь изогнув бровь, но все же сжал ладонь сестры крепче. Стэн, смотря на это, тихо сглотнул, и, отгоняя воспоминания и начинающую расти зависть, наконец пригласил детей в дом.

*****

— Дядя, помоги мне застегнуть браслет, пожалуйста, — все та же неизменная железная улыбка, и Стэн, даже если очень занят, не может ей отказать. Отвлекшись от небольшой ревизии, которую он всегда проводил в обед, между экскурсиями по хижине, он легко защелкнул застежку на очередной радужной фенечке племянницы. — А что, Диппер не может застегнуть? — невзначай спросил он, но осёкся, увидев, как девочка переменилась в лице. — Нет, не может, — ослепительная улыбка пропала, и девочка, разглядывая свой новосплетенный браслет, побрела к входной двери. И тут Стэну стало совсем не до ревизии, ведь что-то определенно было не так. — У вас с Диппером что-то случилось? — преодолев комнату за пару шагов, мистер Пайнс осторожно приобнял девочку за плечи и развернул к себе. Он еще никогда не видел всегда улыбающуюся племянницу такой грустной. — Ничего особенного, всего лишь немножко поругались. Не хочу об этом говорить, — она нахмурилась и, выпутавшись из объятий дяди, наконец вышла на улицу. Дело начало принимать серьезные обороты. Стэн, конечно, пару раз видел, как близнецы ссорились, но все заканчивалось довольно быстро, по крайней мере, Мэйбл так сильно не менялась в лице при упоминании брата. Да и самого Диппера он давно не видел… Может быть и в этот раз все было точно также, как и в прошлые, но почему-то чутье подсказывало Стэну, что вмешаться все же стоит. За этими мыслями он и не заметил, как ноги привели его к чердаку близнецов, где, скорее всего, сидел Диппер. Ну раз уж Стэн тут оказался, то отступать поздно. Постучавшись в приоткрытую дверь и услышав какое-то шуршание, он заглянул внутрь. — Ты здесь? — мальчик сидел на своей кровати, сосредоточенно уткнувшись в книгу так, что не было видно лица. Старший добрался до кровати и осторожно сел рядом. — Да, но я занят, — пробормотал Диппер откуда-то из-за книги. Голос отчего-то дрожал, и Стэн забеспокоился еще больше. — У тебя книга перевернута, умник. Парень вздрогнул после этих слов и резко перевернул книгу, сжав ее в руках до белых костяшек. Пайнс лишь спустя пару секунд осознал, что назвал племянника прозвищем, которое он дал брату. Они действительно чем-то похожи… — Так что? — послышался голос из-под книги, выведя Стэна из неприятных мыслей. Все же надо мирить близнецов, а то вдруг они так все лето проходят. Или еще хуже… — Что у вас с Мэйбл случилось? — наконец спросил мужчина. — Я видел ее только что, и грустнее человека я еще не встречал. Да и ты какой-то нервный… — он оглядел племянника и замер, ожидая ответа. — Я… — Диппер осторожно высунулся из-под обложки и, наткнувшись на серьезный взгляд дяди, все же сдался и отложил книгу в сторону. — Ладно, я не знаю что делать. Мы вчера поссорились с ней из-за какого-то пустяка, и я думал, что она придет мириться первой через пару часов, как она обычно это делает, но этого так и не произошло, — он нервно выдохнул, переводя дух. — Она даже не пожелала мне спокойной ночи, а наутро я просто побоялся заговорить с ней. Мне так непривычно без нее, дядя Стэн, помоги, пожалуйста… — его голос все еще сильно дрожал, и было видно, что мальчик переживает. «—… я думал, что все будет как прежде через пару часов, но мы не разговариваем с ним до сих пор. Я не знаю, что делать, мам, помоги мне, пожалуйста, я не хочу его терять… — доносился детский заплаканный голос из приоткрытой двери в их общую спальню. Стэн, пытавшийся войти в комнату, вовремя услышал разговор и остановился, стараясь не пропустить каждое слово. Они с Фордом не разговаривали уже целых три дня, и все из-за Стэна, в котором вдруг появилась гордость, сказавшая ему, что он не должен идти мириться первым после ссоры с братом. Мальчик пожалел об этом уже на следующий день, когда тот прошел мимо него с опущенной головой, не сказав ни слова. Привычного похода на пляж в поисках сокровищ не было ни в тот день, ни в следующий, и Стэнли, возвращаясь с дополнительных занятий думал о том, как скучает по этому. Эта ссора сильно затянулась, но у мальчика не хватало смелости ее прекратить. Гадая, что будет дальше, он завернул к их общей комнате и услышал это. — Милый, а ты не думал о том, чтобы помириться с ним самому? — мягкий мамин голос звучал успокаивающе, и всхлипы с той стороны двери постепенно утихали. — А вдруг он не захочет мириться? Вдруг он нашел себе новых друзей, а со мной больше не будет общаться, потому что я странный? — Стэн, хоть и не видел, но был уверен, что брат разглядывал свои пальцы в этот момент. Стоя за дверью, парень обещал себе, что, когда они помирятся, он даже не позволит Форду думать об этом. — Я уверена, Стэн никогда тебя не бросит, — мама, как всегда, была права, — ничего страшного не случится, если ты просто поговоришь с ним. Вот увидишь, вы помиритесь, — прекрасный талант гипнотизера сделал свое дело, и Форд успокоился полностью. — Ты права, мам, — мальчик шмыгнул носом и встал с кровати, — я поговорю с ним, как только он вернется, вот сяду у двери и буду его ждать, — и он направился к выходу из комнаты. Но не успел Форд распахнуть дверь, как замер и уставился на близнеца. Пару секунд игры в гляделки, и Стэн бросился в объятия к брату. Тот, в свою очередь, от удивления не смог ничего сделать, кроме как неловко обнять в ответ. Они так и стояли на пороге, не желая отстраняться друг от друга. — Я должен был сразу пойти мириться, — прошептал он, глядя на маму. Та в ответ лишь легко улыбнулась, смотря на эту картину, — прости меня, — в глазах защипало, но Стэн лишь поморщился: он сильный, он не должен плакать. — Нет, это ты меня прости, — послышался мягкий дрожащий шепот где-то рядом с правым ухом, и шестипал прижался еще ближе, — я так не хочу тебя терять…» — …дядя Стэн? Все хорошо? — донесся до мужчины голос Диппера, вытаскивая его из воспоминаний. — Слушай, а ты не думал о том, чтобы помириться с ней самому? — положив руку на плечо племяннику, он, незаметно для себя, повторил фразу матери. — Я… я не знаю, — Диппер, ошеломленный внезапной фразой Стэна, сглотнул и поежился. — а вдруг я сделаю что-то не так? Вдруг все станет еще хуже? Я уже и так облажался, я… — Послушай, — резко прервал Ли эту череду загонов, внезапно решившись рассказать кое-что, — у меня тоже был… один друг, и мы тоже часто ссорились, но мириться первым приходил всегда я. И вот однажды, я решил, что с меня хватит, если я ему нужен, то пусть сам придет и поговорит со мной. — мальчик слушал, высоко подняв голову и внимая каждому слову. — Мы не разговаривали целых три дня, и я даже пожалел об этом, но мне не хватило смелости подойти и заговорить с ним. А потом я случайно подслушал, что он очень сильно скучает и хочет помириться, но боится, что надоел мне, хотя это было совсем не так. В общем, — закончил он, — навряд ли Мэйбл не хочет с тобой общаться, так что ничего страшного, если ты просто пойдешь и поговоришь с ней. — Да, наверное, — Диппер слез с кровати, обдумывая только что услышанные им слова. — Я, тогда, наверное, пойду, — поколебавшись секунду, он все же направился искать сестру. — И еще кое-что, — окликнул его Стэн, и мальчик обернулся уже у самой двери, молча ожидая продолжения. И спустя секундную паузу он продолжил, — цени свою сестру, она у тебя одна. Если однажды упустить момент, то будет уже поздно, — Ли понятия не имел, откуда в голове взялись такие умные фразы, но они донельзя точно описывали его жизнь. Диппер лишь нахмурился, услышав это, и, все же дернув за ручку, вышел с чердака, оставив старшего одного. — Спасибо, дядя, — прозвучало уже из коридора, и дверь захлопнулась.

*****

— Лучше бы ты не возвращался! — вылетело у Стэна, и он, лишь спустя секунду поняв, что натворил, от страха закрыл себе рот рукой, лишь бы не сказать еще что-нибудь непростительное. Форд, стоящий напротив, лишь замер, анализируя фразу и постепенно начиная понимать ее смысл. — А я и не просил меня оттуда вытаскивать, — шестипалые ладони сами сжались в кулаки, густые брови нахмурились, а голос стал тише, но жестче и циничнее. — Самый тупой способ потерять тридцать лет жизни впустую, но от тебя, Стэнли, этого и стоило ожидать. — Впустую?! — Стэн, чуть не задохнувшись от возмущения, отвернулся, не желая видеть брата, и уже действительно не видя, как тот начинает сожалеть об этих словах. — Да пошел ты, неблагодарный! — бросил он через плечо. — Ну вот и пойду! — гордо прилетело в спину через секунду, и Форд, резко развернувшись, быстрым шагом вышел из кухни. Он вернулся неожиданно. Стэн ждал тридцать чёртовых лет, и вот — он здесь, живет с ним под одной крышей уже неделю. Казалось, Ли должен радоваться, что брат снова рядом, живой и здоровый, а не погиб в другом измерении, но все оказалось не так радужно, как представлялось. Всю эту неделю они провели в ссоре, ни дня не обходилось без криков… Стэн так устал. Почему он просто не может взять и поговорить с братом? Все еще не хватает смелости? «Да, Стэнли, ты просто трус, который боится подойти и сказать пару слов, признай это», — активизировался настойчивый внутренний голос, еще больше загоняя в тупик, и Пайнс, закрыв лицо руками от безысходности, присел на стул рядом. Совсем близко послышался неразборчивый шепот, а затем кто-то легко спрыгнул со стула и выбежал из кухни. Стэн обернулся, напуганный странными звуками — в метре от него, прожигая внимательным взглядом, сидел Диппер. Мужчина дернулся, совершенно забыв, что на кухне были еще и дети, и, вдруг осознал, что они видели все, от начала и до конца. Стыд прожег его насквозь вместе со взглядом племянника, прочно заседая в голове, и Стэн, не выдержав, опустил голову на стол, невольно пытаясь спрятаться от окружающего мира. Мало того, что ухудшает отношения с братом, так еще и выставляет себя ужасным человеком в глазах детей… Он не достоин их всех, не достоин, не достоин… — Дядя Стэн, ты не виноват, — послышался ломающийся голос, и на плечо легла мягкая детская рука. Ли медленно поднялся, снова поймав взгляд племянника. Тот смотрел совершенно не обвиняюще, как казалось раньше, а, наоборот, сочувствующе и обнадеживающе. Его жалеет ребенок, какой позор… — Я такой придурок, — он вновь со стуком опустил голову на стол, но сразу же поднялся, облокотившись на спинку стула. Теплая рука соскользнула с плеча и, на секунду замерев, легла на стол. — Ну почему все идет наперекосяк? Почему я не могу просто поговорить с братом? — рассуждал Стэнли, глядя в потолок. Диппер молчал, словно боясь что-то спросить, но потом все же решился. — А твой тот самый друг — это Форд? — тихо выговорил он. Ли замер от неожиданного вопроса, а затем медленно опустил взгляд с потолка на ждущего ответа племянника. — Какой такой друг? — переспросил он, хотя уже догадывался, о чем речь. — Помнишь, когда мы с Мэйбл поссорились, — торопливо объяснил мальчик, — и ты рассказал мне о нем. Я тогда еще подумал, навряд ли обычные друзья могут быть так же близки, как мы с Мэйбл, — Диппер замялся, но через секунду продолжил, — но потом я понял. Стэн не нашелся, что сказать, лишь молча смотрел на мальчика, пытаясь понять, к чему тот завел этот странный разговор. — Тогда же ты сказал, что лучше самому пойти и поговорить с человеком, чем сидеть и ждать, — тщательно подбирая слова, продолжил Диппер, — помнишь? «Ничего страшного не случится… …если ты просто пойдешь и поговоришь с ним», — возник голос мамы в голове. И он снова стоит за дверью, а между ним и Фордом трехдневная ссора и ничего больше. — Дядя Стэн? — вывел из раздумий голос Диппера, и Стэн уставился на него взглядом, полным решимости. — Да, ты прав, наверное, — он встал из-за стола, и мальчик просиял. Но все-таки что-то не давало покоя мужчине. А вдруг не получится? Тридцать лет — не три дня, они слишком много времени не разговаривали. Слишком много всего случилось, и навряд ли простое «извини» тут поможет. — Пойдем, тебе просто нужно с ним поговорить, — Диппер, заметив замешательство дяди, обошел стол и, взяв Стэна за руку, потянув его за собой. Лишь сделав первый шаг, ноги сами пошли в сторону лаборатории, и Пайнс все же не смог сопротивляться. Он просто скажет брату то, что думает, и все будет хорошо. Или просто будет. За тяжелыми мыслями он не заметил, как они оказались за автоматом. Диппер нажал одну из кнопок, и лифт, бесшумно заработав, поехал вниз. Мальчик ободряюще сжал руку и, когда двери открылись, вновь потянул Стэна за собой. Но у самой двери в лабораторию тот остановился, притормозив и племянника. Диппер, отпустив руку, вопросительно обернулся на дядю, а Стэн в ответ лишь жестом попросил помолчать и подошел ближе к открытой двери. — …ну же, дядя Форд, пойдем, — послышался тихий, но настойчивый голос Мэйбл. Стэн удивленно обернулся на ее близнеца, но тот лишь отвел глаза и отвернулся к двери. — Я не справлюсь, понимаешь? — голос Форда дрожал, кажется, он был сильно взволнован, — я совершенно не умею подбирать слова. Да и не поможет это, я все равно не смогу искупить все, что сделал за сорок лет, — Стэн не верил своим ушам. Форд чувствовал себя виноватым? Быть такого не может! А если и может, то не должно. Чувство вины снова затуманило разум, и Стэнли еле сдержался, чтобы не пойти и высказать все брату в лицо, но какое-то шестое чувство подсказало, что лучше остаться на месте, и он вновь прислушался. — Неправда! — воскликнула Мэйбл за дверью, — Ты все сможешь, нужно только захотеть. Ты же ведь хочешь помириться с дядей Стэном? — Конечно хочу, но… — Ну вот и все! Тебе просто нужно подойти и сказать всего одно слово: «Прости!» — девочка мило растянула последний слог, и Стэн был уверен, что она сейчас улыбается и активно жестикулирует — один из ее приемчиков, когда кого-то нужно было уговорить — перед этим еще не никто не смог устоять. Судя по тому, что Диппер улыбнулся, глядя в щель, Пайнс решил, что так и есть. За дверью раздался тяжелый вздох и тихая усмешка. — Хорошо, будь по-твоему. Но знаешь, есть одно слово в сотню раз лучше, чем «прости», — в лаборатории послышались шаги, и голос Форда стал чуть ближе. Диппер запаниковал, отстранившись от щели, отошел назад и подтолкнул дядю ближе к двери. Та внезапно распахнулась, и все четверо застыли. Спустя секунду игры в гляделки в глазах Стэнфорда промелькнуло чувство дежавю, и уже он бросился в объятия к брату. Крепкие руки схватили его плечи, боясь отпустить, а в тишине подвала прозвучало слово, что Стэнли хотел услышать целых тридцать лет — тихое… — Спасибо.

*****