Токийский пиздец

//Повествование от лица Ханмы.// — Как же раздражает, — спеша возвращаясь из магазина домой, закуриваю любимые сигареты, — почему я за няньку? Делаю глубокую затяжку и выдыхаю дым с привкусом ментола, наблюдая как быстро его рассеивает перед глазами ветер. Не то чтобы я сильно против этой роли, так как у меня свои были планы на ее счёт, но им не суждено сбыться, судя по всему. — Ебучий ты Манджиро Сано. — Ты не на много лучше, знаешь ли, — женский голос донесся до ушей правее от меня, когда т/и вышла из подъезда многоэтажного дома. Перевожу взгляд с чистого неба на нее, просто чтобы убедиться, что это не один их моих глюков. Одежда, которую мне посоветовала консультант, действительно хорошо на ней сидела. Больших усилий стоит не пялиться на идеальные формы, которые были обтянуты узкими черными джинсами. — Пошли быстрее, — киваю, сохраняя на лице маску безразличия ко всему на свете, а в голове уже зарождается новый план с названием "завали ее или умри". Всю дорогу она шла рядом молча, думая о чем-то своем. А я…а я вот, вместо того чтобы размышлять о проблемах Вальхаллы, думаю, что ей во мне так сильно не нравится? Красный свет! Стоп-стоп! О чем вообще речь? Не ебет меня ни разу, что она там себе думает. Наверное... Когда мы были на месте, я пропустил девушку вперёд, открывая перед ней тяжёлые двери заброшенного магазина. — Оу, а ты оказывается джентльмен? — Оу, а тебе советую держать язык за зубами, а то любишь его распускать, — отвечаю колкостью на колкость, замечая как уголки ее губ приподнимаются в легкой улыбке, а меня это почему-то радует. В зале не было никого, кроме тех, кто может решать судьбу целой банды. На своеобразной сцене сидели два брата, а возле нее, за столом, Кисаки. — Ну неужели. Я думал, никогда не дождусь своих заместителей. — Не забывай, что второй вице-командир — девушка. У них свои часы в голове. Необъяснимые, — оправдываюсь за опоздание, усаживаясь на обшарпанный стул. — Чё спизданул? — девушка стукнула меня кулаком в плечо и села напротив Кисаки так, что я мог видеть только ее спину. — Итак, т/и, знакомься, это братья Хайтани. Они не являются участниками Вальхаллы, но преследуют такие же цели, что и мы. Поэтому готовы оказать поддержку. — Тэтта начал вводить ее в курс дела, а я откинулся на деревянную спинку и запрокинув голову, разглядывал черный потолок. — Наслышана, — женский голос разливается по заброшке, от чего становится немного не уютно или скорее непривычно. Эти разрисованные стены не слышали ничего, кроме отборного мужского мата, уже много лет. — «Сейчас начнется шоу.»  — уже предвкушаю немного веселья в этом скучном собрании, прекрасно зная, что дальше по плану. — А еще, у меня для тебя подарок, — командир поправил на переносице тонкую оправу очков, вздернув гордо подбородок и отдавая в темный угол зала приказ: — выходи давай. Я уже знаю, кто там будет, но она - нет Возвращаю голову в нормальное положение и теперь внимательно слежу за действиями новоиспечённого второго заместителя. — К-казутора?! — вскакивает с места и резво перескочив стол, кидается с кулаками на парня с татуировкой в области шеи. Таких резких движений не ожидал даже я. Потому неудивительно, что Ханемия не успел среагировать и отразить удар. Или просто не хотел? Девушка сбила его с ног, нанося удар за ударом по лицу. — «Шикарная мадам с шикарной задницей.» — вывод сам напросился, пока я упивался сладостными минутами этого шоу дураков. — Я обещала Майки, что прикончу тебя! Казутора не оказывал сопротивление, видимо потому, что заслужил. Даже интересно стало, чем? Кисаки бросил на меня взгляд, которым словно сказал «разберись» и кивнул в сторону головой. Тяжело вздохнув поднимаюсь со своего места и иду к этой стычке, которую полноценной дракой даже назвать сложно, — эй, остынь. Девушка, очевидно, в порыве гнева не слышит меня. Схватив ее за запястье, когда она собиралась нанести очередной удар по разбитому лицу лежащего под ней парня, я оттащил ее от него. — Пусти! Пусти меня! — Успокоишься — отпущу. Сказать честно, такая реакция меня забавляла. Лишний повод прикоснуться к ней, даже если так, для меня был только на руку.