Токийский пиздец

— «Ситуация произошедшая четыре дня назад в 18:25 по местному времени взбудоражила спальный район. На свалке старых заброшенных автомобилей была стычка двух бандитских группировок, в следствии которой был убит один молодой человек Ханемия Казутора и задержаны несколько представителей.» Тихий голос телеведущего местных новостей распространялся по чистой больничной палате. Ты сидела возле кушетки больного и чистила идеально красное яблоко от кожуры. Над постелью висели краткие данные о пациенте: «Кен Рюгудзи, черепно мозговая травма, клиническая смерть 30 секунд, нарушение активности мозга неизвестно». Такемичи донес друга до скорой помощи, но в момент, когда он переступил порог здания, сердце Дракена перестало биться. Врачи его буквально вытащили с того света, но парень уже четыре дня не приходит в себя. — Эй, Кенчик, хватит спать уже может, а? — ты скинула кожуру в мусорное ведро стоящее рядом, и начала делить яблоко на дольки, — знаешь, я ведь каждый день режу тебе эти дебильные яблоки, которые должен съесть ты, когда проснешься, но утром каждого нового дня их нет на столе, а ты все ещё без сознания. Сжимая непроизвольно нож крепче в руке, ты осмотрела острое лезвие и дернулась, словно тело ударило током. Острый конец вдруг окрасился алыми пятнами крови, а воздух вокруг стал невероятном тяжёлым и пах гарью. Моргнув быстро несколько раз подряд ты помотала головой, отгоняя от себя ведения, и глубоко вздохнула, чтобы успокоить разбушевавшийся пульс. Нож снова стал совершенно обычным, немного испачканым в яблочном соке. — Наверное их ест Эмма, да? — продолжаешь дрожащим голосом беседу с бессознательным телом, — знал бы ты, как тяжело было ее первые сутки оторвать от твой кровати и отправить домой поспать. Нарезав аккуратными дольками яблоко, ты начала накалывать их на милые шпажки, на конце которых была мордочка медведя. Закончив с этим процессом, ставишь тарелку на столик рядом с кроватью и обхватываешь тёплыми ладонями холодную руку Дракена. Рюгудзи лежал неподвижно. То, что он ещё жив, выдавала только ритмично вздымающаяся грудь при дыхании. Обычно крепкое телосложение выглядело сейчас болезненно истощенным, а кожа приобрела неестественно бледный цвет. — Кажется, тебе нужен будет солярий. — ты грустно улыбнулась и прижала его руку к своему лбу, — прости меня, Кенчик. Прости, что не уберегла. Там...тогда...я видела, что тебе грозит опасность, но выбрала спасти Баджи. Закусив губу, ты старалась почти не дышать, чтобы не дать слезам вырваться наружу. Глаза накрывала мокрая пелена, размывая картинку. — Я бы просто не успела к тебе, понимаешь, да? Ты…ты бы точно понял меня, — крепче сжимаешь его руку и сглатываешь ком в горле. — А Казутора такой дурак, представляешь? Пырнул себя ножом и сказал, что только так он может искупить свою вину, придурок. А перед последним вздохом сказал, что все ещё ненавидит Майки, хотя все поняли, что это далеко не так. Прокручивая воспоминания той стычки, ты больше не смогла себя сдержать, и дала волю слезам. — Я не знаю, что мне делать, Кенчик…я так много хочу вам всем рассказать, но не могу...я ничего не могу, — положив руку парня обратно в исходное положение, ты теперь опиралась ладонями о край постели, — здрасте, я из будущего и я не знаю, что мне тут нужно сделать, чтобы спасти вас. И буду ли я жива после всего этого? Или я умерла насовсем? Я. Ничего. Не. Понимаю. Долго копившиеся эмоции внутри тебя искали выход. Хотелось закричать так громко, чтобы было слышно в другом городе. Но ты сидела в больничной палате и тихо плакала, даже не всхлипывая. — Т/И…ты… — посторонний голос заставил тебя резко поднять голову и увидеть на пороге комнаты Такемичи, — это правда? Ты быстро смахнула с глаз слезы и натянуто улыбнулась, делая вид, что не услышала заданный вопрос. — О, Ханагаки, ты тоже тут? Не ожидала увидеть здесь кого-то так рано. Парень молча прошел в палату, предварительно закрыв за собой дверь и упёрся в нее спиной. — Я знаю, что обычно в это время ты сюда приходишь, — он немного помолчал, словно подбирает слова, с которых стоит начать и продолжил: — вернее будет сказать, что все знают, кто утром навещает Дракена, поэтому и не приходят. Ранее ты внимательно смотрела на собеседника, но сейчас отвела взгляд в сторону. С того дня, ты ни разу не говорила ни с кем из Тосвы. Они попытались сделать шаг навстречу тебе, но ты снова отвернулась. Решив, что ещё не время, парни больше не трогали тебя. А на похороны Казуторы ты пришла в самом конце, когда все ушли, и оставила скромный цветок, прощаясь с другом в последний раз. Такемичи прошел наконец дальше в комнату и сел напротив тебя, с другой стороны больничной койки. Бегло осмотрев бессознательного Рюгудзи, он тяжело вздохнул. — Я не справился с работой, которую ты мне поручила. В том, что случилось, виноват только я. От этих слов, в которых действительно было слышно сожаление и полная вера в то, что виновен их хозяин, тебя передёрнуло. — Не говори глупости, Ханагаки. Ты не мог на это повлиять. Смерть Казуторы это лишь последствия прошлого. Тебя тогда и в помине не было рядом. Что же на счёт Кенчика… — Я понимаю, что возможно не мог никак помочь с Ханемией, но Дракен… — блондин перебил тебя и сжимал ткань штанов в кулаки так, что белели костяшки, — если бы я был сильнее, то успел бы уберечь его от того психа. Все что я могу, это говорить и носить раненых на спине до ближайшей скорой помощи. Ты удивлённо смотрела на парня, потому что не до конца понимала смысл его слов. В твоих глазах он точно не был тем, кем себя считает. Неужели в нем столько неуверенности в себе? Или это скорее ненависть? Тихо поднявшись со своего места, словно боялась, что любой шорох разбудит больного, ты обошла кровать и села на корточки возле собеседника. Почему-то именно сейчас ты чувствовала, что должна его поддержать. — Такемичи, не кори себя в том, что случилось. В этой ситуации нет одного кого-то виновного. Это все итог скопившихся ошибок прошлого. Ты вовсе не слаб и не должен видеть себя таким. Поверь, что умение доносить до кого-то верные слова — гораздо большая сила, чем умение просто махать ногами и кулаками. Ты взяла в свою руку руку Ханагаки и нежно ее погладила. Подняв глаза на парня, ты хотела увидеть его эмоции, но в тот момент, он словно выпал из жизни. Глаза потускнели и ничего не отражали, он даже не моргал. Испугавшись ты вскочила, чтобы позвать врача, но тебя резко дернули назад за запястье. — Т-т/и? — блондин весь дрожал и явно прибывал в шоке, — ч-что это было? Что я только что видел? К-как?! — Что? Что ты видел? — ты совершенно не понимала, что происходит. И если это такая шутка со стороны нового знакомого, то она была точно не смешной, — Такемичи, я не понимаю тебя. — Ты,— он указывал на тебя дрожащим пальцем так, словно призрака увидел, — ты умерла? Точнее, умрёшь? Или ты уже сейчас не живёшь? Вопросов было у парня столько же, сколько и у тебя, если не больше. Оно и понятно. Вспомнить хотя бы твои первые дни, когда ты попала в прошлое. Но как он увидел твое будущее? Слегка улыбнувшись, ты решила сделать вид, что ему показалось. Пока во всем не разберёшься — так будет лучше и проще. Сев снова на корточки рядом с ним, ты хотела взять его за руку, но остановилась, и перенесла ладонь на колени. — Слушай, Ханагаки. Я не знаю, что ты там видел и где, но как видишь, я тут. Трогаю вот тебя, значит я точно не призрак, — для ещё большей убедительности слегка щипаешь того за ляжкуя — видишь? Просто на тебя свалилось много событий наполненных впечатлениями. К такому ты точно не привык, вот и глюки ловишь. Надо отдохнуть. Блондин недоверчиво нахмурил брови и поднялся с места, подходя к окну, чтобы вдохнуть свежего воздуха. — Я знаю, что я видел. И это не было похоже на галлюцинации или что-то такое. Все было…— он посмотрел на свою ладонь и сжал ее, — все было так по настоящему. И тот парень, который пихнул тебя. Его лицо мне было знакомо. А вот этот момент тебя крайне заинтересовал, но не вовремя зазвонивший телефон в кармане, заставил отвлечься. — Алло? — Привет, т/и. Встретимся? Хоть номер и не определился, этот низкий бархатный голос узнаешь из тысячи. Не дождавшись твоего ответа, собеседник продолжил: — Прямо сейчас подходи к детской площадке через две улицы, не далеко от больницы, где Рюгудзи. В телефоне прозвучали короткие гудки и звонок отключился окончательно. Закусив губу, ты направилась на выход. — Прости, Такемичи, поговорим позже. Ты вышла, тихо закрыв за собой дверь, когда блондин ещё что-то пытался тебе рассказать. Быстро добравшись до назначенного места, видишь на площадке высокого темноволосого парня с двумя татуировками на руках. — А ты быстро, бежала чтоль? Так хотела меня увидеть? — как всегда насмешливый тон щекотал нервишки. Не замедляя шаг, ты целенаправленно шла в его сторону и хорошо замахнувшись, ударила пощёчину. Набрав в лёгкие воздух и шумно выдохнув, отходишь на два шага назад. — Вот теперь привет, урод. — Так себе у тебя приветствие, — Ханма потёр щеку, на которую пришелся удар и немного скривился, — сделаю вид, что ничего не было. У меня настроение хорошее сегодня. — Что тебе надо ещё от меня? — А что это за тон такой недовольный? Мы же вроде партнёры, нет? — Ты что, прикалываешься надо мной? Какие к черту партнеры? Ты и твой злобный гном обманули меня, чтобы убить ребят из Тосвы! Такого не было в уговоре! Наконец наступила пару секундная пауза, после небольшой перепалки в разговоре. — Ну и? Ты теперь снова в Свастонах? — Сюдзи решил снова начать первым. — Ну и? А ты теперь снова бомж? — решаешь продолжать язвить, потому что кровь внутри так закипала, что нужно хоть как-то срочно сбросить напряжение. — Снова язык распускаешь. Когда-то я тебе его прикушу, — парень недовольно цыкнул и демонстративно закатил глаза,— я вообще-то с предложением. У Кисаки есть запасной план, который он уже реализовывает. Не хочешь все-таки вернуться к нам? Обещаю, что в этот раз секретов не будет. — Больной ублюдок. Что ты, что Кисаки. Развернувшись ты начала уходить, не намереваясь продолжать бессмысленный разговор. За спиной послышался щелчок. Ханма щёлкнул пальцами и на тебя из темного переулка напали двое крепких мужчин. — Твою же ж мать. Ударив одного с ноги в живот, ты начала бежать, но второй громила быстро догнал тебя и прижал к лицу какую-то тряпку. Вдохнув не приятный токсин, в глазах начало все расплываться, а ноги подкашивались. Тебя отпустили, и сделав пару шагов вперед, падаешь на землю. Последнее что видишь, как Ханма садится на корточки рядом и поправляет прядь волос, упавшую тебе на лицо. — Сладких снов, т/и.