Токийский пиздец

//Повествование от лица Т/И.// Просыпаюсь от какого-то надоедливого писка. Недовольно разлепив глаза, осматриваю незнакомое помещение. Выбеленные потолки, бледно жёлтые стены, которые становятся ярче, когда на них падают лучи солнца, выглядывающие из-за туч. Тело невероятно ломило. Казалось, каждая клеточка горит, каждая кость сломана, а мышцы растянуты. Попытка приподняться закончилась провалом. Картинки со вчерашнего дня пронеслись мгновенно в голове, вызывая тошноту. Не сдержав этот ком, я резко склонилась с кровати, где на полу предусмотрительно в палатах всегда стояло специальное ведёрко, и дала возможность выйти всякой гадости из организма. — Твою мать…— Вернувшись в лежачее положение, сильно зажмуриваю глаза, задержав дыхание. Как же больно…как же больно внутри. И это не физическая боль, нет. В мыслях всплывает образ близкой подруги с яркой улыбкой на лице, зовущей меня по имени к себе, а спустя пару секунд картинка меняется на ее вчерашний вид. Кровь на губах, слезы на глазах, страх и прерывистые последние вздохи. Слезы ручьями потекли из глаз и дав волю эмоциям, я расплакалась навзрыд. — Эмма…моя милая Эмма, — мечась в агонии по постели, буквально рву простыни и кричу на всю больничную палату, — Кисаки! Где ты, Кисаки?! На нечеловеческие вопли прибежали медсестры и придавив к кровати, вкололи сильное успокоительное. Тело моментально размякло и я не чувствовала ничего ниже головы. Перед тем как снова отключиться, выглядываю за одну из помощниц врача, и замечаю на пороге в палату испуганное лицо Ханагаки, а за ним запыхавшийся Дракен, который видимо только что прибежал. Вот ему в глаза я сейчас точно не хотела бы смотреть. Темнота. Кругом ни единой души. Липкое чувство страха вперемешку с одиночеством окутывало медленно, словно хищник, который дразнит добычу. — Просто дайте мне умереть. Все настолько сильно надоело, что это больше невозможно выносить. За последние недели из меня буквально высосали все силы, оставив только пустую оболочку, а смерть Эммы стала последней каплей. — А что собственно говоря, ты ожидала? — послышался женский голос вокруг из пустоты, — Разве ты не была готова к этому? В будущем ты знала, что ее нет в живых. Не делай вид теперь, что не все равно. Ты даже не пришла на ее похороны. Едкий смех кружил возле меня, пытаясь вывести из себя. Было все равно, кто со мной говорит и о чем. Нет никаких чувств, нет никаких эмоций, нет ничего, и в этом «ничего» я сейчас нахожусь. — Вместо сердца — дыра, — подняв голову, я смотрела вперёд, на свою копию, которая расхаживала туда сюда, — выглядит не очень, но разве тебе не привыкать? Перевожу взгляд на себя, смотря вниз, где действительно в груди идеально ровная, черная дыра. Зрачки на секунду расширились от удивления, но эта эмоция максимально быстро отступила, показывая снова безразличие. — Что теперь делать будешь? — близнец никак не успокаивался, давя все сильнее, — побежишь плакаться Майки, слабачка? Все также молча стою и смотрю на нее пустыми глазами. Вроде слушаю это нечто, но в тоже время и не слышу. — Тебе даже не интересно кто я? — копия театрально грустно вздохнула и оттолкнувшись от земли, легонько начала кружить в воздухе. — Мне может быть обидно, что ты игнорируешь меня. Или точнее, саму себя? Всегда так делала, с самого детства. Не прислушивалась ко мне, когда я шептала правильные ответы и шла по кривым дорожкам. К чему это привело? Ни к чему хорошему. Слежу за девушкой лишь взглядом и наконец решаюсь ответить: — Зачем мне говорить с тобой, если это все глупый сон? — Оооу, ты так в этом уверена? — Что ты имеешь в виду? — Я это ты, а ты это я, только в параллельных мирах, разве нет? Ты же сама учила теории квантового бессмертия. — Какой вздор, — первый раз за весь разговор усмехаюсь, пожав плечами. — А может, я тогда твоя совесть, м? Или чувство вины? И теперь буду душить тебя всю оставшуюся жизнь, пока ты не умрёшь. Снова игнорирую глупую болтовню незнакомки с моей внешностью. Кажется, ей надоело вести монолог, поэтому она легла в воздухе, подперев подбородок руками, и уставилась на меня. Спустя пару секунд по ногам поползли какие-то черные руки, которые поднимаясь вверх, обвивали все мое тело, и дойдя до плеч, резко потянули вниз, погружая под воду. Почему-то страшно не было. Я не пыталась спасти себя и давала возможность воде болезненно наполнить лёгкие. Опускаясь все ниже ко дну, наблюдаю, как маленькие пузырьки воздуха выходя из меня, поднимаются куда-то вверх. — Т/И! — громкий голос резал слух, — дай мне руку, т/и! Прошу тебя! — я слышала отчётливо фразы, но не могла найти их источник. Кто меня зовёт и зачем? — Ничего не хочу. Оставь меня. — Дай нам руку, молю! — снова мужской голос, но уже совсем другой по звучанию. Поджав губы, я дернула пальцем, и чуть приподняла руку, чтобы подать ее тем, кто так об этом просит, но прямо над ухом услышала «месть» таким заманчивым и соблазнительным голосом. Вернув руку в низ, положила ее вдоль тела и закрыла глаза, давая глубине забрать меня, а где-то вдалеке продолжали кричать мое имя.

***

*** Пробудившись ото сна уже поздней ночью, замечаю возле окна Такемичи, который смотрел куда-то в небо. Приглушённый свет ночника на тумбочке рядом придавал какую-то особую атмосферу всему происходящему. Я четко помнила свой глупый сон и сейчас спешила его забыть. Такие глупости могли сниться только из-за лекарств, которыми меня напичкали. — Ханагаки? Парень обернулся на звук и поспешил сесть на стул рядом с постелью. — Привет, т/и, — он легко улыбнулся и взял меня за руку. В этот момент по нашим телам прошла волна электрического разряда. Испугавшись, я посмотрела на друга, который тоже был в непонятках. — Тоже это почувствовал? — Да…что это? — Я…не знаю. — Т/и, мне нужно о многом с тобой поговорить. Ханагаки был непривычно серьёзен, но говорить о чем-то сложном мне не хотелось. Тем более, имею примерное представление, о чем будет речь. — Я знаю, ты устала, и сейчас вообще не самое подходящее время, но я больше не могу ждать, — мужская ладонь крепче сжала мою, и большим пальцем легонько поглаживала, словно пытается так уговорить. Тяжело вздохнув, я дала согласие на разговор, кивнув головой. Лишний раз произносить слова не хотелось, так как это доставляло неприятную боль в горле. — В последнюю нашу встречу случилось что-то, чему я не могу найти объяснение. Ты ведь тоже, да? — получав ответы жестами он продолжал, — я видел…как ты умрёшь, словно был в тот момент там. Скажу больше, я видел дважды твою смерть. На этом моменте я действительно словила ступор. Что это значит? Видя немой вопрос Ханагаки продолжил. — Первый раз в палате Дракена, там ты говорила что-то странное про будущее и я видел тебя взрослую, под колесами машины, — наблюдая, как меняется мое выражение лица, он понял, что попал в цель, и ему это не приснилось, — а второй раз, когда мы ехали на выручку тебе и…— он запнулся, не решаясь произнести имя покойной и решил пропустить его, — за пару минут до места, я увидел исход битвы, как Кисаки убил тебя, выстрелив в сердце. Голова гудела от обилия информации и всего происходящего во круг, — ты хочешь сказать, что тогда, ты напал на Тэтту осознанно, чтобы спасти меня? — Угу, — блондин отвечал теперь неловко, словно кот, который в чем-то провинился. — Ты мне что-то не договорил? — Я…думаю, что в том, что Эмма сейчас мертва, есть и моя вина. — Что ты имеешь в виду? — Скорее всего, если бы я не поменял ход событий, то она была бы жива, но тогда… — Умерла бы я. Закончив фразу за блондина, я в первые за весь разговор сжала его руку в ответ. — Такемичи, я не злюсь на тебя. Не бери этот груз вины на свои плечи. У тебя не было особо выбора, а когда ты его сделал, не знал, чем все обернется. Парень поднял на меня заплаканные глаза и с какой-то благодарностью и облегчением смотрел в ответ. Ему действительно нужно было это услышать. Что он не виноват. — К сожалению, я не смогу дать все ответы на вопросы, так как и сама не знаю, что происходит, — теперь я объяснялась перед тем, кто оказался втянут в этот круговорот, — я действительно пришла из будущего, и представляю, как это дико звучит. Не знаю, как так произошло, что снова оказалась здесь, при этом многие ключевые события изменены. Ведь ранее мы не были никогда знакомы. — Получается, это твоя жизнь после смерти? Может, как это говорят, второй шанс? — Может быть, Такемичи, может быть. Думаю, что то, что ты видел фрагменты будущего, как-то связано со всем этим. Видимо, ты мой катализатор, — на последнем слове я усмехнулась и закашлялась. Парень поспешил подать стакана воды, приподнимая мне голову, чтобы облегчить прием жидкости. — Что же нам теперь делать?