Сгоревшее сердце Лин Бейфонг

Лин с Шаном не очень долго ждали и смогли словить попутку. Это был какой-то добрый житель Республиканского города, который был не против их подвезти. Как только они сели в машину Лин шепнула Шану: — Мы первым делом едем в Совет. Нужно рассказать всё, что мы узнали. — Шеф, вы едва ли ходите, нам нужно домой, а уже завтра вернемся к делам. — Да нормально всё со мной. Мы едем в Совет и собираем срочные сборы. — Шеф, я сейчас волнуюсь за вас, может всё же отложим это на завтра. Вы отправите письмо или сделаете звонок главному советнику и назначите сборы на завтрашний день. Сейчас уже почти вечер, и вряд ли сейчас все советники смогут или захотят срочно собраться если нет крайней необходимости. Прислушайтесь ко мне, пожалуйста. Лин подняла свой взгляд на Шана, и увидела искренние переживание и настойчивость, но при этом, мягкую настойчивость, и ей захотелось к нему прислушаться. Тем более, она подумала, что именно благодаря ему они смогли выбраться из того места, и именно он смог быть максимально умным, рассудительным и сосредоточенным, и он помог ей, не бросил её. — Хорошо, генерал, вы правы и мы сделаем всё так, как вы сказали. — Спасибо, Лин. Лин обратила внимание, что он сейчас назвал её Лин, а не «шеф». Но её это не смутило, а наоборот, даже приятно стало. Он сказал эту фразу так, как будто он её старый друг. Сейчас её редко кто звал по имени. Для всех в её окружении она строгий шеф полиции и всё её называют преимущественно «шеф». Лин словила себя на мысли, что её мнение о Шане меняется в лучшую сторону, и что всё же он хороший напарник. После всего, что сегодня случилось Лин поняла. «Ему можно верить», — было последней мыслю в голове Лин пока они были в дороге. Незнакомец смог подвезти их почти к дому Лин. Когда они вышли из машины, Шан аккуратно обхватил Лин за талию, а второй рукой держал руку Лин, которая обхватила его за плечи. Кое как они доползли домой. Шан завел Лин в её комнату, спросил её о том, вдруг ей что-то сейчас надо. Лин ответила, что она в порядке и ей сейчас ничего не нужно. Шан ушёл в свою комнату. Лин переоделась в домашнюю одежду, перемотала ногу и решила пойти сделать чай. Лин сидела в своей комнате на подоконнике и пила чай, именно тот чай, который подарил Шан. Она смотрела на дождь и о многом думала, в частности о Шане и о том, что сегодня случилось. Во-первых, она злилась из-за того, что сегодня себя вела совсем не как профессионал и она почти никак не была полезна сегодня, а наоборот была не раз угрозой для провала задания. Она боялась того, что генерал может усомнится в том, что она достойный шеф полиции Республиканского города. Она ведь хороший боец, что сегодня с ней не так было? Может её сбила с толку ссора с Шаном? Не может быть такого. Или может? Но тогда она не понимала, почему она позволила эмоциям взять над ней вверх. Больше такого не должно повториться. Она твердо решила серьезно взять себя в руки и больше не давать себе права на слабину, ошибки и так далее. «Очень много от меня сейчас зависит, я не должна расслабляться», — было на уме у Лин на повторе. Во-вторых, она думала о Шане. Он сейчас всё больше открывается ей совсем по новому и может быть он не такой уж плохой человек. Он для неё сейчас … интересный? «О, нет, куда ушли мои мысли. Он хороший напарник, это хорошо для задания. Мне нельзя сейчас отвлекаться и тем более давать волю эмоциям. Я ведь хорошо понимаю, что это может плохо кончиться. Но всё же, я сегодня вела себя с ним грубо, и он… спас меня. Нужно поблагодарить его ещё раз и, возможно, извинится». Лин подошла к комнате Шана и неуверенно постучала в двери. На вопрос Шана «Что?» она спросила: -Можно войти? -Да, конечно. Лин, хромая, медленно вошла в его комнату, заправила волосы за уши и сложила их за спину. -Как вы себя чувствуете? -спросил Шан. -Нога немного болит, а в целом нормально. Я… я хочу вас поблагодарить за всё, что вы сделали сегодня. И так же извинится, что возможно я сегодня вела себя не совсем так, как нужно было. Я хочу сказать, что оказывается я не всегда могу доверять самой себе, могу впасть в ступор и быть угрозой для провала задания. Но зато, я теперь знаю, что могу полностью доверять вам, генерал. Вы спасли меня. Не знаю что бы случилось, если бы не вы. — Да не за что, мы ведь напарники, — Шан подошел к Лин ближе и положил руку ей на плечо, — случаются разные ситуации и вам ни в коем случае не нужно винить себя. Я хочу, чтобы вы знали, что я вам тоже всецело доверяю и никогда не сомневался бы в вашей силе и способностях. Знаете, я ведь очень испугался за вас сегодня, — его рука опустилась и легко взяла руку Лин, — но вы всегда можете рассчитывать на мою помощь, шеф. На какое-то время они встретились взглядами, а Лин сжала его руку, но потом она засмущалась и сложила руки в замок. — Хорошо, ещё раз спасибо, генерал. Лин как солдат развернулась и направилась к выходу из комнаты. Когда она была на пороге, Шан ещё раз обратился к ней: — Я ещё хочу извинится перед вами за то, что наговорил вам, когда мы были емм… в шкафу. Я тогда не хотел вас задеть и не должен был говорить то, что сказал. Ещё раз простите. — Ничего. Мы оба тогда наговорили лишнего. Спокойной ночи, генерал, — Лин улыбнулась уголком губ и вышла из комнаты. Пока она дошла до своей комнаты и не села на кровать, как будто тысяча бабочек закружились в её животе, а потом резко, как будто скрутило живот в один комок. Лин не понимала, что сейчас с ней твориться, что только что произошло. Шан ходил по своей комнате кругами и разговаривал сам с собой: — Не знаю, что на меня нашло? Чем я думал, когда взял её за руку? Чёрт… Это всё… это всё адреналин в крови бушует. Я ведь тогда сильно испугался за неё. Но почему я так испугался? Просто не хотел, чтобы с ней случилось что-то плохое, вот и испугался. А что я так о ней пекусь? И вообще, мы ведь напарники, это нормально, что я там испугался за неё, потом спас. Это… важно для миссии. Я не верю, она сказала, что доверяет мне. Почему это вызывает во мне настолько приятные эмоции? Возьми себя в руки, Шан!»