Пикантные разговоры

      Ярко-розовая вспышка исчезла раньше, чем Маринетт влетела в открытое окно неизвестного ей здания, пытаясь избежать внезапного разоблачения. Очередная акума оказалась куда противнее предыдущих, а ещё нелепые шутки Кота Нуара… И теперь Маринетт восседала на куске поролона в темноте неизвестной комнаты. Свет фонарей, заглядывающий в единственное окно, не особо помогал быстро сориентироваться.       Радовало лишь то, что она оказалась в безопасном месте и, покормив Тикки, трансформируется обратно, стремительно возвращаясь домой — Маринетт сбежала с семейного ужина под предлогом диареи. Прошло десять минут, но ещё столько же не сулили ничего хорошего.       Но стоило вытащить из сумочки печенье для Тикки, как оно тут же вылетело из рук, укатившись куда-то среди коробок, а сама Маринетт испуганно взвизгнула, когда неподалёку раздался смутно знакомый голос:       — Маринетт?       Она слишком поздно осознала, что лететь хоть куда-нибудь было плохой идеей.       — Адриан? Ты что здесь делаешь? — удивилась Маринетт, мысленно проклиная плохое освещение, мешавшее разглядеть любовь всей её жизни.       — О, ну я это, у меня была фотосессия поблизости, и когда напала акума, Кот Нуар спрятал меня здесь. Но вот видимо забыл вытащить обратно… — когда глаза всё же привыкли к темноте, Маринетт смогла разглядеть его глупую улыбку и взмах руками.       Она нервно улыбнулась в ответ, думая о том, что никакой фотосессии не было и в помине в расписании Адриана, которое она знала на три года вперёд, как и не заметила ничего похожего, когда сражалась.       — А ты как тут оказалась?       — Представляешь, прямо как ты — Ледибаг заботливо пристроила, но только, видимо, не учла, что я не Человек-Паук, чтобы лазить по стенкам, — Маринетт хихикнула и указала на высокое окно, надеясь, что её нелепые отмашки сработают хотя бы на этот раз. Пожалуйста.       — А что ты вообще тут так поздно делала? — продолжил допытываться Адриан, и Маринетт впервые подметила, что его любопытство казалось истошно знакомым и неуместным.       Но выбора не было.       — Ну, знаешь, я ведь люблю тебя? То есть, я люблю моду. Очень люблю. И, прознав о твоей съемке, притащилась, чтобы поглядеть на новые шедевры твоего отца, ага-ага.       Маринетт нервно засмеялась и начала потирать затылок. Адриан отзеркалил её движения.       Каждый из них знал, что второй нагло врал.       — Тогда, раз наши герои не вернулись за нами, предлагаю найти выход самостоятельно? — первый предложил Адриан, больше не пытаясь вытрясти из неё душу.       Маринетт без слов кивнула, потянувшись за телефоном, чтобы включить фонарик. Она шепнула Тикки слова извинения за испорченное печенье, надеясь, что драгоценная квами сможет потерпеть ещё немного, пока они не выберутся наружу.       Но ситуация выявилась фатальной — железные двери, найденные двумя подростками, оказались запертыми и не поддавались никакому давлению. А вариант по спасению через окно, любезно предложенный Адрианом, Маринетт сразу отринула — она вряд ли переживёт момента, когда его чудесные ладони едва коснутся её талии, ног, бедёр.       Да и после звать на помощь по спасению Адриана в такой ситуации казалось невозможным — рядом с черным выходом обнаружилась табличка, свидетельствующая, что данный объект принадлежит некому Эдварду Трахтенбергу. Затея связываться с человеком с подобным именем почему-то показалась молодым людям более чем рисковой.       А насыщенная супергеройская жизнь призывала прислушиваться к интуиции даже без волшебного костюма.       Но судьба, несмотря на весь казус, оставалась благосклонной — Маринетт и Адриан всё-таки отыскали поддающуюся открытию дверь, которая вывела их к не менее тёмному помещению. Но здесь хотя бы оказались окна не на высоте нескольких метров. Отключив фонарики, они наивно бросились к входной двери, но, как и ожидалось, та была закрыта.       — Да кто вообще закрывается в… — в сердцах начала Маринетт, желая свободы, но быстро осеклась, взглянув на экран телефона, — девять вечера. Мы в заднице.       — Оу, — всё что выдал Адриан, пораженный лексиконом обычно тихой и скромной Маринетт. — По крайней мере, мы застряли вдвоём, не так страшно.       Огромный диссонанс одолел Маринетт — с одной стороны Адриан прав на все сто двадцать процентов, но с другой… Окажись она в одиночестве, давно бы накормила Тикки и, трансформировавшись, улетела домой. Не то чтобы Маринетт не желала компании Адриана, напротив, но…       Природная неуклюжесть, обостряющаяся в присутствии Агреста, дала о себе знать. В тот момент, когда Маринетт, неловко переминаясь с ноги на ногу в поисках идеального ответа, поддалась гравитации и начала падать. Нечто воздушное и упругое послужило ей отличной подушкой безопасности, и даже слегка отбросило обратно. Прямиком в объятия Адриана, который уже отыскал ближайший выключатель.       Не то чтобы Маринетт не желала его компании, напротив… В приглушенном свете помещения всё казалось даже романтичным, а может сама судьба свела их?!       Смущённо хихикнув, Маринетт отвернулась от улыбающегося Адриана, пытаясь скрыть собственное удовольствие. Она счастливо зажмурилась, не зная, как скрыть довольный писк. Среди миллиона обитателей Парижа именно они двое оказались взаперти, не зная выхода… И стоило открыть глаза, как она поняла, что среди миллиона зданий в Париже они умудрились оказаться в секс-шопе.       Глаза Маринетт расширились в непередаваемом ужасе, когда перед ней оказалась резиновая кукла в красном в черный горошек. Они оказались не просто в секс-шопе.       Она умудрилась застрять с Адрианом Агрестом в секс-шопе, посвящённом героям Парижа.       — Ух ты, это же Ледибаг, — казалось, Адриана ничего не смущало. — Мы застряли в магазине игрушек?       Глаз Маринетт непроизвольно дёрнулся. Она умудрилась застрять в секс-шопе с самым невинным человеком в Париже! И теперь, будучи воплощением ходячего смущения, ей предстояло просветить Адриана об их не самом приятном положении.       Ну, тут, видимо, кому как — Адриан вполне заинтересованно ощупывал уродливую секс-куклу в виде Ледибаг. Впервые взгляд Маринетт, направленный на столь невинное создание, выражал полнейшее отвращение.       — Адриан, это секс-игрушка, отойди от неё немедленно, — её тон, не терпящий возражений, раздался словно гром среди ясного неба, заставив Адриана немедленно выпустить руку резиновой куклы. — Тебе есть к кому обратиться за помощью?       — Не думаю, что Горилла или Натали не доложат об этом отцу, так что я лучше приму смерть от тебя, чем от него, — вполне серьёзно ответил он, и Маринетт на долю секунд даже стало жаль несчастного ребёнка.       Но ей, вошедшей в режим Ледибаг, некогда было утешать своего напарника… по несчастью. В конце концов, собственные родители вряд ли по головке погладят. В любой другой ситуации — пожалуйста. Понимающие и добрые, они бы с удовольствием пришли к ней на помощь даже в такой скользкой ситуации и поверили любой отговорке. Но не когда она уже около получаса считалась застрявшей в туалете.       — Выхода нет, — выдохнула Маринетт, открывая чат с Альей, которой она недавно доверила Камень Лисы на постоянной основе. За что себя готова благодарить до конца жизни.       — Я могу чем-нибудь помочь? — участливо поинтересовался Адриан, ни капли не смущённый плачевным положением.       Маринетт добавила в свой список обязанностей Ледибаг пункт о посещение особняка Агрестов. Ей предстояло вынудить Габриеля заняться сексуальным просвещением собственного ребёнка.       — Всё в порядке — я просто пытаюсь обратиться в службу спасения. Новая колонка в ЛедиБлоге, — Маринетт знала, что врать главному фанату Ледибаг и ЛедиБлога в целом — опасная затея. — Оставляешь запрос, и герои по возможности помогут. Будем надеяться, что у Нуара проснётся совесть, и он вытащит тебя и меня заодно.       — Ага, или нас спасёт Ледибаг.       Маринетт натянуто улыбнулась. Адриан поспешно отвернулся.       Каждый из них знал, что второй не придёт.       От Маринетт:       Алья, срочно!!!       Это вопрос жизни и смерти!!!       От Алья:       Ты выбираешь какую из новых фоток Адриана разместить на твоём оккультном стенде?       От Маринетт:       Хуже.       Я в секс-шопе.       От Алья:       Твой фанатизм достиг нового уровня?       От Маринетт:       Если учитывать, что я здесь застряла ни с кем иным, как Адрианом, то я прошла игру.       СПАСИ МОЮ ЗАДНИЦУ ЧЁРТ ВОЗЬМИ       От Алья:       ВЫ УЖЕ ПЕРЕШЛИ К ТАКОМУ РОДУ ОТНОШЕНИЙ???       От Маринетт:       ЧТО? Нет!!!       Он… Понимаешь. Он же самый невинный человек на свете.       Я в полной заднице       От Алья:       Ну, я бы не сказала, что всё так плохо — у вас есть реальный шанс познакомиться ПОБЛИЖЕ       От Маринетт:       Нет, ты не поняла       Я реально в заднице       Отложив телефон на ближайшую полочку, Маринетт принялась вытаскивать свою руку из резинового анального отверстия, в которое угодила по чистой случайности (неуклюжести). Она на полном серьёзе думала испробовать местный лубрикант, но всё-таки смогла вытащить собственную конечность из столь тугого плена.       Выскользнув, её ладонь описала дугу и вписалась в ближайший ассортимент товаров, устроив разруху. Смешок со стороны Адриана придал ситуации большей пикантности, и Маринетт уже была готова рыкнуть на — подумать только! — него. Но, увидев как тот отчаянно бил себя по груди, решила не нарываться. Мало ли в чём застрял сам Адриан…       От Маринетт:       В общем, ты мне срочно нужна. Я не могу превратиться рядом с ним!!!       Вот координаты       Умоляюспасименя       З.Ы. ещё с тебя новая колонка в ЛБ, объясню при встрече       Спрятав телефон в сумочку, Маринетт оставила её приоткрытой на случай, если сможет отыскать какой-нибудь перекус для Тикки. Одарив квами извиняющимся взглядом, она принялась устранять учинённый беспорядок.       — Смазка «Слюнки Нуара»?! — Маринетт хотелось если не вырвать, то хоть пробить головой дырку в ближайшей стене — авось отыщет выход на свободу.       «Мало того, что кто-то додумался до подобных названий, в составе обещая настоящую слюну Нуара, так другие умудрились сделать из этого хит продаж!», — мысленно ужаснулась Маринетт, возвращая тюбик на соответствующую полку.       Популярные товары продолжали удивлять названиями и в принципе наличием. Рядом с лубрикантами, на упаковках которых красовался фирменный знак Кота Нуара, находились и увеличивающие достоинство гели, несколько анальных пробок с черными кожаными хвостами. Более всего Маринетт удивлял афродизиак «Кошачья Мята».       Она искренне не знала, радоваться ей или плакать тому факту, что продукция с Ледибаг не пользовалась столь широким спросом.       Не желая пребывать возле подобных стендов ещё больше, Маринетт отправилась на поиски Адриана, чтобы сообщить ему о скором спасении. И чем больше она к нему приближалась, тем сильнее интуиция кричала (а может это Тикки?) об обратном.       Адриан обнаружился возле прилавка: он с любопытством копошился в прозрачной вазочке, наполненной чем-то ярким. Заметив приближение Маринетт, он несколько стушевался.       — Конфетку? — Адриан смущённо протянул к ней вазочку.       Не подозревающая подвоха Маринетт в первую очередь думала о пропитании любимой квами. Она уже было потянулась к содержимому, но вовремя отдёрнула руку, заметив форму конфет — форму маленьких цветных членов.       Адриан Агрест на полном серьёзе предлагал ей пососать член.       Не то чтобы Маринетт ожидала чего-то другого в подобном магазине, но всё-таки не ожидала.       — Они вкусные, кстати, — уверенно продолжил Адриан, в доказательство своих слов сладко причмокнув.       Маринетт почти задохнулась от собственных фантазий, чувствуя, как каждый участок тела наливался кровью.       — Подмогаскоробудет, — внутренний репер вылез наружу, и она поспешила удалиться хоть куда-нибудь. Идея пробить стенку больше не казалась абсурдной.       Скрывшись среди огромных витрин, Маринетт готова была молиться любым богам, истошно допытываясь, когда она успела нагрешить? Разве геройский долг не омывал её злодеяния сполна?!       — Знаешь, это ещё не самая смущающая ситуация, в которую попадали Ледибаг, — шепот Тикки по идеи должен был звучать утешающе. Но фантазия Маринетт, получившая столь огромную дозу допинга, лишь усугубляла положение возникшими от слов квами картинками. — Тебе ещё повезло, что Адриан… Столь непросвещённый.       — Повезло?! — яростно прошептала Маринетт, видимо, не осознавая собственной «удачи». — Мне пришлось сказать ему… Все эти смущающие вещи! Может… В противном случае, мы бы расселись по углам в ожидании помощи, и я бы даже смогла представить, как Адриан заковывает меня в пушистые наручники… Но теперь я не уверена, что он вообще понимает, что такое «секс».       Тикки не оставалось другого выбора, кроме как согласиться с ней.        — А знаешь, что самое ужасное? — в ужасе прошептала Маринетт, сползая по витрине на пол. — Кто-то тра… Занимается всем этим в костюмах меня и Кота. Или того хуже тра… вылюбливает куклу с моим лицом. Обмазывается «Слюнями Нуара» и…       Стыд ещё никогда не пронимал её столь сильно — Маринетт сжалась в комок, желая провалиться под землю. Смущение одолевало её непрекращающимися волнами осознания собственной привлекательности в глазах общественности. Более того, сам Адриан посчитал её копию... занятной.       А если Кот прознает о подобном магазине?! Вероятность приобретения резиновой Ледибаг Котом Нуаром составляла по меркам Маринетт не менее шестидесяти процентов. И если она ещё недавно сокрушалась факту попадания в эту ситуацию в компании Агреста, то теперь благодарила судьбу, что это был не Нуар. Он бы уже вытр… вылюбил ей весь мозг до изнеможения.       — И вообще, какого черта?! — Маринетт резко вскинула голову, напугав сидевшую на её плече Тикки. — Это ведь нарушение авторских прав?! На каком основании подобные товары вообще существуют?! Мы ведь несовершеннолетние! Да я тому, кто это придумал, засуну в зад самый большой дилдо, что найду! Без смазки!       Её бурную, пусть и довольную тихую речь прервал раздавшийся за спиной хохот. Маринетт аккуратно выглянула из-за своего укрытия, заметив Адриана, который что-то яростно нашептывал себе под нос, снова несколько раз ударив себя по груди. Не увидев ничего стоящего, она вернулась к размышлениям, незаметно для себя изучая ассортимент магазина.       Тикки неприметно взлетела над витриной, за которой они прятались, настороженно прищурившись. Голубые глаза быстро отыскали знакомый черный комочек — кошачий взгляд не выражал ничего кроме безмолвного крика помощи о скорой кончине в потоке непрекращающегося смеха. Красноречивый взгляд Тикки выражал же обещание в случае разоблачения опередить саму Смерть.       — Они какие-то маленькие, — стоило Маринетт отвернуться, как недовольный возглас Адриана нарушил гнетущую тишину. — Жезл Нуара так-то побольше будет.       Маринетт с ужасом замерла. Она знала, что находилась в секс-шопе. Как и знала о полнейшей невинности Адриана. На свой страх и риск она едва заметно выглянула из-за витрины, пытаясь разглядеть, что он с интересом прощупывал в своих руках. И стоило ему притронуться пальцем к продолговатому нечто черного цвета, Маринетт едва ли не задохнулась от раскинувшейся картины.       Адриан Агрест с серьёзным выражением лица ощупывал фаллоимитатор в форме жезла героя Парижа. У неё практически отлегало от сердца — всё-таки зачем божественному созданию интересоваться вопросами длины достоинства Нуара. Но волна смущения всё равно накатила — от её первых мыслей итог так-то не отличался. Она хотела провалиться под землю.       Вместо этого Маринетт лишь ударилась головой и сдавленно застонала, притронувшись к пострадавшему участку. Она проклинала Алью за долгую задержку.       — С тобой всё в порядке? — Адриан склонился к её лицу, участливо прикоснувшись к плечу, но Маринетт лишь испуганно содрогнулась — она планировала держать дистанцию до самого конца. — Устала?       — Немного, — нервная улыбка осветила её лицо, она почувствовала, как Тикки застыла в сумочке.       — Кстати, хотел спросить — не знаешь, что это? — Адриан протянул ей нечто красного цвета, Маринетт молниеносно приняла подобную окраску.       Какого чёрта этот чёртов подросток, у которого по всем законам биологии уже наступил пубертат, тыкал ей в лицо вибратор с невинными глазами?!       Адриан что-то клацнул, на весь магазин раздалось громкое мурчание. И даже не разозлишься. У Маринетт попросту не было сил — она пыталась вновь научиться дышать.       — Смею предположить, что это — мечта любой девушки, — голос Маринетт полностью лишился красок.       Кажется, она преисполнилась.       Потому что когда она поднялась на ноги, собираясь без всякого стеснения продолжить экскурсию, Маринетт даже не пыталась избавиться от общества Адриана, следовавшего за ней хвостиком. Благо он вернул вибратор на место.       Зажимы для сосков, плетки и кнуты различных форм и цветов, ошейники и намордники, кляпы и прочие секс-игрушки. Маринетт настолько было всё равно, что она ощупывала каждый ранее неизвестный предмет, прикидывая применение на Нуаре — она всем сердцем желала отомстить ему за чтение мыслей. Иначе какого чёрта он спрятал Адриана в её убежище?!       Жаль, что анальная пробка никак бы не прошла сквозь костюм Нуара. Очень жаль.       Даже кукла Ледибаг, ранее казавшееся образцом уродства — аморального и не только, — показалась необходимой в быту игрушкой. Ей бы можно было заменить боксёрскую грушу или внутри спрятать коробочки с Камнями Чудес. И ничего, что подобная кукла обойдётся в пятьсот евро.       — Как думаешь, Ледибаг пользуется чем-то подобным? — вопрос Адриана стало единственным, что смогло задеть Маринетт, активировав бомбу.       — Что?! Конечно же нет, — она постаралась уменьшить собственный пыл, но готова была поклясться, как мгновенно пошёл пар из ушей из-за поднявшейся температуру внутри. — Ледибаг девственница. Навеки вечные. Иначе как спасать Париж?       — Типа святая? — Адриан, казалось бы, удивился её словам, но Маринетт старалась смотреть куда угодно, но не на него.       Какие к чёрту мечты о сексе, если единственный парень, которому она готова была подарить всю себя, оказался настолько непросвещённым, что мысли о совместном интиме граничили со статьей о развращении малолетних.       — Ага, святая, и родит Иисуса, — Маринетт нервно прыснула. — Не зря же назвали Мари…       Она вовремя прикусила язык, сворачивая в ранее неизученный отдел. Она нуждалась в скорейшем отдыхе, а ещё лучше баночке успокоительного.       — Думаешь, её зовут Мария? — как никогда наивность Адриана казалась поистине великой. Практически святой.              — Ага, Мария Евфразия, — Маринетт вспомнился недавний урок истории, она мысленно похлопала себе за находчивость. — А это что такое?       Адриан присвистнул, глаз Маринетт в который раз нервно дёрнулся. Они оказались у стенда с громогласным названием «Кошки-Жучки, всё о и для вашей фантазии». Было страшно представить, как в таком случае назывался сам магазин. Латексные и не только костюмы были вполне ожидаемым товаром, но Маринетт всё равно поразилась.       И оскорбилась.       — У Ледибаг не такой размер груди, вот вообще не такой! — возмущение заполнило её сполна, когда взгляд зацепился за отдельный стенд, посвященный белью с расцветкой героини Парижа. — Да одна чашка с размер её головы!       Возможно, в здравом рассудке Маринетт смогла бы понять, что данная продукция не пыталась передать лично её объемы, но она была лишь подростком, в котором разбушевались гормоны. Особенно адреналин. Грустный взгляд не мог не опуститься на собственную грудь, которую она поспешила прикрыть руками.       — С чего ты взяла? Второй слева лифчик, в третьем ряду. Уж точно бы ей подошел, — взгляд Адриана был настолько оценивающим и серьёзным, без тени стеснения, что Маринетт готова была поверить, что у неё синдром Котара. — Трогала её грудь что ли?       — Ага, и не раз, — машинальный ответ вырвался сам по себе.       Уничижительное положение и скорую смерть Адриана от давки собственной слюной спасло появление Рены Руж, которая вышла из той самой двери, которую Маринетт мысленно окрестила вратами Ада.       На благо рыжей головы Альи, у Маринетт не было ни единого ресурса на ругань и нечто подобное. Поэтому она лишь попросила увести потрясённого Адриана первым, аргументируя тем, что его пропажа наведёт больше шороху, чем отсутствие дочери пекарей. Так они все быстрее окажутся дома, в мягких кроватях, с кружкой травянистого чая.       Оставшись наедине с Тикки, Маринетт протянула той печенье, любезно принесённое Альей, и пока квами восполняла силы, она напоследок решила проверить магазин на наличие разрухи и следов присутствия как таковых.       Стенд с эротическим бельём принципиально остался в стороне, а та самая витрина, послужившая Маринетт опорой в столь болезненный период, оказалась единственной без внимания.       — Такой бубенчик грех не увидеть на Нуаре, — ехидно улыбнулась Маринетт, тонкими пальцами ухватившись за ремешок кляпа, где привычный шарик выглядел как бубенчик на костюме напарника. — Глядишь без его шуточек и битвы заканчивались бы быстрее. И мы бы смогли сбегать с поля боя быстрее. А не как сейчас надо мной надругались во всех смыслах.       Тикки ничего не ответила, уплетая уже третье печенье, и Маринетт лишь устало вздохнула, возвращая кляп на место. Но, в последний момент передумав, она положила его в сумку. Укоризненный взгляд квами не заставил себя ждать.       — Что? Это на память, — заявила Маринетт, смущённо поджав губы. — В конце концов, моральная компенсация. За увиденное. И авторские права.       В конечном итоге, приключение не казалось настолько плохим. Будоражащим, вдохновляющим, а для кого просвещающим. Маринетт планировала завоевать индустрию моды, чтобы в один счастливый день заставить Адриана Агреста покраснеть от эротичности её нарядов на нём.       Незнание не освобождало от ответственности.

***

      Восседая на крыше и наблюдая за уходящим солнцем Парижа, Ледибаг сладко вдыхала воздух, радуясь, что очередной патруль прошел без появления акум. Прошлым вечером ей даже не досталось от родителей. И она была как никогда счастлива, предвкушая возвращение Кота Нуара, чтобы осчастливить и его.       — И снова мурркрасного вечера, моя Леди, — Кот выглядел как нельзя довольным. Это веселило Ледибаг ещё больше. — Знаешь, я тут вспомнил, что вчера не вытащил одного друга из укрытия…       — Вспомнил или увидел колонку в ЛедиБлоге? — пропела Маринетт, радуясь, что Алья приняла её предложение. — Да, я тоже забыла об одной девочке.       — Я как раз хотел забрать её, но, видимо, Рена меня опередила, — Нуар устроился недалеко от Ледибаг, почесав затылок. — Как интересно получилось — наши мысли синхронизировались.       — Это обычное дело, — Ледибаг продолжила довольно улыбаться, уже мечтая, как навсегда заткнёт рот напарника.       — Поэтому я приготовил тебе подарок, — её улыбка меркла по мере того, как близко Нуар подносил ей знакомый предмет. — Одна моя знакомая сказала, что это мечта любой девушки. Ты, конечно, не любая, но я очень надеюсь, что тебе понравится.       Он всучил ей в руки знакомый вибратор, перевязанный пёстрой подарочной лентой. Маринетт долго всматривалась в прибор в своих руках, зная, что задев одну из кнопок, вызовет мурчание. Похлеще, чем доносящееся из горла Кота Нуара, чьё выражение лица сияло ярче начищенного серебра.       Всматриваясь в глаза напарника, Ледибаг отчаянно пыталась поверить в адекватность собственных выводов, ведь в математике она вовсе не сильна. Но, сложив два плюс два, ей оставалось прийти лишь к одному выводу. Всё-таки успокоительные не притупляли работу мозга, даже наоборот.       Ехидно улыбнувшись, Ледибаг лишь размышляла о том, что Мастер Фу не ошибся с выбором — она самая удачливая девушка на свете. И ей представилась возможность отомстить в двойном размере.       — Знаешь, спасибо, конечно, — елейный голос Ледибаг заставил Нуара слегка покраснеть (о как же просто!). — Но, думаю, твоя подружка тебя обманула — это самая что ни на есть игрушка для парней.       — Что?       — Не веришь мне? — она невинно хлопнула глазами, отметив, как медленно попятился напарник. — А мы сейчас и попробуем. И чтобы ты не кричал, я тоже кое-что приготовила для тебя…             — О, ты всё-таки захватила для меня подарок, Миледи! Ты такая милая.       Не успела Ледибаг явить свету кляп, как Адриан Агрест, облачённый в черный латекс, хитро сверкнув глазами, бросился прочь.       — Ты знал… — Маринетт готова была поклясться, что следующую контрольную по алгебре сдаст на «отлично». И будет чаще менять трансформацию. — Ты с самого начала всё знал.       Чёртов Адриан Агрест оказался самым хитрым человеком в Париже.       — Я надругаюсь над тобой, знай! — что есть мочи крикнула Ледибаг, наблюдая, как любовь всей её жизни давала дёру.       — Я желаю этого всем сердцем, знай! — ответ Кота подкрепился ослепительной улыбкой и счастливыми глазами.       Пораженная и смущённая, Маринетт пыталась отдышаться, не зная как справиться с эмоциями.       Плюсы определённо были — ей не придётся ждать десятки лет, чтобы облачить Адриана Агреста в эротическое белье. С кляпом в виде бубенчика его супергеройского костюма.