Влюбился!

- Антон, вставай, соня! Школу, ещё чего доброго, проспишь! Антон, что ещё ему оставалось делать, вздохнул, откинул одеяло и покосился на стол, где должны были находиться его очки. Очков и впрямь не было на привычном месте, что позволило замученному очередным кошмаром сознанию немного расслабиться. Отложив на потом тяжёлые мысли о школе, он подошёл к окну, открыл его и жадно втягивая морозно-зимний сухой воздух прислушался к отдалённому пению дроздов где-то в чаще. Ничего не было видно из окна под сенью корявых веток; рассохшиеся рамы поскрипывали петлями; сугробы возвышались на месте палисадника, а сам лес сквозил такой тишиной, что собственным воспоминаниям никак не верилось. - Он... он проводил меня почти до самого дома? Перед глазами всё плыло и двоилось, а взгляд отказывался фокусироваться на предметах. Заместо этого где-то на периферии сознания настойчиво маячил Ромкин образ: вот он смотрит - глаза-в-глаза, внимательно, проницательно и прямо насквозь, готовый, если понадобится, сомкнуть на запястье руку помощи; а может, с такой же лёгкостью отстранить от себя да исчезнуть в непроходимых сумерках, потревоженных лишь вскриками здешних птиц. Мать ушла в свою комнату и Антон не стал дожидаться, когда она выйдет его проводить. Наскоро собравшись, он поспешил исчезнуть в наполненном предрассветной хмарью лесу. Уже по-привычному быстро зашагал он к просёлочной дороге, и чем тише был вокруг него лес, тем беспокойнее и нервознее становились мысли. Откуда-то из чащи доносился едва-уловимый гул, в воздухе скапливалось такое напряжение, что искрили высоковольтными вышками замёрзшие сосны, а снег лишь сильнее сыпал мелким липким пеплом. - Белые кролики!!! - Аа?.. - Антон испуганно заозирался и из тени вышла та, чьё появление грозило ему новой сумасшедшей прогулкой. Дыхание перехватило. - Белые кролики совсем не похожи на чёрных, говорю. Доброе утро, Антоша! Как спалось? - Алиса зевнула, бросив на разглядывающего её мальчишку частично задумчивый, частично игривый взгляд. - Да неплохо... вроде... - неуверенно произнёс Антон, надеясь такой нехитрой фразой подогреть бесстыжее любопытство лисички, которая - как бы он не запрещал себе - уже успела занять особое место в мирке его сокровенных фантазий. Находиться с Алисой рядом было несколько неуютно - не плохо, но скорее стыдливо, и Антон при всём желании на нашёл бы объяснений этим новым для себя чувствам. Небо стремительно светлело, а потому, пробуждающийся лишь с темнотой лес, теперь отдавался во власть дремотной неги. - Не хочешь рассказать? - Алиса потянулась с грацией, куда больше присущей кошкам - а может, и не лиса она вовсе? - Аа... что ты хочешь услышать? - произнёс зачарованный одним лишь её появлением мальчишка - скованно, побито - будто извиняясь за собственную несмелость помноженную на волнение. - А расскажи мне о своих мыслях, Тоша. - Я всё о Вове думал... и о том разговоре вчера... с пацанами. А потом... а потом мне сон страшный приснился! - бледнея от своей же недосказанности, Антон, тем не менее, постарался сделать серьёзный вид и поправил на переносице очки, которые, являясь "запасным вариантом" так и норовили съехать вниз. - Я не о том, глупенький! Давай сюда мне свои мысли... которые про твою первую любовь, ахахахааа! Сейчас же, а то... - А то что? - опешил он, хлопая длиннющими ресницами и обнаружив себя совершенно не готовым к подобным разговорчикам. - А то... покусаю! Антон промолчал, наблюдая как ускользала из рук и так ни секунды не находившаяся под контролем ситуация. - Смею надеяться, Тоша, я буду первой кто тебя за попу покусает! - уточнила чересчур эмпатичная лисичка. - Я тут... о другом немного... - Антон начал было оправдываться, но слишком медленно приходил в себя от странных шуточек Алисы, и та, воспользовавшись моментом, тут же перебила его, определённо насмехаясь - и самым бесцеремонным образом воскликнула: - Глупый, глупый, мальчик-зайчик! Влюбился!!! - Алиса расхохоталась так звонко, что жадный блеск танцующий в её хитром взгляде - теперь пробудил в нём самую настоящую панику: скажи она ещё хоть слово, Антон точно сгинет в пучине стыда. - И в кого?! - не унималась лисичка - ахахахааааа!!! Антон был бы и не против быть доведённым до отчаяния подъёбами Алисы, но вскоре осознал, что он, не иначе как игрушка в цепких лисьих лапках, - игрушка, с которой та решила как следует позабавиться. Пока Антон пребывал в недоумении, Алиса начала что-то наговаривать себе под нос: - Любить - это... провожать до дома, носить игрушки, сладкие конфеты, застревающие в волосьях цветы, рассказывать сказки... а во снах потом любить... любить своего зайчика... брать на руки, и целовать так долго чтобы сознание отключалось... хи-хи... оох! Антон сжал варежки побелевшими пальцами, ни живой ни мёртвый от мысли, что ещё секунда и он попрощается с возможностью трезво мыслить. - Здарова, Антон! Чего грустный такой? Окончательно разбитый и вывернутый наизнанку недолгим общением с Алисой, которая, кажется, как никогда была близка к истине, он уставился на... будто ниоткуда возникшего Рому. Алисы словно и след простыл... И когда только? Впереди показалась школа, а вместе с ней и возможность отдохнуть от странных мыслей и... пасть жертвой мыслей совершенно иного характера. - Свободен после школы? Я тебе секрет покажу. - Секрет? - несмотря на лучшую в своей жизни интригу, соглашаться было страшно, и Антон, одарив Рому хорошей порцией недоверия, поневоле машинально сгорбился, втягивая голову в плечи, будто ожидая откуда-нибудь нападения. Рома всё ещё казался Антону скользким типом, дерзким, диким, непостижимым, как лесной зверь, от которого никогда не знаешь чего ожидать. И всё же, именно этот тип предлагал ему самую настоящую дружбу. - Да не гараж, не ссы, - Ромка криво усмехнулся - но по сути место похожее. Про него ещё похлеще легенды ходят. У нас с пацанами там штаб. Выдашь кому - убью! А пока, держи для затравки - и он протянул Антону пару картриджей с играми от приставки Sega* которые были призваны частично удовлетворить любопытство новенького и заставить, как минимум, вдохновенно открыть рот. Но вместо этого Антон... содрогнулся, невольно вспоминая слова, которые напевала себе под нос лисичка. - Ну всё, Тоха, пиздуем на урок - и Рома хитро прищурил серые-серые глаза; он просто, конечно, знал, что у стен в этом заведении есть уши... которые всегда в курсе всего. Уроки пролетели незаметно и вот они уже шли дорогой, где не водилось ни одного фонаря на всю округу. Бледный осколок луны, застрявший в ветках голых деревьев, светил блуждающим по лесу мёртвым светом: не то - приглашая поймать себя, не то - заставляя опасаться. Антону эта идея не то чтобы не нравилась, но ещё сильнее он боялся быть растерзанным стыдом за страхи, пусть даже и обоснованные, ему казалось, что весь мир покатится в пропасть, если он струсит. Да и с Ромой... чего же ему бояться? - Через лес пройдём, так быстрее будет. Дикий лес карабкался по обочинам в гору, неустанно хлестая гибкими прутьями ветвей. Рома с подозрительной, натасканной за жизнь ловкостью взбирался на высокие уступы первым и подавал Антону руку, а тот лишь с недоумением фыркал и не без помощи Ромы взбирался на обледеневшие препятствия. - Ром, долго ещё? Просто... времени уже много, мама волноваться будет. - Антон поёжился, с каждым шагом ощущая усиливающийся к вечеру мороз: становилось холоднее настолько, будто весь концентрат зимы разом распылили из аэрозольного баллончика в воздух. - Не боись, пришли почти. Про этом место только я, Бяша, да Семён... - Рома осёкся, и после задумчивой паузы выдохнул - знаем. Строение, к которому вышли ребята, представляло из себя кирпичный жилой дом, и очевидно, что он пустовал уже какое-то время. У Антона сразу же сложилось впечатление, будто что-то недоброе смотрело на них сумраком зарешёченных окон да запертой на амбарный замок дверью, нечто зловещее наползало за пределы видимых стен. 🦊🦊🦊 - Ахахаха - раздался смех Алисы отражаясь эхом откуда-то из леса, - в доме больше никого нет, он пустует, посмотри! Волчонок съел зайчика, растерзал его шкурку, разломал косточки, выпил сладкую клюквенную кровушку! - Алиса! - Алиса? - Ром... ты ничего не слышал? Лиса... она... в шубке с мехом и, и в маске лисы, тоесть... - губы непроизвольно сжались в тонкую полоску и сделав небольшую выдержку - сдались, разомкнулись... но дыхание сорвалось и слова застряли поперёк горла. Рома сплюнул себе под ноги, шагнул ближе, заглядывая в глаза Антона просящим взглядом, граничащим разве что только с яростным требованием, от которого по коже пробегали мурашки и кровь застывала в жилах: - Сдаётся мне, не лиса она, а всё-таки "белочка". Тох. Давно ты её слышишь? - его озарённый догадкой взгляд стал темнее; на мгновение Антону показалось, будто зрачки стали вертикальными, словно у хищника который лишь только играет, заманивая в неведомую лесную трясину. Антон дрожал. И дрожал до тех пор, пока Рома не поспешил снять с двери тяжёлый замок и ребята не оказались внутри достаточно тёплого, по сравнению с улицей, помещения, где как и предполагалось, царила сама тьма. Но и её липкое ощущение быстро рассеялось, стоило лишь Роме щёлкнуть выключателем. Освещение получилось невероятно тусклым. - На вид как самый обычный дом в посёлке... - Антон нерешительно присел на краешек дивана, расположенного у стены в гостиной. С каждой новой секундой пребывания в доме, можно было разглядеть всё больше деталей: широкую лестницу с пролётом, ведущую на второй этаж, отслаивающиеся в некоторых местах обои, мутный, заляпанный экран телевизора JVC, обёртки от шоколадок mars на стеклянном столике. И дверь... во вторую комнату, с прозрачной частью сверху, изнутри стыдливо задёрнутой самыми простенькими занавесками из клетчатой ткани - на какой-то миг Антону даже показалось как чьи-то грубые голоса доносятся из-за тонких стен… - Тут ещё и отопление есть, все дела короче! Но самое охуенное здесь, это... - и Рома в пригласительном реверансе указал на коробку стоящую рядом с телевизором, из которой незамедлительно им был изъят главный артефакт этого места - приставка. - Тох, ты скажи матери, что завтра у друга переночуешь, я сделаю так же, а сами... Сейчас-то уже выдвигаться обратно будем, провожу тебя, чтобы маман увидела друга твоего, а то ещё подумает, что он воображаемый. Голос его смеялся, будто он преподнёс Антону истину, которую если и пытаются скормить, то прямиком с рук. - Я же прав? И Антон рассказал... и про ту самую ночь, укравшую у него привычную реальность и про мысли, что необъяснимыми вихрями кружили в его голове: срывали рассудок, сводили с ума. Когда он остановился, Ромка смотрел куда-то в стену, исступлённо кусая губы. Сигарета в его руке давно дотлела, но он не обращал на это никакого внимания - возможно ли сжимать в кончиках пальцев тишину? Дыхание стягивало удавкой. На задворках сознания поселилось что-то очень тоскливое, невосполнимое и всеобъемлющее - очевидно, под этими чувствами маскировалось самое банальное сожаление о непостижимой чужим умом доверенной тайне. Антон не знал куда деть руки, куда деться самому, когда Рома ненароком - а может, и умышленно, - коснулся его коленки. - Бери, не стесняйся, - разбавив неловко затянувшуюся тишину Рома протянул ему сигарету из мятой пачки с надписью Ява - и знай на всякий: может я и сам друг со странностями, но в беде точно не кину. - С этими словами Рома принял забиячливую позу, развязно откинувшись на мягкую спинку дивана - Готов к первому раунду? 🦊🦊🦊 - Падает зайчик на алые простыни, позволяет и отдаёт а затем - стонает и плачет... волчонок его лижет, целует, кусает, терзает... слишком лёгкого зайчика... слишком слабого... - мелодичный голос Алисы звучал откуда-то не то - из соседней комнаты, не то - из внезапно распахнувшегося от порыва ветра окна, заполняя собой всё пространство. - Ром... Ром!!!! Просто скажи... скажи что ты тоже это слышал?!!!