Телефон доверия

Звонок. Оператор тут же поднял трубку. — Здравствуйте, вы позвонили по телефону доверия, меня зовут Максим. Скажите, чем я могу помочь? В трубке раздался усталый мужской голос. — Здравствуйте… Извините, я понимаю, что свои проблемы смогу решить только сам, но мне очень нужно кому-то выговориться. — Да, конечно, вы можете рассказать обо всем, что вас волнует. Как я могу вас называть? — С… Саня… Сашей можете. — Хорошо, Саша, я вас внимательно слушаю. — Ох… Знаете, дело вот в чем: я поссорился с лучшим другом, причем уже довольно давно. Дружили с раннего детства, можно сказать, с пеленок. А как выросли, решили заняться бизнесом, как это теперь называется. Открыть свое дело. И вышло так, что по факту, у нас два дополняющих друг друга предприятия. У него, друга этого… Борей назовем, — завод по производству товара, а мой — по переработке. Перерабатываю всякий брак, а также то, что было испорчено во время непосредственной эксплуатации… В общем, с этого все и началось. Люди, они такой народец, который любит обвинить кого-то, в корне не понимая всей ситуации. Пошли слухи, что мы с другом в сговоре и нам обоим выгодно, чтобы было как можно больше неликвида. Но, конечно же, больше всего претензий ко мне. До абсурда доходит. Мол, я со своими сотрудниками как-то дистанционно вывожу из строя поставляемый Борей товар, чтобы нажиться на него переработке или вообще — обанкротить друга. Но это все, конечно же, не так. Я лишь выполняю свою работу. Причем долго и довольно исправно. В итоге, как ни странно, процветают оба бизнеса: люди сами, порой, способны вывести из строя любую, даже самую качественную технику. А мне за ними приводить в порядок то, что еще можно починить, и перерабатывать, что уже не подлежит никакому восстановлению… А с каждым годом работа наша становится все сложнее, так как неликвида и поломок все больше, а рук на всех не хватает. Работники мои совсем обленились, хоть и плачу им, как положено. А эти черти могут и клиенту нагрубить иногда… эх, стыдно за них, вот только, откуда взять новых? Сюда не от хорошей жизни идут работать, так что я никого не виню. Просто… грустно это как-то. Такая репутация сложилась у предприятия, что уже не отмыться. Но законов мы не нарушаем, и делаем все в срок. Работа есть работа, и клиент ждать не должен. В трубке повисло гнетущее молчание. — Получается, из-за этого вы перестали общаться с другом? — переспросил оператор. — Ну, не то, чтобы мы, прям, поссорились. Просто он больше со мной не общается. А Боря у меня один такой. Других друзей нет, и не предвидится… Я вроде и обижен, да на что? Он в делах весь: отбоя нет от благодарных клиентов и заказчиков. Столько писем ему в день приходит, что только и успевай все читать. А отвечать и подавно времени не будет при таком-то плотном графике… — А вы не пробовали звонить своему другу? Если вы хорошо дружили, не мог же он вас забыть. И, Вы, Саша, сами сказали, что у него плотный график. Может, именно в этом причина того, что вы не можете общаться, как раньше? — Да, оно именно так. Вот только из-за моей репутации Боря не может навестить меня. Боится, что о нем клиенты подумают. Слухи новые пойдут. Я его понимаю — он наш общий бизнес спасает. Его клиенты — мои клиенты. Нам без них никак, поэтому надо работать и не подводить коллегу… А мне кажется, что я сам в отбраковке окажусь скоро от всей этой тоски. Хорошо, пару дней назад один клиент подсказал ваш номер, но звонить я долго не решался. Стыдно как-то. Взрослый, состоятельный, со своей конторой, а плачется в трубку кому-то незнакомому… а, возможно, и потенциальному клиенту. — Что вы! Никогда не стоит бояться выражать свои чувства. Вы можете звонить нам, когда вам будет грустно. Для этого мы и существуем, чтобы люди смогли излить нам душу. — Душу? Душу… Кстати, а вы верите в Бога? — Ну, допустим, да. — Это хорошо… очень хорошо, — добродушно отозвался звонящий и продолжил со вздохом. — Максим, я вижу, вы хороший человек. Поэтому я похлопочу, чтобы моим клиентом Вы никогда не стали. Запишу Ваше имя и отправлю Боре. — Спасибо, но вряд ли это сработает. Дело в том, что из соображений профессиональной этики мы не можем называть свои настоящие имена. — Да, я знаю. Вы Сурков Олег Юрьевич 1994 года рождения. Но, не беспокойтесь, вам теперь угрожает только счастливая загробная жизнь лет через 60-70 такой же счастливой земной жизни… И, да, извините, что не представился полностью. Сатана.