Чувство собственничества

      У Ривая нездорово развито чувство собственничества.       Он узнаёт себя в детях из приюта, любезно воздвигнутым Королевой Хисторией. Сиротки шкерят по углам разноцветные камешки, обломки старых украшений, пуговицы — одним словом, всё, что могут найти в округе. Шкерят, а потом берегут, хранят с такой ревностью, какая не должна существовать в маленькой детской головушке.       — Капитан! — белокурая девчонка несётся к нему со скоростью света, растрёпанный хвостик болтается в разные стороны. Ривай останавливается, позволяя себя догнать. — Это Вам, — слегка смущённо произносит девчонка. В руках у неё засушенный четырёхлистный клевер. — На удачу.       Ривай кивает и глухо благодарит. Нашла ведь где-то. Небось, хранила под матрасом, как величайшее сокровище, берегла для особого случая. Он кладёт клевер в карман формы, не меняя сурового выражения лица.       — Причёску поправь, — велит он и делает это сам. Девочка, кажется, Эвелина, хмурится от того, как туго Ривай затягивает ей хвост, но вслух не возмущается. Только светится вся под чужой заботой.       Детям нужны герои — Ривай по объективным причинам считает, что к нему это определение не относится, но смиренно играет полученную роль. Стоящий рядом Жан улыбается, наблюдая за этим. Он не понимает, каково этой девчонке, думает Ривай, когда какой-то сушёный блёклый листок — это единственное, что у тебя есть. Единственное, чем ты по-настоящему обладаешь.

***

      — Положи, — низким угрожающим тоном приказывает Ривай. Нанаба замирает возле шкафа со стеклянными дверцами, смотря на него удивлённо и озадаченно. Может, даже самую малость испуганно. Ривай снизоходит до неё и объясняет:       — Это моя кружка. Поставь её на место.       Нанаба бросает взгляд на кружку, затем опять на Ривая. Она не понимает, для неё все чашки в сервизе абсолютно одинаковы. Нет разницы ни в размере, ни в форме, даже блёклые синеватые узоры повторяют друг друга, словно братья-близнецы. Ханджи вздыхает, открывая вторую дверцу шкафа и вынимая аккуратный железный чайник.       — Просто возьми ту, что правее, — советует она Нанабе, — не спорь.