Глава 16. Сорванная роза
4 июля 2026 г., 01:36
Зал был полон. Чеён стояла за кулисами и смотрела на экран через щель в занавесе. Там, на плёнке, она и Чимин играли любовь, которой боялись в реальной жизни.
— Волнуешься? — Дженни подошла сзади.
— Умираю от страха, — призналась Чеён.
— Это нормально, — Дженни поправила ей платье. — Сегодня твой вечер.
— Наш, — поправила Пак. — Без тебя этого бы не было.
— Я просто продюсер, — усмехнулась Дженни. — А ты — звезда.
Чеён хотела возразить, но в этот момент заиграла музыка, и ведущий объявил выход создателей.
— Иди, — Дженни подтолкнула её. — Ты готова.
***
Чеён вышла под свет софитов. Зал взорвался аплодисментами. Она смотрела в лица зрителей — там были Дженни, Юна, Чонгук, даже Хосок с Лисой (они помирились недавно, и Чеён была за них рада). И Чимин — он стоял у выхода на сцену, ждал своей очереди. — Спасибо, — сказала Чеён в микрофон. — Спасибо, что пришли. Спасибо, что верили в меня. Она замолчала. — Я долго боялась. Темноты. Людей. Себя. Но здесь, на этой сцене, я поняла, что страх — не враг. Он просто часть пути. В зале было тихо. — Если бы четыре года назад мне кто-то сказал, что я буду стоять здесь и говорить это, я бы не поверила. Но жизнь умеет удивлять. Пак посмотрела на Чимина. — Иногда люди, которых ты ненавидел, становятся теми, без кого ты не можешь дышать. Иногда люди, которым ты причинил боль, дают тебе второй шанс. Зал не понял, о ком она. Но Чимин понял. — И это… это дорогого стоит, — закончила Чеён. Аплодисменты снова взорвали зал.***
Чимин догнал её в коридоре. — Ты говорила обо мне? — О ком же ещё? — Чеён не обернулась. — Я не заслуживаю таких слов. — Я знаю, — она повернулась. — Но я сказала их не потому, что ты заслужил. А потому, что я хочу, чтобы ты знал. Он смотрел на неё. — Чеён, я… — Не надо, — она приложила палец к чужим губам. — Не здесь. Не сейчас. Потом.***
Гости разъехались. Юна и Дженни поднялись наверх, оставив Чеён одну в гостиной. Она сидела у камина. Огонь горел — она зажгла его сама, без чьей-либо помощи. — Ты стала смелее, — раздался голос с порога. Чимин. Стоял в дверях, не решаясь войти. — Входи, — сказала Чеён. — Я же сказала: потом. Это потом наступило. Он вошёл, сел напротив неё. — Что ты хочешь сказать? — Я хочу сказать, — Пак помолчала, — что не знаю, будет ли у нас всё хорошо. Не знаю, смогу ли я когда-нибудь полностью простить тебя. Не знаю, смогу ли я полюбить тебя так, как ты хочешь. Чимин молчал. — Но я знаю другое, — она подняла на него глаза. — Я не хочу, чтобы ты уходил. Я хочу, чтобы ты был рядом. Я хочу попробовать. — Попробовать что? — спросил он тихо. — Попробовать быть счастливой, — ответила Чеён. — С тобой. Чимин протянул руку. Она взяла. Не сразу. Но взяла. Он встал, потянул её за собой. — Пойдём, — сказал он. — Куда? — В сад.***
Луна освещала розы. Они цвели — не все, но многие. Красные, белые, розовые. Живые. — Посмотри, — Чеён указала на куст у скамейки. — Там, где мы обрезали ветки. Новые побеги. — Розы умеют восстанавливаться, — сказал Чимин. — Как люди. — Ты веришь в это? — Я верю в тебя. Она подошла ближе. — Знаешь, такое выражение «не уколовшись шипами, розу не сорвёшь»? — Тот, кто это сказал мудр. — Этот человек просто любил жизнь, — Чеён коснулась шипа. Осторожно, но не боясь. — Я укололась. Много раз. Но теперь, кажется, пришло время сорвать цветок. Она повернулась к нему. Чимин стоял в двух шагах, не двигаясь. — Чеён, я… Она подошла сама. Встала на носочки. Поцеловала. Не как в тогда — робко, неуверенно, проверяя. А теперь — по-настоящему. Чимин обнял её за талию, прижал к себе. Она не отстранилась. В саду было темно, но Чеён не боялась. Потому что свет был внутри. А снаружи — луна и розы, которые когда-то казались опасными, а теперь просто были. Живыми. Как она сама.***
2 месяца спустя.
Прошла весна. Розы в саду Чеён цвели, как никогда. Пак сидела на крыльце с чашкой ромашкового чая. Рядом — Чимин. — Ты улыбаешься, — заметил он. — Я часто улыбаюсь теперь, — ответила она. — Раньше — нет. — Раньше я не умела. Юна вышла на крыльцо, потянулась. — Дженни сказала, что приедет к обеду. Чонгук тоже. — Опять будут спорить о том, чей суп вкуснее? — усмехнулся Чимин. — Это традиция, — ответила Чеён. Они смотрели на сад. — Чимин, — позвала она. — М? — Ты боишься будущего? — Иногда, — признался он. — А я нет, — она повернулась к нему. — Потому что знаю: что бы ни случилось, я справлюсь. — Я рядом. — Знаю, — Чеён улыбнулась. — Поэтому и не боюсь.***
Чеён осталась одна. Юна ушла готовить, Чимин помогал Дженни с продуктами в доме. Чеён сидела и смотрела на розы. Они были колючими, когда она только начинала. Теперь — нет. Или она просто перестала бояться шипов. Телефон завибрировал. Чимин: Ты где? Чеён: Там же. На скамейке. Чимин: Иди в дом. Я скучаю. Она засмеялась. Чеён: Я вышла десять минут назад. Чимин: Это слишком долго. Пак убрала телефон, поднялась. В последний раз посмотрела на розы. — Не уколовшись шипами, розу не сорвёшь, — прошептала она. Чеён укололась. Много раз. Но теперь в руках у неё был не один цветок. А целый сад.
