(Не)худший день

Это определенно был худший день в жизни Джи. Даже не так. Он был кошмарным, ужасным, откровенно дерьмовым, и чтобы так думать, у Хван было немало причин. Все началось с того, что после тяжелой смены, которая, между прочим, закончилась после часа ночи, она проснулась не в семь утра от звука будильника, а в четыре. От громкого стука в дверь. И словно этого было мало для столь «дивного» пробуждения, встав с кровати, она моментально получила огромный заряд бодрости, когда ее стопы коснулись ледяной воды. Как выяснилось пять минут спустя, у соседей сверху, которые, кстати, и ломились к ней в дверь, прорвало трубы, и это стало причиной потопа в ее квартире. Масштаб разрушений был настолько огромен, что Джи хотелось либо залиться слезами и вискарем, припрятанным на черный день в шкафчике, либо от горя пробить головой стену. А может, и то и другое одновременно. Но вместо этого все три часа до самого звонка будильника, оповещающего, что ей скоро на работу, она вместе с соседями устраняла последствия потопа, стараясь спасти все, что можно. Понятное дело, что после такого собраться толком на работу ей не удалось. Вся растрёпанная и наспех одетая в то, что первым попалось под руку, она выскочила из квартиры, молясь, чтобы этот день не стал еще хуже и она успела на автобус. Успела. Вот только в самом автобусе она обнаружила, что кошелек оставила дома, а мелочи, которая по чистой случайности оказалась в кармане джинсов, еле хватило на билет. А это означало, что весь день ей придется быть голодной либо просить в долг у коллег, и еще не известно, что из этого хуже, ведь в должниках она быть не любила. По пути от остановки до здания БигХит, в котором она работала визажистом, Джи получила еще небольшую порцию неприятностей в виде сломанного каблука (и зачем напялила туфли?) и облитой чужим кофе блузки (шикарная сцена для дорамы, но не для Джи, которая еще и виноватой оказалась, если верить мужику, опрокинувшему на нее стакан). Так что к тому моменту, когда Хван оказалась на своем рабочем месте, она была настолько в бешенстве, что готова была убить всякого, кто косо посмотрит на нее. Косо смотрели все, но заговорить с девушкой решилась только ее подруга, и то потому, что у нее с годами выработался иммунитет к любому настроению Джи. — Дерьмово выглядишь, подруга, — с сочувствием произнесла Суджин, рассматривая коричневое пятно от кофе, которое расположилось в области груди девушки. — А то я без тебя не знаю, — прошипела Джи, бросив на нее яростный взгляд, на что та лишь невозмутимо пожала плечами. — Вместо того, чтобы говорить очевидные вещи, помогла бы. — Ты на меня не рычи, а лучше поскорее приведи себя в порядок, — ответила Суджин, поднимаясь со стула и направляясь к небольшому шкафчику, в котором они хранили запасные вещи. Иногда приходилось ночевать на работе, и они были очень кстати. — Парни скоро будут здесь, а ты выглядишь как ведьма, сбежавшая с шабаша. — Вот уж спасибо, — процедила Хван, выхватывая из рук подруги черную футболку и быстро расстегивая пуговицы на блузке. В кабинете находились одни девушки, поэтому, не обращая ни на кого внимания, Джи стянула грязную вещь и быстро натянула то, что дала ей Суджин. И даже не заметила, как усмехнулась при этом подруга. — Тебе лучше успокоиться. Если ты будешь работать с ребятами в таком состоянии, то жди беды, — проговорила блондинка, наблюдая за тем, как Хван присела на корточки и достала из-под своего столика немного потрепанные кеды, которыми сразу же сменила испорченные туфли. Любимые между прочим. — Я бы посмотрела, как ты успокоилась, если бы с тобой произошло столько неприятностей, сколько случилось у меня сегодня, — пробормотала Джи, спешно проверяя, все ли в порядке на рабочем месте, параллельно делая несколько глубоких вздохов, чтобы хоть как-то усмирить ярость, клокочущую в ней. — Боюсь даже спрашивать, что у тебя стряслось, — сказала Суджин, но комментариев на этот счет не получила. За дверью послышались громкие голоса, и Хван едва успела пригладить свои растрепанные волосы и как остальные занять свое место возле столика, когда в помещение ввалилась орава смеющихся парней. Все они ярко улыбались, громко приветствуя работниц, и Джи еле заставила себя натянуто улыбнуться в ответ, чувствуя, как напряжение сковало все тело. Обычно присутствие парней радовало и расслабляло, весь стафф был с ними в хороших отношениях, а Джи и вовсе смогла довольно близко подружиться с Джином, Хосоком и Чимином, но сегодня накал ее эмоций достиг такого пика, что любая их безобидная шутка — а их во время работы бывает немало — могла вызвать непредсказуемую реакцию. Сегодня Хван за себя не ручалась. — Так и знал, что ты моя фанатка, — восторженно воскликнул Хосок, первым заметивший Джи. Его выкрик привлек внимание всей группы к ней. Парни с интересом разглядывали девушку, Хван успела заметить, как Джин недоуменно приподнял брови, а Чимин удивленно распахнул губы, прежде чем Чон переключил ее внимание на себя, подойдя почти в плотную и ткнув пальцем в область живота. Девушка возмущенно ойкнула, на что тот лишь рассмеялся и, склонив голову вбок, с яркой улыбкой стал рассматривать ее футболку, — хочешь, автограф дам? — Ты о чем? — Хван недоуменно посмотрела на лицо Хосока, а потом опустила взгляд на футболку, с которой он не сводил глаз, и снова увидела лицо Чона. В этот раз напечатанное. Она едва сдержала мученический стон и бросила уничижительный взгляд на Суджин, которая даже не пыталась сдерживать смех, радуясь тому, что маленькая проказа удалась. — Футболка не моя, а ее, — тут же сдала подругу Джи, та поперхнулась и сильно покраснела, когда Чон бросил на нее заинтересованный взгляд. — Так что и автографы ей раздавай. — А я уж было подумал, что ты так выражаешь ко мне свою любовь, — сник Хосок, но всего на мгновение. На его губах снова появилась широкая улыбка, глаза лукаво заблестели, а рука потянулась к карману джинсов, в котором лежал мобильник. — Давай хотя бы фото на память сделаем. Хосок успел встать рядом с Джи и закинуть свою руку ей на плечо, но сделать фото ему не удалось. — Займи свое место и не мешай другим работать, — послышался веселый голос Джина, который внаглую убрал руку Чона с плеча девушки и отодвинул парня в сторону, игнорируя все его возмущения. Ким прошел к столику Джи, сразу же усаживаясь в кресло перед ним, и пристально посмотрел на застывшую девушку, широко улыбаясь ей. — Тебе эта футболка не идет, — резюмировал он после недолгой паузы и быстрого осмотра. — Я подарю тебе с моим изображением. Все-таки ты мой визажист, а не Хоби. Да и я покрасивше буду, — произнес он и тут же рассмеялся, когда Хосок, разместившийся слева от него, стал громко возмущаться. Будь у нее хорошее настроение, Джи на высказывания Джина улыбнулась бы и скорей всего присоединилась к безобидным подшучиваниям над Хосоком, но сегодня она лишь коротко кивнула и сразу же приступила к работе, немало удивив этим Кима. Он бросил на нее задумчивый взгляд, явно желая о чем-то спросить, но промолчал, переключая свое внимание на беснующегося Чона. Обычно работа доставляла Хван неимоверное удовольствие и даже давала почувствовать себя счастливой. Всегда, пока девушки работали, в помещении царила атмосфера веселья, парни болтали между собой или со стаффом, не переставая шутили, заряжая всех своим позитивом, и даже умудрялись покорчить рожи, чудом не получая кисточкой в глаз. Хоть Джин и был самым старшим из всех, но подурачиться любил не меньше остальных. Хван это забавляло, она с улыбкой наблюдала за их подшучиваниями и искренне наслаждалась живой мимикой Кима, хотя это и затрудняло работу, но сегодня все было иначе. Напряжение все накапливалось и накапливалось, особенно после того, как Чимин решил припомнить Джи одну неловкую ситуацию, которая с ней приключилась. Девушка промолчала, но уже едва держала себя в руках, заводясь все больше, а то, что Джин много крутился, размахивал руками и постоянно поворачивался то к Хосоку, то к Чимину, добавляло масла в огонь. И в какой-то момент Хван прорвало. — Да не вертись же ты. Бесишь. Ведешь себя как ребенок, — зло выпалила Джи и тут же замерла, осознав, что и кому только что ляпнула. Ким ошарашено посмотрел на нее, тут же теряя свою улыбку и задорный блеск в глазах, а девушка испугано прижала руки к груди, понимая, какую непоправимую ошибку сейчас допустила. Не то, чтобы Хван никогда не повышала на него голос, она и раньше могла прикрикнуть, когда он слишком много дурачился и мешал работать, но это всегда происходило с улыбкой на лице, а в этот раз… В этот раз явно переборщила, да и ее слова были не из приятных. — Джи, ты чего? — справа послышался удивленный голос Чимина, и девушка тут же перевела на свой взгляд на пол, боясь смотреть в лицо Джину. — Не с той ноги встала? — Я не… простите, — пробормотала она, быстро склонившись в извиняющемся поклоне перед Кимом. Сердце бешено стучало, а в ногах резко почувствовалась слабость. Больше всего на свете ей сейчас хотелось оказаться в другом месте. Где угодно, но не здесь. — Я не должна была так говорить. — Она все же решилась посмотреть на Джина и тут же прикусила губу, столкнувшись с его серьезным взглядом. Таким она его еще не видела. Несколько секунд он изучающе смотрел на нее, а потом отвернулся. — Работай, — на мгновение поджав губы, коротко произнес он, и прикрыл глаза. Хоть его лицо и выглядело расслабленным, напряженные плечи и пальцы, крепко сжимающие подлокотник, выдавали его истинные эмоции. Хван редко видела злого Джина, и еще ни разу он не злился на нее. Но видимо, все бывает впервые. Джи, до этого замершая как истукан, дернулась, развернулась, столкнувшись взглядом с Хосоком, который ободряюще ей улыбнулся, и дрожащей рукой потянулась за кисточкой. В душе был самый настоящий ураган эмоций, с которым она не знала, как справиться. Все проблемы, свалившиеся на нее сегодня, казались совершенно несущественными по сравнению с тем, что она незаслуженно обидела Джина. Хотелось еще сотню раз попросить прощения, лишь бы он снова улыбнулся ей, но делать это при других совершенно не хотелось. Она и так сполна ощутила неловкость ситуации, когда заметила на себе осуждающие взгляды Юнги и Чонгука. Она не желала еще больше унижаться, боясь, что Джин прилюдно отвергнет ее извинения, совершенно не подумав о том, что Ким не такой человек. Совершенно не такой. Работать все оставшееся время было тяжело. Руки словно отказывались подчиняться, и она пару раз допустила ошибку, нанося Джину макияж. Благо все были заняты своей работой и разговорами, и ей удалось все исправить до того, как кто-то заметил ее косяк. До тех пор, пока она не закончила, Ким не открывал глаз, и хотя бы от этого Джи чувствовала облегчение. Она не представляла, что было бы, если б ей все время, пока она работала над его лицом, приходилось сталкиваться взглядами. Ей хватило и того мгновения, когда он, услышав, что все готово, распахнул глаза, пару секунд внимательно смотрел на нее и, даже не глянув в зеркало, молча ушел на фотосессию. — Ну ты и накосячила, — хлопнув Хван по плечу, «поддержал» ее Чимин, с макияжем которого тоже было покончено. Он склонился к девушке и доверительно произнес: — Тебе стоит с ним поговорить наедине. Думаю, ты сильно его задела. — Не трави душу, Чим, — тихо простонала Джи, разбитым взглядом глядя на друга. — Я и так это знаю. — Мы за тебя переживаем. Не знаю, что с твоим настроением сегодня, но с Джином ты перегнула и простым «прости» тут не отделаешься. — К их разговору присоединился Хосок. — Хён по сути отходчивый, но он из тех, с кем конфликт решать надо сразу, а не затягивать, как ты любишь. — Я поняла. Поговорю с ним после вашей фотосессии, — сокрушенно качая головой, произнесла Хван и, ощутив ободряющее похлопывание по плечу, слабо улыбнулась парням, которые одарили ее теплыми взглядами и поспешили в павильон, где проходила съемка. — И что это было? — спросила Суджин, когда все мемберы покинули помещение, и ей удалось дойти до подруги. — Я же говорила, что тебе нужно сдерживаться. А если тебя уволят? — Я не хочу это сейчас обсуждать. Поговорим потом, — отрезала Джи, проигнорировав обиженный взгляд подруги, которая действительно переживала за нее. Кажется, день становился все хуже. Хван поставила кисти в подставку, провела по ним раскрытой ладонью, чувствуя, как мягкий ворс щекотал кожу, и замерла, вновь подумав о словах, сказанных Джину на эмоциях. Она чувствовала смесь стыда, вины и грусти от того, что именно он стал невольным козлом отпущения, когда накал страстей в ее душе достиг пика. Меньше всего на свете она хотела бы обидеть именно его. Джин стал первым, кто подружился с ней, когда она пришла в компанию. Он был тем, кто добрыми словами поддерживал ее, когда Джи было трудно, и ей даже говорить об этом не надо было, он сам все замечал. Он всегда старался рассмешить ее и каждый день говорил милые комплименты, от которых девушка моментально краснела. Она не воспринимала это как проявление симпатии, не искала скрытого смысла в его словах — просто Джин был такой. Не удивительно, что при таком отношении девушка довольно быстро пала жертвой его обаяния и влюбилась без памяти. А теперь, когда она совершила такую глупость, больше всего боялась, что Ким отдалится от нее. Оставалось лишь надеяться, что ее страх беспочвенный, что они быстро помирятся и вскоре со смехом будут вспоминать эту историю. Но очень скоро Джи поняла, что быстрое примирение ей не светило. Фотосессия парней должна была проходить в два этапа, она включала в себя несколько образов, и парочка из них требовала небольших изменений в макияже. Когда в перерыве между съемкой перед ней уселся Тэхён, а не Джин, Хван запаниковала и тут же стала искать взглядом Кима. И еле сдержала разочарованный вздох, когда увидела, как он, даже не глядя в ее сторону, присел напротив другого визажиста. — Хён попросил поменяться, прости, — пояснил Ким, встречаясь с ее озадаченным взглядом. Девушка была растеряна, она понимала, что обидела Джина, но не думала, что до такого дойдет. Она тут же поникла, чувствуя, что готова вот-вот расплакаться. — Эй, только не вздумай лить слезы, — произнес Тэхён, заметив ее покрасневшие глаза, — а то еще затопишь нас. Услышав про потоп, Джи только горько усмехнулась и, сделав тихий вздох, приступила к своей работе. Сейчас не время распускать нюни, она еще успеет поплакаться, ведь все события сегодняшнего дня к этому и склоняли, и если примирение с Джином не состоится, истерики не миновать.

***

После фотоссесии, которая закончилась почти ночью, Джин исчез. Все остальные парни после съемки вернулись в помещение, чтобы снять макияж, но Кима с ними не было. Джи была в отчаянье. Она потратила на его поиски больше часа. Знала, что хотя съемки давно закончились, он еще не ушел. Об этом говорила его машина, которая все еще стояла на охраняемой парковке. Джи сама ее видела, надеялась подловить его там, чтобы извиниться, просидела возле нее не менее получаса, но Джин не пришел. Почему-то это тревожило. В очередной раз перед глазами вспыхнуло его лицо, резко изменившееся после ее слов. Расстроенная девушка вернулась на свой этаж. Она поприветствовала проходящего мимо сотрудника и остановилась возле аппарата с кофе, чувствуя, как скручивало желудок. За сегодня ей удалось перекусить лишь сэндвичем, которым ее угостила подруга, и ей очень хотелось поехать домой и поесть, но она не могла уйти, пока не поговорит с Джином. Можно было, конечно, дождаться завтрашнего дня, дать успокоится себе и ему, но какое-то шестое чувство подсказывало, что это важно сделать сегодня. Тяжко вздохнув, Хван вытащила из кармана джинсов горстку мелочи, которую ей повезло найти в своей сумке, закинула несколько в монетоприемник, мысленно прикидывая, где еще мог быть Сокджин, и бездумно нажала на одну из кнопок. Автомат зашумел, готовя напиток, а Джи продолжала неосознанно перебирать пальцами монетки, которые лежали на ее раскрытой ладони. Короткий сигнал аппарата, оповестивший о готовности, вырвал девушку из оцепенения, и она, положив оставшиеся воны обратно в карман, протянула руку за стаканчиком. И снова замерла, осознав, что держала в руках не кофе, а любимый напиток Джина — горячий шоколад. Где-то недалеко хлопнула дверь, послышались мужские голоса, и Джи вдруг уловила в их речи столь нужное ей сейчас имя. Она выглянула из-за поворота, увидела парней, направляющихся в ее сторону, и тут же спряталась обратно, надеясь, что они ее не заметили. Сердце девушки бешено застучало, когда она узнала Юнги и Чонгука. Встречаться с ними после сегодняшнего она боялась, поэтому сразу заметалась по небольшому пространству в поисках укрытия. Выход был только один и вел он в их сторону. Она уже готова была застонать от отчаянья, когда заметила, что между диваном, стоящим под окном, и стеной, был небольшой промежуток. Не успев даже задуматься о том, что она делала, девушка нырнула туда, все еще сжимая стаканчик в руке, и вовремя, потому что из-за поворота первым показался Юнги, а следом и Чонгук. — Первый раз вижу, чтобы он так тренировался. Даже мне отказал, когда я предложил пойти выпить, — голос Юнги был тихим, но из-за того, что он находился недалеко от девушки, она прекрасно его слышала. По звуку падающих монет, Джи поняла, что он остановился возле аппарата с кофе. — Уверен, что это все из-за Джи, — громкие шаги раздались совсем рядом, и Хван испугано замерла, прикрывая рот рукой, когда Чонгук уселся на диван и раскинул руки, закидывая их на спинку. Она даже дышать боялась, с ужасом представляя, что будет, если они ее тут застукают. Даже то, что они обсуждали ее, казалось не таким существенным. — Ты же знаешь, что он… — Знаю, — резко прервал его Юнги, и присел рядом с Чоном. — Но не советую тебе так громко обсуждать это. Не забывай, что и у стен есть уши. Его тон прозвучал странно, словно он знал, что девушка здесь и подслушивает их. Но Хван тут же отбросила эту мысль, ведь они никак не могли заметить ее присутствия. Даже дышать она старалась через раз и только тогда, когда кто-то из них говорил. Джи напряглась, чувствуя, как ноги начали затекать, и стала молиться всем богам, чтобы они побыстрей ушли. — Как думаешь, он останется там до утра? — Не думаю, что он станет долго там прятаться. Та, с кем он не хочет сталкиваться, наверняка уже ушла домой. Хотя зря он переживал, сомневаюсь, что она вообще стала бы его искать и тем более в третьем зале, — и снова тон Юнги показался Джи странным, да еще и то, как он голосом выделил номер зала, наталкивало на мысли, что он все же знал о ее присутствии. Чего он хотел? Неужели подсказывал, где найти Джина? Или это все ее разбушевавшееся воображение? — Ты допил? Идем? — руки Чонгука исчезли с дивана, он подскочил с него, и девушка, услышав удаляющиеся шаги, позволила себе на мгновение расслабится и выдохнуть. — Не будь дурой и не профукай свой шанс, — вдруг прозвучало совсем тихо, и Джи дернулась, чудом не выкрикнув от испуга. Все-таки он знал. Но почему промолчал о ее присутствии и не рассказал Чонгуку? Не хотел ставить в неловкое положение? Хотя куда уж более неловко. Она явно завтра от стыда сгорит, когда увидит Юнги. Но зато сейчас она испытывала к нему сильную благодарность за его подсказку. Возможно, что завтра даже решится его поблагодарить. — Хён, ты чего застрял? — Уже иду.

***

Чем ближе была Джи к третьему тренировочному залу, тем сильнее ее охватывало волнение, а руки снова начали трястись. Стараясь успокоиться, она раз за разом прокручивала слова, которые хотела сказать Джину в качестве извинений, но стоило ей приоткрыть дверь, за которой раздавалась громкая музыка, и увидеть танцующего Кима, как все тут же вылетело из ее головы. Джи искренне не понимала, почему некоторые фанаты говорили, что Джин не умел танцевать. Нет, она, конечно, понимала, что он не обладал той пластичностью, которая была у Чимина и Тэхёна, и у него нет той резкости движений, которой могли похвастаться Чонгук и Хосок, но ей нравилось, как танцевал Джин. Поэтому она и замерла, восторженно наблюдая за тем, как он оттачивал движения. Хван знала, что ему тяжело запоминать новую хореографию, он не раз делился этим с ней, и ее восхищало то упорство, с которым он работал над собой и танцем, оставаясь в зале даже после ухода ребят. Она настолько погрузилась в свои мысли, что и не заметила, как музыка стихла, а Джин нечитаемым взглядом уставился на нее. Он ничего не говорил, не делал шага навстречу, просто молчал, стоя возле столика, на котором лежали вещи, и, видимо, ожидая каких-то действий от девушки. Джи, чувствуя, что у нее дрожали уже не только руки, но и ноги, судорожно вздохнула и, соскребя последние остатки смелости, распахнула двери посильней и вошла внутрь. Не опуская взгляда, она подошла к Киму и остановилась в шаге от него. — Джин, — хрипло произнесла Джи, поражаясь тому, как низко прозвучал собственный голос, и запнулась, увидев, как сверкнули его глаза, прежде чем он отвернулся и стал ковыряться в спортивной сумке, лежащей на столе. — Я… Слово невидимая рука сдавила ей горло, мешая сказать еще хоть что-то. Было ли дело в том, каким холодным взглядом он ее одарил, когда услышал свое имя из ее уст? — Какого черта ты здесь делаешь? — Я пришла извиниться. — За что? За то, что я тебя бешу? Так это мне надо извиняться, а не тебе, — парень бросил на стол футболку, которую держал в руках и снова повернулся к ней. То, с какой горечью он это произнес, и как за мгновение потускнел его взгляд, заставило сердце Джи сжаться. В этот момент она почувствовала себя такой сволочью. — Я была на эмоциях и не контролировала, что говорю, — сбивчиво произнесла Хван, делая шаг вперед и касаясь его руки. Он вздрогнул, но руку не отдернул. — То, что я сказала, неправда. — Я тебе не верю, — тихо произнес Джин, опуская плечи. — Ты сегодня была очень убедительна, когда говорила, что я веду себя как ребенок. — Прости меня, Джин. Ты правда меня не бесишь. И мне нравится, когда ты так себя ведешь, когда громко смеешься, дурачишься, подшучиваешь над ребятами. Мне все в тебе нравится, и ты нравишься очень, — запальчиво произнесла Джи и испугано замерла, не веря в то, что только что призналась в своей симпатии. Джин окаменел на мгновение, а потом его глаза резко расширились, губы приоткрылись от изумления, и с его уст сорвался тихий выдох. Он несколько секунд блуждал взглядом по резко покрасневшему лицу Джи, а она не дышала все это время, боясь, что он сейчас рассмеется и выставит ее вон. От этих мыслей Хван стало плохо, она побледнела, стоило ей представить, что она больше не сможет, как раньше, приходить в компанию и общаться с Джином. — Что ты сказала? — прохрипел он и сделал шаг вперед, оказываясь к ней вплотную. — Я тебе нравлюсь? Джи боялась смотреть ему в глаза, она опустила голову, едва не уткнувшись лбом в его грудь, и коротко кивнула. Брать свои слова обратно было бессмысленно, притворяться, что это всего лишь шутка, чтобы разрядить обстановку, тоже. Все, что ей оставалось, это подтвердить их и ждать приговора. — Докажи. Девушка вскинула голову, шокировано уставившись на Джина, во взгляде которого чувствовалось напряжение. Джи снова захотелось сбежать, спрятаться куда-нибудь от его внимательных глаз, но вместо этого, поддаваясь непонятному порыву, она прикрыла глаза, подаваясь вперед, и, приподнявшись на носочки, коснулась его губ. Прикосновение длилось всего мгновение, но даже при этом все тело девушки пронзила дрожь, когда она ощутила, какими мягкими были его губы. Хван отстранилась, все еще не открывая глаз, но ее тут же за талию притянули обратно. — Разве так целуют того, кто нравится? — голос Джина прозвучал недовольно, но когда девушка возмущенно распахнула глаза, увидела, что на его губах играла улыбка. Он слегка наклонил голову вниз и прошептал прямо в губы: — Ничего ты не умеешь. Буду учить. А когда в следующее мгновение он ее поцеловал, в груди Хван взорвался самый настоящий фейерверк. Прикосновение его губ было мягким, но настойчивым, без проникновения языка, но Джи и этого было достаточно для того, чтобы у нее подкосились ноги. И если бы Джин не держал ее за талию, то она точно бы рухнула на пол. Она просто млела от того, как он ласкал ее губы — очень медленно, никуда не спеша, словно наслаждаясь их вкусом — и недовольно простонала, когда он отстранился от нее, тут же убрав руки с ее талии. — Джин, — выдохнула Джи и посмотрела ему в глаза, боясь, что сейчас он ее оттолкнет. Но тут же думать об этом забыла, потому что он выглядел таким счастливым, смотрел на нее таким влюбленным взглядом, что девушка ощутила, как и ее накрыла волна эйфории, хотя она все еще не могла поверить, что ее чувства оказались взаимны. — Джи, — у Хван внутри все задрожало от того, с каким трепетом он произнес ее имя, обхватив своими ладонями ее лицо, — а хочешь покажу, как нужно целовать того, кого любишь? Засияв счастливой улыбкой, Джи кивнула, подаваясь навстречу его губам, думая о том, что сегодня определенно ее не худший день.