"Острову Льюис" valley

Пусть свет и радость прежних встреч нам светит в трудный час... Михаил Исаковский. "В лесу прифронтовом" valley. "Остров Льюис" Как не сдохнуть без сил в самый звездный свой час? Ведь, отдать надлежит их с концами. Есть секретный прием, ему учат спецназ: Собирать в себе злобу ночами Бесконечными, судными днями души. И потом контейнировать прочно, Чтоб затем активировать: горькая жизнь Станет силой твоей главной ночью. Применение приема прошло на «ура», И невольных союзников брань Сладострастно гремит в ожидании утра, Что сразит зло в рассветную рань. В ней звучат контрабасы, и флейты, и вдруг Соло скрипки взвивается ввысь. И чеканных шагов злого рока испуг Имитирует арфы каприз. Сладострастие ругани бывших врагов Заставляет замолкнуть живое, И забиться в их норы, и сбросить покров С индевеющих веток дубов. И солирует скрипка под странный эскорт Клавесина и флейты. И гром Нарочитый литавров сейчас намекнет: Настоящее соло грядет. Это — голоса соло. И стройная песнь, Тему скрипки варьируя всласть, Не сумела цветистой руладой завесить Странный шорох, с оркестром не в масть. Это крылья о крылья шуршат у певцов. В ссоре бедных избранников рока, Применяющих хитрости спецназовцев В звездный час свой в бессилии глубоком, Начинает звучать, кроме трепетных струн, Кроме флейты, и труб, и литавр, Пение ангелов. Бешеной злобы тайфун Завивается в гласов тропарь. И к трагедии брани соратников вскользь Добавляются стоны дерев, И ритмичная от сквозняков иноходь Чащи леса, и странный напев Канонических тем из дыхания ветров, И движения ночи каданс. И сияет обидами бывших врагов В силу злость переплавивший транс.