Бумага и спичка

– Как бы тебя так послать, чтобы ты, упаси Мерлин, не обиделся? Мне ведь так важно это, .. хотя постой, мне плевать с астрономической башни. Иди нахуй хорёк мерзкий! - все стоящие в коридоре студенты охнули и разом перевели взгляд с Малфоя на Уилли Сэйд. Она сложила руки на груди и скабрезно усмехнулась, прежде чем покинуть толпу учеников. Малфой несколько смутился, сам гадая от чего. Прежде она посылала его перед огромным количеством студентов, однако в этот раз это было не так безобидно. Он так считал. Безэмоционально он гаркнул на шепчущуюся толпу после чего покинул коридор. Сама же Уилли, как только вошла в гостиную Гриффиндора обмякла, бросила сумку к камину и двинулась к близнецам Уизли. Фред и Джордж колдовали над новой партией сладких Кукол вуду. – Ты опять парировала матершиными словесами? Что наш мерзкий друг ответил на этот раз? - спросил Фред. – Он "благовоспитанно" промолчал. - резким голосом ответила их подруга. – Мы знаем. - ответили они уже хором. – Джордж откусил ему утром язык. - добавил Фред, указывая на маленькую фигуру-вуду в виде Малфоя из волшебной мастики. – А я уж было подумала, что загнала его в себя, я так неосторожна в словах, а это вы, ребята, устроили мне праздник, заставив змеёныша молчать весь день. — она синхронно двумя руками взъерошила волосы парней в знак одобрения и шустро направилась в сторону лестницы, ведущей в спальню. – Всегда пожалуйста, Уиллс. - вдогонку ей, снова хором ответили близнецы, лица у обоих были как у довольных котов. Уилли. Звали её Уилли Сэйд. Она была несносной и находится с ней в одном помещении и не напороться на какую-то историю было практически невозможно. Сэйд не умела останавливаться вовремя, порой её заносило до абсурдно глупых ситуаций, в которых она стояла на своём, даже если уже тысячу раз поняла, что не права. Смесь гордости и упрямства и храбрость, граничущаяя с безрассудством — такая характеристика была занесена в её личное дело. Уилли любила и умела веселиться, нельзя было отказать ей в фантазии и умениях подстраивать шалости. Может поэтому она с раннего детства заделалась другом неугомонных близнецов Уизли. Вот уж действительно самое золотое трио Хогвартса — и все рыжие! У Уилли были длинные рыжие волосы, порой они сами заворачивались в небольшие колечки кудрей, порой выпрямлялись и волнами ложились вдоль спины. Росту она была невысокого, хорошо сложена, бледное лицо окрашеное вечной ухмылкой и вздёрнутой левой бровью источало неприкрытой ничем уверенностью в себе, если даже не превосходством над другими, но читалось в нём, что всё это превосходство в сущности оказывалось добротой и открытостью ко всем, кто намеренно не вставал поперёк дороги. Сириусово воспитание. Конечно сложно воспринять всю серьёзность слов "Сириус и воспитание", но вышло так, что единственный наследник рода Блэк стал отцом, забрав двухмесячную малютку, лишившуюся родителей. Одри Блэк и Уильям Сэйд, родители Уилли были убиты 4 декабря 1980 года. Одри приходилась Сириусу троюродной сестрой, через Альфарда Блэка. Уильям был чистокровным волшебником с шотландскими корнями. Оба были противниками ксенофобии и открыто выступали против лорда Волан-де-Морта. Так Сириус стал отцом, а Уилли любимой дочерью. Она, была как Блэк, чертовски бледна и имела такие же светлые, голубые, цвета незабудок глаза. У неё был блэковский нос Одри с небольшой горбинкой. От Уильяма она забрала рыжие волосы. А вот её характер — неотъемлимая заслуга Сириуса. Уилли Сэйд не была красавицей, но определённо, никто не отдавал в этом отчёта, если удосуживались видеть обращённую в свой адрес игривую ухмылку. Она общалась со всеми, с кем ей было весело, но всё же отдавала предпочтение близнецам Уизли, её первым друзьям. Они встретились ещё когда толькр закончилась первая магическая война. Артур привёз Фреда и Джорджа в дом Блэка на один вечер, пока младшему Рону делали магическую прививку. Уже тогда Сириус взвалил всех в охапку, хотя Уилли было почти полтора года, а близнецам всего по три, и усадил на летающий мотоцикл. Выросшие бок о бок, пользующиеся покровительством Сириуса, в прошлом короля проделок, они были безвозвратно связаны любовью к выдумкам, и, разумеется, к пренебрежению правилами. Но существовали и те люди, встреча с которыми приносила ей столько же удовольствия, сколько дополнительные уроки прорицания в летние каникулы. Глупые или высокомерные, разумеется в первую очередь слизеринцы, разумеется Драко Малфой. Это задалось с самого поезда по пути на первый курс Хогвартса. Он случайно проходил мимо купе, где сидели рыжие близнецы и их лучшая подруга, и конечно, он не упустил шанс бросить колкости по поводу её имени. Её полное имя было Уильями Лемиссон Сэйд, в честь отца. Не самое красивое, но оригинальное, и скорее всего, Драко просто позавидовал, пускай его имена были символичны, но Драко Люциусом Малфоем, в своём роду он был не первым Уилли встала и со всей силы залепила ему по лицу, а Драко не остался в долгу, и в итоге, на распределение они шли с пунктиком у Макгонагалл, что неважно на какие факультеты они попадут, сразу же с них снимут по десять баллов, и с увечьями. Драко сел на табуретку с высоко задранной головой, из-за разбитого носа, а на левом глазу Уилли красовался лиловый синяк. Вообще Уилли всегда ходила в ссадинах и синяках, ей было это в привычку, после стольких лет жизни с Сириусом, но Драко, будем честны, выстоил этот удар прочно, ни разу не всплакнул, хотя и пригрозил, что всё расскажет отцу. А сегодня, в самом начале солнечного октября, после общего урока у Амбридж, Драко при всём классе сказал, что учиться ЗОТИ на практике, захотят только те, кто всего боятся, намекая на отважных Гриффиндорцев. Уилли всегда была спичкой, которая мгновенно всполыхала, горела и остывала тогда, когда уже всё заведётся до предела, но сегодня она громко, чётко, ледяным тоном сказала: – Тебе Малфой, больше других стоит вчитаться в этот учебник, глядишь, читать нормально научишься и узнаешь что, всего бояться по вашей части, всем известно, кто при первой же опасности, будет уползать в своё убежище, вы, скользкие змеёныши. Амбридж, на глазах которой происходил весь этот диалог, была в бешенстве, и приказала Уилли прийти к ней за "кровавой надписью". Даже Гарри Поттер, который постоянно дерзил ей, не был в таком потоке гнева, который излучала розовая жаба на несносную Сэйд. Она была привыкшая к наказаниям. На самом деле стоит сказать, что способности у нее была безграничные, предметы она знала наравне с Гермионой, но учёба не сдалась, когда можно тайно подкладывать Филчу навозные бомбы в кабинет. Её оценки колебались от П за все предметы, до Т, из-за незданных домашних работ или прогулов. Макгонагалл отчитывала её за это постоянно. А сейчас она должна была идти к Амбридж, истекать кровью. Уилли поправила брючины, немного затянула галстук и спустилась в гостиную. Удивительно, но сейчас никого там не было, она пустовала и лишь малютки-первокурсники что-то решали у углу. Сэйд вышла из проёма, закрыла его портретом Толстой Дамы и спустилась по передвигщейся лестницы вниз, к кабинету зашиты от темных искусств. Она села на перила и скатилась прямо передвигаясь от второго коридора к третьему этажу. – Минус пять очков Гриффиндору, мисс Сэйд, это было травмаопасно, а мне ещё нужно довести вас до профессора Амбридж. – Уж тебе только и беспокоиться за мою жизнь. - протянула в накипающей злости Уилли. – Да и Амбридж, настолько же профессор, насколько ты квиддичный игрок. - Малфой смотрел с недоумением на спину Гриффиндорки. – Я имею ввиду, никудышный. - она пошла дольше не останавливаясь на слова Малфоя. В конце концов тот просто подбежал и встал перед ней, не пропуская. Он был на голову её выше, что обычно заставляло его усмехаться над тем, как Уилли встаёт на цыпочки и пристольно смотрит в его глаза, прежде, чем оскорбить. Но что-то произошло. Уилли просто промолчала и обошла его. — Пожалуй, я доберусь без тебя. - она села на перила ещё одной лестницы и вихрем скатилась на ещё один этаж, хоть ей и надлежало наоборот идти на спускаясь. — Только не в мою смену, Сэйд. - Малфой сбежал по ступеням вслед за ней. - я не упущу возможности забрать у профессора Амбридж пергамент с твой кровью. — Чтобы какой-то наглый слизеринец осквернил мою пролившуюся кровь своими пальцами?! - если ее принципы касались Малфоя, то обычно они резко становились гипербилическими. Если прочим друзьям и в целом ученикам, не разрешалось без её спроса брать вещи Уилли, то докоснись до них слизеринец с максимально неправдоподобными белыми волосами, они бы считались осквернёнными, и она выкидывала их или проводила ритуалы очищения. — Хотя знаешь, это не мой пергамент, я кровью я не истеку. — С чего бы это? — С того, что я Уилли Сэйд, а ты всё ещё идёшь нахуй. Драко молчал. Затем его глаза налились кровью и он резко схватил гриффиндорку за предплечье, охватив его полностью пальцами, и потащил обратно на третий этаж. — Это грязный приём! К тому же слишком примитивный! - крикнула она Малфою, который направил на неё заклинание левитации и понёс к Амбридж, словно воздушный шарик. Сказать, что она была удивлена при этой картине, ничего не сказать. Кошки на тарелках все выпучили глаза, сама Амбридж разлила свой чай на столе и испортила колдографию министра магии, которая свалилась в лужицу из чая. А Драко стоял с невозмутимым видом, опуская наказанную на пол. — Профессор Амбридж, я позволила себе сказать очень многое, но я уж точно не заслужила такой транспортировки в ваш кабинет! Будьте добры, объяснить мистеру Малфою, что он нарушил всяческие границы дозволенного. — Уильями Лемиссон Сэйд! Вы́ нарушили всяческие границы, добираясь сюда таким способом! — Минуточку, Малфой использовал Левио́су, какого чёрта.. — В моём кабинете не смейте ругаться! - взвизгнула Амбридж. — Драко, вы можете идти, благодарю вас за эту несносную девчонку. — Мне в радость помогать вам. До свидания. "Меня сейчас стошнит"- подумала Уилли, провожая его убийственным взглядом. Он вышел с максимально довольным лицом, наблюдая, за гримасой Уилли. —Кхм, кхм. - очень противно и слащаво произнесла Амбридж. - а вы, будете отбывать тройное наказание. — Я буду вам благодарна, если узнаю, за что. — За вашу дерзость на уроке, за дерзость сейчас, и за взлёт в мой кабинет. - на слове "Мой" она сделала ещё одно противное ударение, и у Сэйд почти пошла кровь из ушей. —Чёрт возьми, МАЛФОЙ ИСПОЛЬЗОВАЛ ЛЕВИОСУ! - Уилли разгорелась словно камин в рождественскую ночь. Амбридж сама вскипала от злобы. — Всю неделю вы будете приходить сюда за наказанием, а также никакого квиддича! Уилли вышла из кабинета с очень глубоким шрамом с надписью "Я не должна дерзить, лгать, кричать и оскорблять" Она была зла как никогда и пообещала себе отомстить мнимой профессорше. Сэйд очень медленно шла к гостиной Гриффиндора, было уже поздно, если бы ее в очередной раз поймал Малфой, то опять бы снял очки за нарушение комендантского часа. Откровенно говоря, это волновало ее меньше всего. Она уже предвкушала, как отреагирует Сириус на эти шрамы, он сначала бы похвалил за очередные шалости и дерзости, а потом разгромил бы министерство с исками в суд, за нанесение увечий его мелюзге. По пути к гостиной ей дважды встретилась миссис Норрис. Это к добру не вело, Филч ошивается где то рядом. Пришлось прибавить шагу и поднимаясь на этаж выше нужного, Уилли столкнулась нос к носу с Гарри Поттером. — Ты тоже не спишь? - в один голос произнесли сидящие на полу друзья, потирая ушибленное места. — Я от Амбридж. — А я от Снегга. Котлы. — Хотела бы я быть на твоём месте. - сказала Сэйд пряча в рукав рубашки руку. Гарри промолчал, он, будучи первым учеником, на котором испытали это перо как никто другой понимал эту ноющую боль. Затем он грустно взглянул на ее лицо и спросил о Сириусе. Несмотря на его невиновность, Дамблдор запретил Блэку усыновить Гарри, хотя бы до шестого курса, настаивая, что опекуном должна быть Петунья. Когда Уилли узнала, чьё место и при каких обстоятельствах заняла, то очень долго не могла разговаривать с Гарри. Да и сейчас ей было немного неловко, из-за того, что она живёт в пусть маленькой, но настоящей семье. Она сама не могла дождаться момента, когда Гарри летом переедет на площадь Гриммо и он официально станет ей старшим братом. — Ты выглядишь неважно, все в порядке, Гарри? После гибели Седрика он был сам не свой, однако в этот момент его большие зелёные глаза будто разрывались на части от грусти. Он неважно кивнул. — Мы можем прогуляться к запретному лесу, или пойти спать, как хочешь? - Уилли вгляделась в его глаза, тут он немного повеселел, от осознания того, что можно совершить очередную шалость. — А который час? — Уилли посмотрела на наручные часы. — Половина третьего - широко улыбаясь ответила Сэйд. — Это ж сколько ты была у этой жабы? - Гарри сам стал улыбаться, глядя на улыбку маленькой рыжей девчонки, рукой он махнул, намекая, что пожалуй, стоит прогуляться. И то, что уже наступил вторник его не волновало. Они оба пошли в направлении к коридору подземного тролля, тайный ход, который они нашли после того, как спасли Гермиону от тролля на первом курсе. — Она вызвала меня в десять, а по скольку она поручила Малфою довести меня мы задержались. - Уилли рассказала про способ транспортировки в стиле "Малфой умеет колдовать одно заклинание" и Гарри рассмеялся. Сэйд пихнула друга на выходе к лесу и тот пролетел почти кубарем к черному озеру, параллельно смеясь. — Как квиддич? — Сэйд пропустила тренировку и ей было интересно узнать, как справилась команда без её участия. Касательно квиддича, она была очень щепетильной, порой самовлюблённо говоря о том, что без неё охотники не забивают голов. Анжелина Джонсон часто ругала её за это, однако, она не могла не признать, что в чём то Уилли права. Гарри горько усмехнулся. — Если говорить мягче, то беда. Мы разваливаемся из-за меня, тебя и близнецов. Ещё немного, и вся гриффиндорская команда распадётся. — Это не просто беда. - Уилли драматично вскинула руки над головой. — Это беда бедунская! Актёрствование присутствовало в Сэйд всегда. Начиная с первого курса, когда она спародировала профессора Снегга, а тот стоял у неё за спиной, до полного перевоплощения в Дамблдора в прошлом году на святочном балу. Тогда она напилась газировки смешанной с огневиски и превратила свою внешность во внешность Директора и бегала по коридорам с криками, про волшебных единорогов и блевала лимонными дольками. Они уже валялись на влажной траве около берега и просто смеялись и разговаривали о всём на свете. Словом, они заснули там и проснулись только когда на лица резко накрапывал дождь. Первым вскочил Гарри. Его и без того взъерошенные волосы сейчас были похожи на ураган. Он рывком поднял руку Сэйд и посмотрел на часы. После чего с крикам стал разтряхивать Уилли. Она не хотела вставать, ноя о том, что если она проспит один день, то никто не заметит. Хотя по правде, если бы она проспала один день, то это заметили бы все, хотя бы из-за того, что половина всех учеников были бы безмерно скучающими, а вторая половина радовалась бы устроенной тишине. Кое как она встала, но выглядела она мягко говоря неважно. На ее лице было как будто написано, если кто-то посмеет что-то сказать в её адрес, схлопочет подзатыльник или синяк. Сэйд посмотрела на часы и прокричала своё любимое "ДРЯНЬСТВО!" После чего вскочила отталкивая от себя Поттера. Они уже оба бежали в сторону тайного коридора. — Только не говори, что у нас Зельеварение? - Уилли умоляюще посмотрела на Гарри, тот стушевался и ответил: — Нет, у нас спецкурс, "Как отхватить пиздюлей от Снегга"! Уилли ещё раз выругалась. Несмотря на всю её нелюбовь к учёбе, она очень любила зельеварение. И вот сейчас, она проспав первую пару трансфигурации бежала на урок, который начинался через три минуты. Даже самым быстрым бегом и по самому короткому пути, ей не хватало десять минут. Снегг раздал задания и списки ингредиентов. Гермиона сидела с Роном в панике поглядывая на двери, ожидая, пока в нее влетит со всеми подобающими вихрями, Сэйд. И она влетела. В прямом смысле этого слова. Нет, никто больше не использовал Левио́су, она влетела на метле. Это был единственный шанс прийти вовремя и она стащила из сарая старую дряхлую школьную метлу. Как только она спрыгнула, она превратилась в другого человека. Высоко подняв голову она с достоинством села на свободную последнюю парту, положив метлу к стене. Лицо профессора Снегга стоило видеть. Вся его бледность мигом испарилась и он в раз покраснел от гнева. — Мисс Сэйд, тридцать очков с Гриффиндора останутся на вашей совести! Вы обязаны понести за этот проступок наказание и будете отбывать отработки до конца семестра! Что до вас, мистер Поттер - Гарри только вошёл в аудиторию. — То вы будете отбывать столько же. — Я боюсь, профессор Снегг, я не смогу приходить к вам так часто, на этой неделе я вся в наказании от профессора Амбридж. - Сэйд улыбнулась, это добавило ещё каплю в и без того переполненную чашу терпения профессора. — Я позабочусь о том, чтобы наказание профессора защиты от темных искусств не надвигалось на моё. Вы можете сесть. — Мистер Поттер, поменяйтесь местами с Долгопупсом. А вы мисс Сэйд, принимайте за своей партой мистера Малфоя.