Лабиринт

Гермиона понимала, что наживает неприятности или по крайней мере теряет друзей, но в Нору не поехала. Пусть Уизли сами поздравят Гарри и Джинни. Ей хватило вечеринки, с лихвой. Она злилась на Джорджа, на себя, на весь долбаный магический мир и, что самое неприятное, не знала, как смотреть в глаза ни Рону, ни Драко. Все случившееся казалось ей ошибкой. Нелепой и невозможной. Ещё раз перебрав книги, девушка пришла к выводу, что это однозначно действие черной магии. Она не была отравлена, но была околдована, это многое объясняло. Нет, даже не так, это объясняло всё. Вот только легче не становилось, потому, как при одном только воспоминании,об этой ночи, губы начинали пылать, а внизу живота разливалась томная нега. Джиневру Гермиона выпроводила сославшись на непомерную занятость с бумагами. Здесь девушка не врала. Ее альтруистическое желание помочь всем обездоленным сыграло злую шутку. Работы стало непомерно больше. Спасало ещё и то, что пребывающая в предсвадебной эйфории младшая Уизли, не слишком озаботилась переданной Гермионе розой. Подруга лишь очень неоднозначно посмотрела отметив, что эта роза стоит не один галеон. К вечеру, устав от душевного самобичевания и бесплодного штудирования магической литературы, самая умная ведьма своего поколения решила просто провести вечер с книгой. Выбор пал на старый добрый магловский роман о приключениях бравых мушкетёров. Первый раз девушка познакомилась с творчеством Александра Дюма ещё до Хогвартса. Она всегда любила книги. Стук в дверь заставил вздрогнуть, а, позднее, вымученно улыбнуться, когда из-за двери она услышала знакомый голос. - Грейнджер-я-надеюсь-когда-нибудь-Уизли, не н гони уставшего путника. Гермиона открыла замок, но встала на пороге, скрестив на груди руки. - Привет. Я думала вы все в Норе. Семейный праздник все таки. Джордж, уперевшись рукой в стену подъезда нависал над девушкой. - Семейный. Я не совсем тот член семьи. Сейчас уж точно. Гермиона, Я понял, что хочу извиниться. Я вчера повел себя отвратительно. Но – он поднял вверх указательный палец, подчёркивая важность последующей фразы,- если бы малыш Ронни был посмелее, он бы рассказал во всеуслышанье о вашей помолвке. - Джордж, бросай пить, ты на ногах не держишься. И что у тебя с глазами? Они как то странно блестят. Странная догадка озарила Гермиону. Уизли в ответ пьяно рассмеялся. - Если бы я мог сейчас сфокусировать взгляд, Я бы изобразил моську Джинни, когда она задумывает какую-нибудь пакость. - Джордж замолчал на мгновение и продолжил будто оправдываясь. - Это старые запасы. Обещал, что не буду но не удержался. И огневиски. Но в этом есть плюс. Я могу смотреть в зеркало когда у меня двоится в глазах и не стараться его разбить. Да и не попаду в него просто. Парня заметно шатнуло, но он тут же был перехвачен Гермионой, что не дало потерять координацию и собственное достоинство. - Пойдем. Заварю тебе чай. Кофе мой ты и в этом состоянии обольешь помоями. - грустно проговорила волшебница. Не без труда проводив названного гостя на кухню, Гермиона усадила его на стул. Порывшись в шкафах, она нашла заварку и мешочки с высушенными травами. - У меня нет здесь отрезвляющего, но кое-что из этого должно хоть немного привести тебя в порядок. Джордж откинув голову назад прижался к стене затылком, пытаясь, по всей видимости, приостановить вращающуюся вокруг кухню. - Что у вас Ронни?- спросил он девушку. Гермиона отвернулась и сделала вид, что занята приготовлением отвара, при помощи волшебной палочки помешивая импровизированное зелье сначала по, а затем против часовой стрелки три раза прямо в чашке. -Снейп бы меня убил за такое варварство- резюмировала свои действия волшебница. Джордж не унимался. - Я вообще-то радовался за вас. Хоть это и странно. Не в смысле, что радовался. Мерлин, что я несу. Мне нужен чай. Гермиона поставила на стол чашку. - Пей. Но предупреждаю вкус специфический. Я добавила травы из запасов для зелий. Джордж усмехнулся и сделал глоток. Поморщился, ещё раз посмотрел на Гермиону. - Приму как лекарство. Я тебя не сильно отвлекаю? - Странно, что ты не задался этим вопросом, когда шел сюда? – улыбнулась волшебница. – Джордж, я… - У тебя кто-то появился? – Уизли не дал ей закончить мысль, указав на одинокую розу в стеклянной вазе. Лепестки цветка поблескивали переливаясь от кроваво- красного, до нежно пурпурного. – Или это мой брат украл ее для тебя? - Это знак признательности за помощь заражённым ликантропией. – не мигая врала волшебница. Джордж поперхнулся и расплескал отвар по столу. - Больше никому это не рассказывай, хорошо, Грейнджер, Я понимаю, что по крови ты магла, но, зная тебя, в это оправдание никто не поверит. - Да что не так? – самой волшебнице эта версия нравилась. Ну не рассказывать же правду, даже если заранее знать что в нее не поверят. - Это Драко Малфой? Гер-ми-о-наа, этот хорек- заносчивая задница. Что это со мной? – Джордж почувствовал как его обдает потом. В глазах, однако посветлела и кухня приостановила свои пляски. - Это не Драко Малфой. – Гермиона поняла, что невольно сделала ударение на имени слизеринца и нервно рассмеялась.- Джордж, наверное хорошо, что именно тебя принесло, сегодня ко мне, и уж тем более хорошо, что ты и половины разговора не запомнишь. Это совершенно другой человек, которому только предстоит объяснить, что одно случайное свидание ни приведет ни к чему. Мне нужно было выговориться. Ты домой-то дойти сможешь? Джордж кивнул. - Должен. Главное никуда не свернуть по дороге. – Секунду помолчав, он продолжил, - Почему ты не любишь квиддич? Представь, если выйти на поле в таком состоянии? - И в лучшем случае тебе разнесет голову бладжером. Тебя проводить? Джордж заглянул в опустевшую кружку. И не с первой попытки но поднялся. - Не стоит. – Джордж отрицательно махнул головой, и нетвердой походкой отправился к выходу. В дверях он однако остановился, мешая Гермионе эти двери закрыть и, лукаво подмигнув, сказал: - Я надеюсь, что твой воздыхатель маглорожденный. В волшебном мире такие розы дарят любовницам. После он сам закрыл двери квартиры и уже спустившись на улицу вспомнил, что так и не забрал яд пикирующих злыдней. Обернулся на окна Грейнджер, но возвращаться не стал. Наступили рабочие будни. Гермиона хоть и не хотела никого видеть, или с кем то ещё разговаривать, но удивилась тому, что даже Гарри перестал заходить к ней на обеденных перерывах. Герою магической Британии было некогда. Два дня все министерство было занято поиском пропавшего Грегори Гойла, пока тот сам не вошел в двери Аврората, где сначала объявил, что ни к кому не имеет претензий, потом стал нести явную околесицу о преследующих его Пожирателях смерти и мнимой угрозе всем чистокровным волшебникам. Гойл был напуган. Говорил сбивчиво, перескакивал с одного на другое, заверял, что не помнит лица нападавшего, а если вспомнит, то сломает ему шею сам. Требовал наложить фиделиус на усадьбу, или круглосуточную охрану. Не назвав , ни одного имени представляющего угрозу. На вопросы Гарри о фотографиях Абраксаса Малфоя, заявил, что это семейный архив, и неумело изображал удивление от известия о гибели потерянной родственницы и клятвенно уверял в непричастности Люциуса Малфоя. О своем исчезновении из больницы, как и о том, как туда попал отмалчивался. Гарри несколько раз мысленно проклял и слизеринца, и невозможность применить легиллеменцию. Гарри не мог сложить картинку воедино, попросту не догадываясь о том, что меньше суток назад Грег вел себя кардинально противоположным образом. Он прятался в собственном доме, окруженный материнской заботой и изучая последние события по газетным статьям. Событий было много. Люциуса Малфоя оправдали. Драко объявил о будущей свадьбе, и весь свет магической Британии, какого-то лешего, решил заботится о оборотнях. Грегори ждал появления Драко и лишь криво усмехнулся, когда увидел в собственном доме домового эльфа. Прижимая уши тот протянул ему записку с печатью дома Малфой вместо подписи. Этот паскудник назначил встречу в «Белой Виверне». Страха бывший одноклассник не вызывал, поэтому наследник рода Гойл смело отправился в паб. Войдя в кабинку чуть раньше назначенного времени, он искренне удивился, увидев там не Драко. На кожаном диване, по-хозяйски расположился Люциус. Грегори остановился на входе в кабинку. Малфой смерил его полным презрения взглядом, и тростью указал на свободный диван. - Присаживайся. Не буду интересоваться здоровьем, как вижу, ты в порядке,- процедил сквозь зубы Люциус. Грегори секунду потоптался на месте, а потом все же плюхнулся на предложенное место. - Неожиданная встреча. Я думал придет Драко. - хмыкнул Гойл. Это замечание не было удостоено внимания. Как и собственное поручение сыну разыскать Грегори Гойла. Зная компетенцию Драко, решено было самостоятельно решить возникшую проблему. Постучав палочкой по столу, он подозвал официантку. Белокурая ведьмочка в остроконечной шляпе вошла практически мгновенно. - Добрый вечер, мистер Малфой,- заискивающе кивнула девушка,- господа готовы сделать заказ? - Бренди. Грегори? – обратился к собеседнику Люциус. Тот ошалело кивнул. - То же самое. - У тебя были вопросы. – Промурлыкал Люциус, глядя на Гойла в упор и не мигая, - не стесняйся, можешь задать их не прибегая к помощи посредников. Дверь снова приоткрылась, девушка поставила на стол бутылку с янтарной жидкостью и два бокала. Малфой разлил бренди и отсалютовал Гойлу. В полном молчании. Отпив из бокала, он продолжал сверлить взглядом собеседника. Грегори сделал несколько глотков и, заметно осмелев, продолжил. - Мистер Малфой, помнится не так давно, вы были куда менее самоуверенным. Даже не так. Более жалким. Думаете с падением Лорда вам нечего бояться? - зло выплюнул Грег. - Думаю, что не так давно ты мочился мимо горшка, в том числе и на мой ковер, который стоит дороже чем все ваше семейное имущество. Включая прогоревшие котлы и эльфа.- безэмоционально прошипел Малфой. - Кто тебя подослал? Имена. Число. Координаты. Грегори скривился. - Вы не в том положении, чтобы хоть кому- то кроме Драко диктовать условия. Любой лишний шаг и вам прижмут хвост или министерские ищейки, или бывшие соратники. На что вы надеетесь? Что я испугаюсь и выложу вам все и всех? Или в бренди веритасерум? Так я тоже тогда могу спросить. Люциус усмехнулся. Одними губами. Демонстративно отпив из бокала. - Не веритасерум. И не в бренди. Напиток превосходен, хотя ты вряд ли способен оценить его. Грегори почувствовал, что становится нечем дышать. Люциус не спеша промокнул салфеткой уголки губ, и нарочито небрежно бросил эту салфетку. - Отравлен бокал.- Слишком спокойно продолжил Малфой. - В Мунго тебе не помогут. Противоядия нет в нашей стране. – полуулыбка стала похожа на оскал.- И принимается оно по схеме. Первый раз нужно выпить все до капли. Ты можешь сунуть в глотку безоар. Конечно, тебе станет легче. Но и после этого тебя мало что спасет. Через неделю состояние ухудшится. Одна за другой парализуется каждая мышца. Ты перестанешь есть, пить и дышать,- шипел Люциус,- ты же уже передавал привет Мерлину. Сара этого не переживет. Грегори хватался за горло, лихорадочно соображая, что делать. Он знал, что бывшие соратники отца не будут тратиться. Знал, что он - Грегори, для каждого из них важен, только как рычаг воздействия. Разменная монета. Даже меньше. Когда он попал в Мунго, никто его не искал и не хотел помочь. - Думай, Грегори, на чьей стороне ты хочешь воевать. И кому ты хочешь верить.- Почти по отечески промурчал Люциус и похлопал молодого слизеринца по плечу. Затем выплеснул на пол остатки бренди из бокала Гойла, и уничтожил этот бокал с помощью заклинания. Он так же медленно, словно завораживая задыхающегося Гойла, достал из внутреннего кармана фиал с зельем. – Имена? Грегори рассказал все. Малфой усмехнулся и бросил на стол противоядие и несколько монет.