Юноша с пламенным сердцем

ᅠЛето — самая яркая, самая солнечная и, разумеется, самая веселая и радостная пора для детишек. Особенно, если они проводят его с другими в летнем лагере, ведь там всегда столько всего интересного: совместные походы, спортивные соревнования, творческие конкурсы, вечера у костра и, разумеется, танцы. ᅠБеннет каждое лето уезжал в лагерь. И дело было не в том, что отцы хотели от него отдохнуть (они никогда не уставали от своего сына и вообще радовались и гордились им, находя в юнце отражения самих себя), все обстояло иначе. Его папы были прославленными искателями приключений, которые сумели внести бесценный вклад в развитие Гильдии Искателей Приключений Мондштадта, и потому в качестве благодарности им в конце весны каждый год приходила путевка в лагерь для их сына. ᅠОднако... Беннет никогда не посещал одно место дважды. Из-за своего невезения юноша нередко создавал проблемы для вожатых, администрации лагеря, да и в целом для других отдыхающих. Поэтому ему было чуждо ощущение возвращения в известное, уже исследованное ранее место. И по этой же причине ему каждый раз приходилось заводить новые знакомства, которые, вероятно, если закончится не во время отдыха, то сразу же после его окончания. Ему никогда не удавалось встретить своих новообретенных друзей за пределами лагеря. ᅠИ каждый год ему очень хотелось верить, что на этот раз что-нибудь изменится. Но его лишь неизменно ожидало разочарование. ᅠА вдруг просто... ему нужно было измениться? ᅠВоодушевленный этой идеей Беннет дал себе обещание. Этот год в лагерь был последним, следовательно, это был его последний шанс по-настоящему повеселиться, найти новых друзей и очень постараться ничего не испортить. Он обязан был оставить о себе хорошую память. Но это оказалось сложнее, чем он себе представлял: не идти на риск лишний раз, отказываться от шалостей, порой не участвовать в мероприятиях было грустно..., зато его неудача никому не вредила! Видимо, такова была цена доброго имени. ᅠВ Лагере «Золотое Яблоко» было очень необычно. Море, песок, ракушки, крабы, игры с гарпаструмами так и кричали — лето, веселье. Несмотря на частый зной, нельзя было весь день прятаться в своей хижине, к тому же, было составлено расписание, что занимало почти весь день. Но ближе к вечеру наступало свободное время, тогда все могли разбежаться, куда хотели. Кто-то уходил в небольшую библиотеку, кто-то играл в волейбол, отбивая бабах-мячи, но большая часть все же собирались в самом центре лагеря у костра.  — Ты почему не со всеми, Бенни? — раздалось откуда-то сбоку. ᅠБеннет смутился тому, что ему решили уделить внимание. К нему подошла одна из вожатых, Эмбер. Он был так увлечен наблюдением за остальными, что вовсе ее не заметил. Наверное, она хотела позвать его к остальным к костру, потому что он сидел вдали от них на небольшой лестнице, ведущей в одну из спальных хижин. Он был уверен, что так всем было лучше, да и, в конце концов, ему все было видно (почти), а еще иногда он слышал страшилки, которые одну за одной рассказывал вожатый Кэйа. Кажется, сейчас он пугал всех каким-то королем Додо. — Ну... эм... у костра жарковато, — придумывать оправдания он точно не умел, но хотя бы попытался, вдруг ему повезет и Эмбер поверит? ᅠНо, пожалуй, надеяться на удачу, не являясь любимцем Фортуны, было немного бесполезно. Эмбер, спросив разрешения, села рядом с ним. — Что-то не так, да? — осторожно спросила она, смотря на Беннета, но он лишь отвел взгляд на море, как будто бы пытаясь отвлечься на едва слышный шум волн. ᅠВожатая вздохнула и сама стала наблюдать за водной гладью. — Знаешь, я ведь не всегда была вожатой. И... не всегда улыбалась. ᅠБеннет вновь посмотрел на нее. Конечно, первую часть он не мог отрицать, но... вторую? Как же так? Эмбер была самой-самой веселой из всех вожатых, она была главным заводилой, если можно было так сказать. Вожатая Эмбер всегда помогала найти детям общий язык, никогда не устраивала скучных состязаний и знала, как не дать затухнуть веселью. Без нее в лагере было бы вообще не так, поэтому Беннету ставил ее слова под сомнение. Но в то же время... он как будто чувствовал, что она говорила правду. — Так уж вышло, что я частенько была источником проблем. Порой за это меня недолюбливали, но меня это не так волновало. Я больше переживала за то, что близкие постоянно говорили, что это все ерунда, что никакая я не проблема, мне просто было нужно это, было нужно то... Это были самые настоящие мелочи, правда. И я очень старалась их осуществлять, но у меня почти никогда не получалось. Потому однажды я пришла к выводу, что лучше я буду ничего не делать, чем снова что-то испорчу. Но, оказалось, я этим сделала хуже. И не только себе... Мои самые близкие люди начали обо мне беспокоиться. Я перестала быть собой и чуть ли не потеряла всего того, что делало меня мной. ᅠС каждым словом Беннет понимал, что его чутье его не обмануло... Вожатая Эмбер говорила правду, и та правда была так похожа на его ситуацию.  — И что ты... — он неуверенно попытался задать вопрос, но слова почему-то едва соединялись между собой. Это было странно, ведь когда-то он спокойно мог разговаривать о чем угодно. — Что ты сделала, чтобы... — Чтобы все исправить? — она улыбнулась. — Я вспомнила о том, что мне когда-то нравилось и вновь стала пытаться быть собой. Как раньше. Это было трудно и непривычно, но, поверь, это того стоило. Конечно, я не осталась точно такой же, как раньше, я повзрослела. Мне пришлось отказаться от некоторых моих не самых лучших особенностей, но благодаря этому я стала лучшей версией себя. И посмотри на меня сейчас! Я больше не боюсь быть собой, даже если иногда со мной происходят неудачи, я просто... не обращаю внимания. Ведь я не моя неудача. Я Эмбер, вожатая «Золотого Яблока»! ᅠОна вскочила и поклонилась, как будто бы заново представившись ему. Потом рассмеялась и... Беннет наконец по-настоящему улыбнулся. Его глаза снова загорелись. Эмбер была права. Он не был неудачей.  ᅠВ тот вечер Беннет пришел к остальным к костру и впервые по-настоящему услышал страшилки Кэйи. Когда он сидел рядом с рассказчиком, эти истории словно звучали по-другому... Теперь у Беннета появился страх к какому-то бродячему барду. Тот с помощью своей флейты мог призвать любого, даже самого страшного и могущественного дракона... А еще он почему-то боялся кошек и очень любил виноград, в особенности забродивший. ᅠТогда же у него появились новые друзья. Рейзор и Фишль оказались очень интересными, хотя были по-своему странными, но для Беннета это не имело значения. Ни некая нелюдимость Рейзора, ни величественная эксцентричность Фишль его не беспокоили; эти особенности, как он считал и постоянно говорил им, по-настоящему делали их самими собой, чем им стоило гордиться.   К концу смены Беннет завел очень много знакомств, наверное, не нашлось бы ни одного человека, который хотя бы не слышал о нем. В основном о Беннете отзывались тепло, изредка кто-то был недоволен мелочами, но на их ворчание остальным вовсе не было дела. Теперь юноша был точно уверен в правоте своей вожатой. Благодаря ней его последний год в лагере обернулся куда лучше, чем он планировал. Во-первых, Беннет договорился, что будет писать друзьям, когда они разъедутся. А еще он смог искренне повеселиться, обязательно участвуя в каждом конкурсе, но отныне всегда думал об осторожности. Теперь он больше не боялся быть рядом с другими. Ему больше не было страшно показывать им настоящего себя.