мультивселенная

- Мы... расстались, - голос уходит вниз, едва заметно подрагивая на последнем слове. парень достает стакан и наливает в него алкоголь. крепкий виски. он не пьет такое, он впринципе не пьет. и те действия, которые он совершают сейчас, показывают другу то, насколько сильно он огорчён. - Русик, ну ты чего? - парень подходит ближе, пытаясь забрать бутылку, пока не поздно. хватка оказывается почти бетонной, - Найдем тебе ещё девочку. Не первая и не последняя в конце концов, - губы покрывает беззаботная улыбка, но внутри все сжимается и рвется. почему так больно? почему так больно за него? - Хуйни не неси, - Руслан рывком забирает бутылку обратно в свою власть и делает глоток прямо из горла. - А ты хуйни не твори, - уже серьезнее говорит Ринат, забирая стакан и делая глоток, не столь большой, как его друг. *** бутылка постепенно пустеет. стакан давно забыт на столе и пьют прямо с горла. - Что я делал не так? - вновь в пустоту задаёт вопрос Рус, перехватывая сигарету из рук собеседника, но пока не решаясь делать затяг, - Внимание, время, забота, подарки, - зарывается свободной рукой в русые кудри, сжимая их, - Я прокаженный что-ли какой? Или порча может? Ринат усмехается, делая ещё один глоток и уже собирается отпустить очередную шутку, как замечает зажмуренные веки, ресницы на которых мелко принялись дрожать. - Эй, эй, Русик, - хлопает друга по плечу, цепляя пальцами край его лица и поворачивая на себя, - Все с тобой так. А у нее видимо беды с башкой, если она не видит этого, - поджимает губы, словно хочет сказать что-то ещё, но за место этого лишь прерывисто выдыхает. стекла за пеленой алкоголя становятся ещё серее. голубой уходит куда-то в глубину глаз, приближаясь не расширившимся зрачкам. - Как ты это делаешь? - вновь принимается Руслан, - Тебя же столько раз кидали, а ты... Неделя и новая девчонка, - на этот раз ухмылка ложится на его губы, - Я бы хотел быть тобой. он отворачивается, наконец зажимая фильтр и делая глубокую тяжку, впервые за долгое время. от никотина пелена в глазах превращается в туман. в виски отдает первой болью, коротким импульсом. музыка уходит куда-то на задний фон, постепенно затихая. и среди этого отчётливо слышится шепот. - Я бы хотел быть с тобой... вновь касание. чуть сильнее и настойчивее. горячее дыхание у самой кромки губ. по вкусу, как виски и сигареты. у него то же самое. вот только за всем этим ещё что-то. терпкая вишня и почему-то его одеколон. врятли он его пьет. фильтр обжигает пальцы и тут же летит в сторону. неловкое движение и бутылка падает на пол, громко звеня. остатки виски выливаются на пол, образуя янтарную лужицу. запах алкоголя ещё больше наполняет комнату, дурманя разум. хочется спрятаться от этого терпкого аромата, что давит на черепную коробку. хочется спрятаться в ветках вишни во время дождя. хочется простоять там до самого вечера, пока не стемнеет и ночной воздух не наполнит окраины города. *** на смятых простынях есть место лишь для двоих. две пары рук, две пары ног, два оголённых тела, два сбитых дыхания. двое, слившиеся в одно целое. зацелованные пересохшие губы попеременно хватают воздух. его кажется мало. слишком мало в этот момент. огни города и многочисленные звёзды темного небосклона не пробиваются сквозь плотные фиолетовые шторы и тонкий белый тюль, что покачивается от тихого шёпота ветра в открытую форточку. февральский воздух пропитан колкой прохладой и искрами снегопада. от него по телу разбегаются мурашки, создавая второй слой кожи. от него режет горло, от него садятся связки. от него хочется пить и дышать ещё больше. дышать.дышать.дышать. наполнять себя воздухом настолько, что больше ни на что не останется места. вдыхать его до тех пор, пока лёгкие не начнет покалывать изнутри. передавать из губ в губы, мешать с биением сердца и каждым движением. для этого воздуха слишком мало. но они готовы. готовы делить на двоих, отдавать друг-другу, даже самый последний вздох, на этих смятых простынях...