Синдром Вита

      Сегодня мне приснился очень странный сон. Казалось, что я стою на берегу моря с темноволосой незнакомкой, вокруг ни души, а порывы ветра настолько сильны, что подкашиваются колени. Атмосфера нагнетала, и даже через покровы сна начинало складываться ощущение, что это я. Настоящий я, только в другой реальности.       Я просыпаюсь синхронно с будильником и в ту же секунду чувствую панику перед первым учебным днём в университете. И ведь не сразу смог поймать мысль о том, что уже закончил учиться. Глубокий вдох облегчения, и, закрыв глаза, я падаю обратно в кучу скомканного белья. Поскорее бы отделаться от этого ощущения пудового груза на плечах и полной отвественности перед всеми, насладиться подольше свободой… утреннее блаженство в кровати и нежность пухового одеяла — вот, что мне нужно прямо сейчас. Я всю жизнь иду для кого-то, учусь быть нужным и полезным. Нравится ли мне? С одной стороны — да, с другой — хотел бы размахнуться побольше, набраться смелости и рвануть в разгар молодости. Я выбрал спокойствие и стабильность. К слову о стабильности. Время 5-21. До собеседования есть ещё пару часов. Я стараюсь максимально расслабить нервную систему и очистить мозг от лишнего мусора, вот только сегодняшний сон был слишком неординарный, правильно сказать «как наяву». Кажется, что пластинка заела, и он крутился в моем воображении всю ночь и мог бы делать это ещё очень долго; до тех пор, пока не услышит будильник. И эта женщина или, может быть, девушка? Все так размыто. Зачем я трачу время?       Ингрид: Ты уже проснулся? Смотрю на неё сквозь заспанные глаза и киваю.       Ингрид: Я сегодня на работу поеду на твоей машине? Моя в ремонте. Опять. Сил хватает лишь на осуждающее поднятие левой брови. Зачем задавать вопрос, когда сама знаешь на него ответ, Инги. Если бы была возможность забрать твои права, то будь уверена, я приложил бы все усилия для того, чтобы это случилось. Моя девушка талантлива во всём, кроме вождения. Но полностью идеальным быть невозможно.       Я: Может я тебя подвезу? Потом поеду на собеседование в больницу. Ингрид усмехнулась. По пассивно-агрессивному взгляду было понятно: она недовольна, что не заполучит машину. К моему счастью, настрой Инги был не настолько негативный, чтобы начать возмущаться, поэтому она молча дала знак согласия, а я наконец-то нашел мотивацию встать с кровати.       Ингрид: Л-ааа-рс. Забрать меня только не забудь.       Я: Конечно, милая. Как я могу?       Она улыбнулась.       Почти готов покорять сердца работодателей. Надо забить пустую голову правильными мыслями. Работа? Работа моей мечты. А точно ли моей? Нет-нет, это то, ради чего я трудился столько лет. Может я и устраиваюсь по знакомствам семьи… в любом случае данный факт не отменяет приложенные к обучению усилия. Я собираюсь стать врачом, пусть не сразу, но у меня есть потенциал, а это главное, да Доктор?       Спустя час хлопнула дверь квартиры, и спустя ещё один я стою посреди огромного белого зала, где эхом разлетаются голоса врачей, медсестёр и их пациентов. Бывал я здесь, приходилось проходить практику в этих стенах, но иной раз забегал в роли сына друга зав. больницы. Так что ловить приветственные улыбки от персонала — обычное дело.       Д. Мелендес: Ларс! Здравствуй. Мы уж заждались. Я всё про тебя рассказал доктору Андерсону, так что не нужно волноваться. В их травматологии как раз не хватает таких перспективных молодых людей. В скором времени станешь настоящим врачом, как и мечтал твой отец… ну и ты, Ларс. Сначала я дрогнул от неожиданности, но потом узнал в невысоком мужчине с золотыми часами заведующего больницей. Он всегда выделялся среди других: и внешне, и внутренне. Его семья родом из Америки, и лишь отец коренной швед. Я встречался с Брухом (сыну была отдана фамилия матери) несколько раз, когда наши семьи собирались, чтобы отметить очередной праздник. Я сразу понял, что именно этот старик передал своим детям талант к хирургии и медицине в общем. И никаких тестов не нужно, ведь такой склад ума характерен только для их рода.       Я: Рад видеть Вас, Мелендес. Натянул самую доброжелательную улыбку.       Д. Мелендес: Сколько раз тебе повторять? Можешь называть меня просто Ноа. Ну, не чужие же люди.       Я: Хорошо, Ме… эм… Ноа. Пора познакомиться с отделением?       Д. Мелендес: Да, уже давно пора, пойдём.       Доктор по-доброму посмеялся с моих попыток назвать его… Ноа. Тяжело принять тот факт, что ты называешь своего будущего начальника по имени, когда другие узнают его угрожающие шаги из тысячи. Интересно, заведующий будет отчитывать меня за каждую провинность?       Поднявшись на третий этаж, я сразу учуял ауру трагедии. Перевязанные пациенты «бегают» по кабинетам словно деревянные солдатики, переезжают на коляске друг другу здоровые ноги, а самые везучие прикованы к больничной койке. В глубине души мне хотелось управлять этим хаосом, наводить здесь свои правила и порядки.       — Доброго утра, коллега! Здравствуйте, Ларс. Я слышал много хорошего о ваших успехах в учёбе и медицинской деятельности. Меня зовут доктор Андерсон, я заведующий травматологии. Чувствуйте себя как дома, не стесняйтесь, — хриплым голосом поприветствовал нас пожилой мужчина. В его внешности не было ничего примечательного: простой старик в белом халате, с редкой, местами поседевшей бородой и опалым лицом, как положено всем людям его возраста. Однако вид Андерсона был приятен, будто излучал от себя тепло родного дома. Мне стало спокойнее.       — Здравствуйте, — немного замялся, — Рад знакомству. Андерсон кивнул Мелендесу, намекая на то, что дальше он справится сам. Тот ответил улыбкой и, пожелав мне удачи, направился в сторону лифта. Мы безмолвно стояли и ждали, пока заведующий покинет отделение, а потом спешно направились в кабинет доктора. Время в больнице пролетело незаметно. Андерсон посвятил меня во все нюансы работы, познакомил с коллективом и дал краткий обзор пациентов.       Д. Андерсон: Ну что, Ларс, завтра ждём тебя на стажировку, и если мы поладим, то будем говорить уже о дальнейшей работе в нашем отделении.       Сердце выпрыгивало из груди от предвкушения завтрашнего дня. Я был готов взять своего первого пациента, пусть и под присмотром более опытных врачей, мне хотелось побыстрее познакомиться с больным, увидеть его снимки, объяснить диагноз, используя все заумные словечки, которые только смог запомнить под конец учёбы в университете. Останавливаясь на светофорах по пути домой, я бросал руль и гордо репетировал приветствие в зеркало заднего вида. Здравствуйте! Меня зовут Ларс! Доктор Ларс Нильссон! Настолько эмоциональные роли исполнял за водительским сиденьем, что пару раз даже забылся. Вот не шёл бы в медицинский и вырос первоклассным актёром. Весь Голливуд у твоих ног. Так говорила мама, когда в младшем возрасте я организовывал сценки из «Ромео и Джульетты» на заднем дворе загородного дома. И стоял бы размахивал руками дальше, пока сзади стоящие машины агрессивно мне сигналили. Так хочется поделиться всем произошедшим за последние часы с Инги. Оу. Увлечён своим успехом так, что забыл о главном. Конечно, Ингрид. Стоит и ждёт меня на улице как минимум минут 40. Сегодня утром я чудом увернулся от ссоры, но к вечеру начал сильно сдавать позиции, такую оплошность она определенно не оставит без внимания. Больше концентрации, Ларс, не забывай, что пока ты песчинка в целой пустыне, никто имени твоего назвать не сможешь, а нарцисс уже во всю корни давать начал. Ненавистная черта характера — не замечать всех, кроме себя, а понимать это, только когда случается что-то непоправимое.       — Обижена? — мне правда жаль. — Ингрид? Идеальная укладка светлых волос превратилась в повседневный рабочий беспорядок, который она то и дело поправляла. По обычаю бросила взгляд полный ненависти, но не стала сопротивляться и залезла в машину. Ингрид даже глаза в мою сторону не покосила, потому что сразу занялась более важными делами: открыла фиолетово-чёрный чемодан, взяла зеркало, пару косметичек, какие-то хирургические инструменты, (клянусь, я впервые вижу эти приспособления в руках человека) и начала возвращать своё лицо к жизни. Так она шутила. Но мнения расходятся: Ингрид красива в любой ситуации. Даже если по Земле пройдёт шторм, а потом всё зальёт цунами, моя девушка будет выглядеть словно лицо главного журнала красоты. Она прервала:       — Скажу только одно! Кому-то пора поискать в себе недостатки, иначе этот кто-то останется один до самой старости. И никакая Ингрид не прибежит, пока он будет таким слепым эгоистом.       Начала с козырей, предсказуемо, но всё равно неприятно.       — Эй, задержался в больнице. Предлагаю сейчас поехать домой и заказать твою любимую пасту со шпинатом, а потом посмотреть то, что выберешь ты. И даю слово, что буду молчать весь вечер и повиноваться, — я улыбнулся краешками губ. Вижу удовольствие в этих голубых глазах.       — Прислушайся к тому, что я сказала. Серьезно.       Возможно Ингрид права.       Весь оставшийся день прошёл как по шаблону. Никаких посиделок за фильмом так и не случилось, потому что гордость Инги выше её желаний. Пытается достучаться до меня, показывая свою независимость, но наигранность заканчивается, когда дома становится слишком тихо. Никто не просит прощения, ситуация просто заминается, прямо как в детстве после ссоры с мамой. Я привык молчать. Наверное, держусь неправильной позиции, потому что никогда не могу сказать чёртово «прости». И не могу описать словами причину этой глупости, но когда я смотрю на Ингрид, то напросто не чувствую вины. Всё. Пора спать. Чем раньше лягу, тем быстрее наступит завтрашний день.       Землю снова окутал плотный туман. Этот сон преследовал мои ночные кошмары.