* * *
16 сентября 2021 г., 12:41
— Э-р-р-ви-и-и-ин.
Командор поднял утомлённый взгляд на темноволосую голову, лежащую на его столешнице. Было три часа ночи, и Леви уже давно висел на соседнем стуле, навалившись грудью на стол и сонно расползшись по нему. Работать не работал, зато постоянно отвлекал — то колёсико масляной лампы крутит со скуки, то начнёт возить чернильницей по столу туда-сюда.
— Ну что тебе, Леви?
— Иди спа-ать, — глухо отозвался Леви, полусонно глядя из-под смежающихся век. — Я обещал, что тебя сегодня уложу. Иди спать, командор.
— Я ещё не закончил, — в тысячный раз за ночь повторил Эрвин. — Дай ещё полчасика.
— У тебя утром визит к… — Леви вяло приподнял голову; взгляд у него был, как у неадекватного титана, а язык еле шевелился во рту. — К кому-то визит. Ты должен быть в форме. Потому что если ты будешь без формы — ты будешь голый… Хм.
Видимо, мысль о голом Эрвине иголкой вонзилась в его мозг, заставив проснуться и взбодриться. Леви заскользил локтями по столу, пытаясь выпрямиться, оперся ладонями о поверхность и сел, как положено.
— Что я несу? — совершенно трезво и сухо вопросил он сам у себя, тряхнул головой и снова уставился на командора. — Так, хватит уже. Бросай свои бесконечные бумажки. Встал, зубки почистил — и в кроватку.
Эрвин хмыкнул, забавляясь его резкому перепаду от пьяной сонливости к сухой строгости.
— Только если ты пойдешь со мной, — предложил он, откладывая перьевую ручку на изящную бронзовую подставку.
— Не пойду, — упрямо заявил Леви. Он и действительно взбодрился, глядел серьёзно и непреклонно. — Спать тебе надо, говорю. Спать. Врубаешься в слово? Оно означает «лежать всю ночь неподвижно с закрытыми глазами в бессознательном состоянии», а не «тискать меня до рассвета». У тебя дел завтра невпроворот. К Закклаю ты тоже поедешь с этими здоровенными мешками под глазами, или они у тебя отстёгиваются? Выглядишь, как ходячий трупешник. Тебя скоро разведчики будут бояться больше, чем меня.
— Завидно? — Эрвин издевательски приподнял бровь.
— Кому, тебе? — Леви надменно фыркнул. — Шутишь? Ты — последний, кому я стал бы завидовать. Посылать людей на смерть и тащить на себе ответственность за все их жизни… А ещё с твоей тушей на УПМ не повертишься, небось, колбаса перевешивает.
— Капитан, соблюдайте субординацию.
— Это как понимать? — ещё больше оживился Леви. — Я в точку попал? Перевешивает? На меня небось пялишься, извращенец, вот и встаёт.
— Твоя вина, — спокойно ответил Эрвин. — Ты бы себя видел в бою. Чистый секс.
— Ммм, — Леви с крайне довольным видом откинулся на спинку стула. — Рад, что нравится. Стараюсь. А теперь иди спать.
— Без тебя — не пойду.
Леви вздохнул. Опасно сощурив глаза, медленно и демонстративно принялся засучивать рукава.
— Значит, придётся тебя вырубить и тащить в комнату… Я надеялся, что до этого не дойдёт, — с притворным сожалением произнёс он.
Эрвин, чувствуя, что они оба уже не настроены спать, подхватил игру, выпрямился на стуле, расправил плечи и приложил руку к груди. Заговорил эпичным тоном, словно произнося речь перед строем, вдохновляя их на бой:
— Леви. Подумай — что, если в следующей экспедиции я погибну? Если не вернусь за стены, или вернутся лишь мои ошмётки в окровавленном мешке. Я никогда больше не обниму тебя, не прижму к себе, не вдавлю в подушки… Ты будешь жалеть о том, что отказал мне этой ночью.
Леви перестал закатывать рукава и склонился над столом, опираясь на локоть.
— Манипулятор, — шепнул он. — На жалость взять пытаешься?
— Нет, просто пытаюсь взять, — невозмутимо откликнулся Эрвин.
Леви вскинул тонкие брови в напускном удивлении, будто бы шокированный такой беспардонностью.
— Наглая ты харя, Смит, — прокомментировал он и милостиво добавил, подумав немного: — Ладно, пошли, но только быстро. А потом ты будешь спать. Поклянись!
— Да брось ты, — Эрвин развёл руками.
— Сердцем поклянись! — настаивал Леви. — И чур пальцы за спиной не скрещивать!
— Перестань, я уже не хочу спать.
— В этом и проблема, — Леви закатил глаза, но всё равно поднял руки, ослабляя шейный платок. — Ладно, пошли уже, пока я не передумал.
