Желание

Два брата прогуливались по Водопадью. Оба скелеты, на одном шарфик ярко-оранжевого цвета, на другом голубая толстовка. Скелет в голубом - Санс - держит за руку младшего брата, что чуть ниже него - Папируса. — Санс, — протянул младший, — а что это за цветок? — он остановился и указал на ярко-голубой цветок, что был парадоксально большим, по-сравнению с чёрно-голубой травой Водопадья. Пока Санс формулировал мысль, растение странным и тихим, будто бы из далека доносящимся голосом, повторило вопрос Папса. Скелетик взвизгнул: — А-а-а!! Оно разговаривает?! — Хех, — Санс присел на корточки рядом с братом, — это Эхо-Цветок. Он повторяет последнее, что услышал раз за разом. Вот, смотри, — Санс чуть ближе наклонился к цветку и сказал: — почему привидения любят кататься на лифте? — мельком глянул на Папируса, подмигнул ему и продолжил, — потому что это поднимает им дух! Цветок стал повторять каламбур скелета. Загадочным, тихим, совсем не похожим на оригинал, голосом. — О!! Мой!! Бог!! Санс!!! — затопал ножкой Папирус. — Да брось, ты же улыбаешься, — констатировал факт шутник. — Да! И меня это бесит!! — надул щеки младший. — Меня все бесит!! — Не бесись, — спокойно ответил Санс. От возмущения Папирус чуть не задохнулся, он открывал и закрывал рот, словно рыба в воде, но ничего сказать так и не мог. — Пошли дальше? — Санс предложил брату руку. — Угу, — ответил Скелетик, взяв старшего за руку. По пути им встречались до мозга костей красивые места. Водопадье — действительно удивительное место. Тут не холодно, не жарко, трава под ногами ласкает слух приятным шуршанием, а маленькие мостики, соединяющие берега, завораживают одним своим видом. На воде показываются кувшинки, торчат, чуть покачиваясь, камыши, грибы наполняют всю локацию мягким белым светом... Описывать красоту Водопадья можно очень долго. Прогуливаясь по этому удивительному месту, разговор скеле-братьев перерос в нечто более глубокое, чем обычная детская болтовня. — Так что, у тебя нет никаких желаний для исполнения? — спросил Санс брата, проходя мимо очередного Эхо-цветка. —... хм, только одно, но.. — Папс замялся. — Оно немного глупое. — Не говори так! Давай, обещаю, что не буду смеяться, — проговорил Санс. Папирус помотал головой из стороны в сторону, как бы говоря: «не скажу». — Хм, как хочешь, — пожал плечами старший. Какое-то время братья шли в молчании, просто наслаждаясь красотой Водопадья и компанией друг друга. Все это время Папс выглядел каким-то озабоченым, что ли?.. —..... хм, — протянул он, разглядывая Эхо-Цветок, — если я назову своё желание, ты обещаешь, что не будешь смеяться надо мной? — Конечно же, я не буду смеяться! — сказал Санс, решив не упоминать, что он уже это говорил. — Однажды я хочу залезть на гору, под которой мы погребены, — начал младший, — Стоять под небом, смотреть на мир вокруг.... Таково моё желание, — Папирус перевёл серьёзный взгляд на брата. Последний не выдержал и засмеялся. —.....эй, а как же обещание не смеяться? — спросил слегка растроенный Папс, подумавший, что его опять приняли за наивного дурачка. — Прости, просто это забавно... — сказал Санс, успокоевшись. Он отвёл взгляд в сторону, на табличку с каким-то то-ли пророчеством, то-ли чем то ещё. Такие есть по всему подземелью, они, словно обрывки чьих-то мыслей, записаны в совершенно разных местах, редко встретишь что-то связное в одном месте. — У меня такое же желание.