Самоубийство.

Красная кровь или помада - не поймёшь. Иронично или нет, но они имели одинаковый оттенок. Отличались они только тем, что кровь - жидкая и горячая, а помада - холодная и, по ощущениям, как восковой мелок. Но объединяло их то, что ими обоими можно рисовать. Шаркая подошвой тяжёлых сапог по поверхности, словно из - за этой обуви ноги стали неподъёмны, Дипломатор плёлся по ночным улицам, проходя мимо мусора, граффити и разбитых стен. Последние два дня можно было сравнить с тем, когда телефон долгое время не заряжают, и у него кончаются силы - именно так Дипломатор мог описать своё состояние. И оппозиционер мог поклясться, что, будь в это время митинг, он даже не пытался бы контролировать ситуацию, и с убитым бесчувствием смотрел бы на злость людей, и на то, как они уничтожают себя. Словил бы пулю - не страшно. Забили - пусть. Всё равно народный защитник был уже убит. Но что же было до этих "двух дней"? Там была смерть. Именно смерть, случайность, а не самоубийство, как говорит полиция. Но в тот вечер погиб и Дипломатор, и сейчас делал всё это не потому что хотел, а потому что должен был. Огня больше не было, он погас. А пламя или оппозиционер - неясно. Но раз всё погасло, есть ли смысл тащить эту оболочку? Дипломатор сам не понял, как оказался на крыше, на самом её краю, смотря вниз. Низ, в пустой ночи, был похож на темноту, в которую нужно было только шагнуть и раствориться там. Повернув голову, молодой человек увидел на бетонной поверхности осколки, в которых отражался он сам. Или это треснула маска? Рука потянулась к лицу. Нет, она влажная. И оставила на пальцах красные следы. Жёлтые глаза снова смотрели в тьму, и их владелец позволял ей поглотить себя. Шаг, ещё один... Студенты ходили по коридорам университета, и каждый обсуждал своё: в компании или по телефону. Разговаривал и Антон Звёздочкин, но чисто по рабочим делам. Иногда молодому человеку казалось, что его разорвут одногруппники и студенты, которым всегда что - то требовалось от него. И одна из тем для разговор была о неком оппозиционере, который пропал без следа полгода назад. Неладное заподозрили на одном из митингов, считали, что его поймала полиция и посадила за решётку, но эту мысль быстро отбросили, потому что газеты не упустили бы возможности протрубить на всю Москву о личности героя. И скоро народу стало ясно: он просто ушёл. Как относился Антон Эдуардович ко всей этой ситуации? Безусловно, он слышал об этом митингующим, и чем он занимался, но в это дело не лез - не до этого Звёздочкину было. Он видел плакаты, которые стали развешивать в университете и в общежитие, но не трогал их, потому что ему это было не интересно. Или потому что огонь внутри был ещё жив.