Кровавое зеркало

—Закрой глаза, — тихий шелест голоса, и Гарри покорно подчиняется. Прохладная рука скользит по груди, замирая в районе сердца, а кончики чужих волос щекочат кожу. Как он оказался в таком положении? Гарри не помнил, на самом деле последнее, что всплывало у него в памяти — это лежащий на земле, умирающий от магического истощения Малфой. Даже тогда его глаза подозрительно светились во мгле, но Поттер никогда не думал, что у этого есть такая причина. —Не двигайся, — шепот касается уха, когда Гарри вздрагивает и пытается интуитивно отстранится от опасности. — Я не сделаю того, что будет угрожать твоей жизни... Против воли Малфоя, Гарри всё же отстраняется и открывает глаза, что вынуждает Малфоя мгновенно отступить, практически к двери, чтобы быть готовым в любой момент сбежать. —Как долго? — щурится Гарри, подбирая рубашки с пола. — Я дал тебе времени достаточно, но ты так и не дал ответ. Малфой затравленно и как-то хищно усмехнулся, повернувшись к двери боком. Он чувствовал магию, исходящую от Поттера, и она ему не нравилась. Не этого он желал, придя сюда. Не то чтобы он сам понимал точную причину своих действий. Это была вынужденая мера, сама магия толкала его к Поттеру, иначе он мог запросто лишиться своей жизни. —Если бы ты и правда хотел узнать, засунул бы меня в клетку, разве нет? — с сомнением спросил Малфой, следя за тем, как Поттер накидывает рубашку, сорванную им в порыве нужды. —Верно, — легко соглашается Гарри, — но я не желаю воевать с тобой и создавать себе лишнюю работу. —Тогда лучше бы тебе было убить меня тогда, — скрипит зубами Малфой. —Я всё ещё могу тебя убить, — шипит Гарри, когда рубашка задевает следы на спине. — Но ты ещё жив. Твоё время ещё не вышло, так же, как и его. Малфой распахивает в ужасе глаза и отступает к двери. —Ты с ним... Вы встречались? — Глаза Малфоя наливаются кровью. Магия искрит в воздухе. —Да, — не отрицает Гарри. — Он ищет тебя. Глава Аврората, который держит под контролем Министерство Магии имеет полное право делать в Англии, что ему заблагорассудится. Найти того, кого заблагорасудится. Поттер никогда не забудет человека, что позволил себе насмехаться над ним и недооценивать. Но игра стоила свеч, а затравленный взгляд Малфоя это полностью подтверждал. Поиграем, котенок? —Ты урод, — сжимает челюсти Малфой и рвется в сторону двери, но Гарри одним взмахом руки запечатывает все выходы из помещения, обрубая попытки к бегству. —Он не знает, что ты приходишь ко мне, — Гарри садится на диван, закинув ногу на ногу, палочка мягко перекатывается в ладонь. Он указывает ей на вздрогнувшего Малфоя и кивает на кресло напротив. — Садись. И не выказывай свой характер, ты всё ещё не напитался магией. Малфой раздраженно и яростно смотрит на Поттера, но выполняет приказ. —Собираешься меня сдать? — в его голосе неподдельное волнение, но страха почему-то нет. —Ты слишком ценный экземпляр, чтобы терять тебя, — нагло лжёт Гарри, впиваясь в Малфоя выпытывающим взглядом, но тот не двигается. —Не думай, что я дам ставить на мне эксперименты, — Малфой говорит это, зная, что ничего не сможет противопоставить силе Поттера, кроме своей жизни, разумеется. —Ты не умрешь, я даю слово, — между прочим успокаивает Гарри, кладя палочку на диван и поднимаясь. Малфой напрягается, но внимательно следит за действиями Поттера. — Бери от меня, что желаешь, я потерплю. Малфой сглатывает вязкую слюну и хватает Поттера за мантию, в мгновение ока роняя на пол. Он садится на его бедра, удерживая руки над головой. Власть, вот что он чувствует в эту секунду, мнимую власть, которую Поттер позволяет ему чувствовать, имея всю силу мира в своих проклятых руках. Наклонившись, Малфой впивается зубами в шею, совершенно не жалея, прокусывая кожу до крови. Поттер крупно вздрагивает под ним и шипит, но не пытается сопротивляться. Они оба в эту минуту сошедшие с ума маги, проклятые в свои юные годы, и сейчас отдавшиеся в руки своим проклятиям, темным личинам, что живут в них со времен чертовой Магической войны. —Передумал? — усмехается Гарри, поворачивая голову. Малфой, пристастившись к вкусу кожи, крови, магии, увлекается и не замечает, как замирает. —А ты? Не боишься, что я зайду дальше? — приподнявшись, нависая над Поттером, спрашивает он. Гарри смотрит твердо и с насмешкой, на его шее кровь, но он будто не замечает боли. —У тебя духу не хватит на это, — улыбается Гарри. — Но если ты хочешь этого, — ещё шире улыбается Гарри и резко их переворачивает, выбивая весь воздух из груди Малфоя. — Я могу преподать тебе урок. —Умри, чертов псих, — Драко чувствует привкус крови во рту и его тело наливается наслаждением, но он не намерен заходить так далеко. —Боишься, что проклятие не позволит потерять меня? — издевается Поттер. Ему нравится видеть отчаяние в глазах напротив. Он получает садисткое удовольствие, представляя как Малфой будет переносить фазы, будучи связанным с ним. Его сила сможет спасти его рассудок и тело, Поттер вполне может прямо сейчас разбить оковы, наложенные другим магом, но разве это будет весело? Смотреть на страдания Малфоя — вот чего он желает больше всего в этой жизни. Эта месть, что жгла ему душу все эти семь лет после окончания школы, нашла выход. —Больной ублюдок, — выплюнул Драко, — тебя убьёт собственная магия, я ни разу не светлый маг! Поттер выгибает бровь, и Малфой скрипит зубами снова. Он сказал лишнего. —Я никогда не цеплялся за жизнь, ты должен был догадаться об этом, когда я позволил тебе использовать мою магию, — Гарри вдруг улыбается, вспоминая два года взаперти. Он отбросил всех друзей, чтобы не покалечить их, наверное, Гермиона всё ещё ищет способ спасти его, но прошло слишком много времени и Поттеру стало плевать. Умрет? Да хоть сейчас, ему все равно не дано было вдохнуть воздух свободной и счастливой жизни. Сначала Воландеморт, а теперь наследие, что он получил в месть за то, что убил его. Даже после своей кончины красноглазый ублюдок сумел испортить ему жизнь так, что сама мысль о продолжении собственной жизни приводила Поттера в отчаяние. Малфой расслабляется и закрывает глаза, приводя Гарри в ступор. —Наклонись, — шепчет он, и Гарри знает, что сейчас произойдёт. Он наклоняется и Малфой рвется из рук, яростно прижимаясь своими губами к его. Нет ничего более ужасающего, чем связанные проклятием маги, чьи жизни находятся на грани. В подобном союзе нет ничего светлого и обнадеживающего, лишь страдания и боль. —Я предам тебя, — обещает Малфой. —У меня условие, — хмыкает Гарри. Малфой выгибает бровь. Гарри отпускает его и прижимается к губам, ловя рваный вдох. — Я умру от твоих рук. —Это я могу устроить.