In aeternum

Сейя в очередной раз возвел глаза к потолку своего кабинета. Сидя в кожаном рабочем кресле, он попытался отвертеться от предложения, произнесенного по телефону: — Нет, мам, я не смогу сегодня сопровождать… как ее там? Юкико? Да, вот эту твою знакомую девушку. Я целую ночь сидел над важным контрактом, а потом целый же день вел переговоры о его заключении. Собеседница ответила, смешивая гневные нотки и сочувственные. — Да, хорошо. Я сейчас решу один вопрос, потом ненадолго зайду к Тайки и отправлюсь домой отсыпаться. Прости, я очень устал за последнее время. Спасибо, мам, увидимся. Целую. Парень выдохнул и повесил трубку. Сегодняшнее сражение за ним. Вот уже пару лет неугомонная мама пытается подсунуть ему разных девушек для знакомства под просто невообразимыми предлогами. Как будто ему это интересно! Сейя про себя стал называть такие акции от родительницы «подкат шарика», так как все девушки, навязываемые родительницей, напоминали ему ёлочные шары — красивые и… абсолютно пустые. Мишура, на которую он не хотел тратить свое время. После смерти отца Маюми, или миссис Коу, решила принимать в личных делах трех сыновей живейшее участие. Может, потому что боялась не дождаться внуков как муж? Тем не менее пока повезло лишь Тайки. Старший брат счастливо женился на детском дантисте — скромной красавице Ами Мизуно. Ятен, средний, периодически успокаивал бдительность матери, знакомя с девушками, с которыми встречался месяц или больше. А Сейя, самый младший, вот уже несколько лет вызывал у матери беспокойство. Будучи главным в их немаленькой корпорации, созданной тремя братьями с нуля, Сейя в свои двадцать семь обладал массой завидных качеств для любого молодого человека — красотой, статью, харизмой, деловой хваткой и богатством. Единственным, чего ему не хватало, было достаточное количество времени. А еще, по мнению мамы, любящей второй половины. И приобрести которую желания не изъявлял. В юности ему льстило внимание девушек. Возмужав, приобретя светский лоск, завоевав место под солнцем в бизнесе, Сейя полностью окунулся в развитие их совместного с братьями детища — музыкальной корпорации «Три звезды». Они занимались всем — от продюсирования артистов, написания музыки, песен, аранжировок до выпуска музыкального софта и оборудования. И во всем этом крайне преуспели. Последние несколько лет парень работал как одержимый. Немалый вклад в такую ситуацию внесла смерть отца четыре года назад. Труд был хорошим способом уйти от переживаний. Мать занялась семейным строительным бизнесом, заменив на посту главы фирмы покойного отца. А братья строили свой собственный, полностью связанный с музыкой. И, будь он трижды проклят, им это удавалось! Сейя вспомнил попытки матери устроить его личную жизнь и печально улыбнулся. Это выглядело скорее смешно, даже печально. Все мамины кандидатки вызывали у него стойкое отторжение к ним в частности и, наверное, уже ко всему женскому роду в целом. Да красивые, да изысканные. Но эгоцентричные, поверхностные и корыстные. Сейя уже сбился со счета сколько раз новое знакомство с девушкой каждый раз выливалось в намеки или даже прямые требования поспособствовать карьере, познакомить с нужными людьми или «замолвить словечко». Возможно, это его плата за нахождение среди сильных мира сего. Чтобы девушке был интересен он сам, его внутренний мир, увлечения, чувства — наверное, это уже слишком призрачная мечта. Хотя в последнее время даже подумать об этом не хватало времени, не говоря о том, чтобы тратить его на сожаления. Наклонившись к интеркому, Сейя нажал кнопку вызова секретаря и уверенным голосом отрывисто сказал: — Момоко, вызовите ко мне миссис Аманогаву. Из динамика раздался ответ: — Она уже ожидает в приемной. Пригласить? — Конечно, — ответил Сейя, поправляя челку и склоняясь над бумагами на столе. Дверь кабинета отворилась, пропуская невысокую коренастую шатенку средних лет в бежевом костюме строгого покроя. Пройдя к боссу, она склонила голову в полупоклоне и почтительно поздоровалась: — Добрый вечер, мистер Коу. Вы хотели меня видеть? Сейя бросил на нее взгляд и жестом пригласил сесть на один из двух стульев перед его рабочим столом, чем женщина и воспользовалась, удобно устраиваясь и ожидая вопросов. Начальник ее в этом не разочаровал, сразу же перейдя к делу: — Ватару, не буду ходить вокруг да около. Вы сегодня должны были подписать контракт с той девушкой — юным дарованием, пишущим стихи. Хотел из первых рук узнать как все прошло. Откашлявшись, женщина кивнула и ответила: — Эта девушка, мисс… Цукино, два часа как уехала из нашего офиса. Все прошло как нельзя лучше! Мы подписали все необходимые бумаги, и к работе она приступит через четыре дня, в понедельник. Работать будет удаленно, присылая материалы непосредственно господину Ятену. Если что-то будет не так, она готова приезжать для личных консультаций. Это ее первый опыт подобного рода, так что условия ставили мы. И она со всем согласилась. Сейя оторвался от бумаг и внимательно посмотрел на собеседницу. — И как она вам? Женщина сложила руки домиком на коленях и слегка замялась: — Симпатичная, милая блондинка. Даже не выглядит на свои двадцать один… — Я не об этом. Как она вам как человек? — перебил Сейя. Ватару усмехнулась: — Мне показалось, что у нее тряслись коленки на протяжении всей встречи. По сути вчерашняя студентка, она явно не ожидала, что ее пригласят на работу в такое престижное место. Робела, нервничала, но держалась молодцом. Я думаю мы сорвали куш, подсуетившись с этой девочкой. Если не будем давить — тексты мировых хитов она нам обеспечит. Нужно только сказать господину Ятену быть с ней помягче. — Брата я беру на себя. Он у нас пишет гениальную музыку. Если эта новенькая напишет такие же гениальные тексты к ней — мы упрочим свое положение на вершине не только музыкального мира Японии, но и вообще мирового. — Не сомневаюсь в успехе нашей затеи. — ответила женщина. — Спасибо, миссис Аманогава. Можете идти, вас более не задерживаю. — Сейя вновь вернулся к бумагам, а его собеседница, попрощавшись, покинула помещение, плотно прикрыв за собой дверь. Разбор бумаг занял у Сейи лишние полчаса. Поднявшись, он окинул уставшим взглядом просторный кабинет в минималистическом стиле с потрясающим видом на Токио, подхватил папку с рабочими документами, сунув в карманы ключи от машины и телефон, направился к выходу. Проходя бодрым шагом мимо стола секретарши, он мимолетом бросил: — Момоко, отмените все завтрашние встречи вплоть до трех часов. И не беспокойте меня, только если дело уж совсем срочное. Секретарша — симпатичная брюнетка в очках — подняла глаза от рабочего ноутбука и вороха бумаг: — Будет сделано, мистер Коу. Хорошего вечера. Сейя кивнул и направился к лифту, чтобы спуститься на несколько этажей ниже, в царство разработок — вотчину Тайки Коу. Тайки потер переносицу — этот кусок кода вот уже полчаса не сходился ни в какую. А программу он хотел закончить до конца рабочего дня. Внутренний перфекционист не даст ему нормально чувствовать себя до завтрашнего утра, отвлекая от всего. Ну, кроме любимой жены, пожалуй. Тайки мечтательно улыбнулся, вспомнив ее красивое лицо в обрамлении голубых волос. Из размышлений его вывел двукратный стук в дверь: — Не помешаю? — в приоткрытом проеме появилась черноволосая голова младшего брата. — Сейя! Заходи, конечно. Как дела с последним контрактом? — Я за последнюю неделю превратился в настоящее привидение. Прошлую ночь даже не ложился… Но… теперь мы продюсируем новый альбом той восходящей на пик популярности группы! — бросив на соседний стул свой кейс, Сейя завел руки за голову и прислонился к стене около двери, победно улыбаясь. — Ты молодец! Ятен уже в курсе? — Да, я позвонил ему час назад и оставил сообщение. Заходить не стал. Ты же знаешь, когда он творит — лучше его не трогать. Ждем новый музыкальный хит от нашего гения. — И новую программу от «бесполезного» меня — усмехнулся Тайки. — Знаешь, все-таки здорово, что наше детское увлечение музыкой стало делом всей жизни. И что мы вместе над этим работаем. Жаль только ты больше не поешь. — Ну кто-то же должен заниматься организационной работой и держать все под контролем. — вымученно улыбнулся Сейя и продолжил откровенничать — Я не жалею, что бросил выступать. Просто не возникает желания. Не брал в руки гитару уже лет пять, а за рояль не садился около двух. Для музыки нужно соответствующее состояние души. Видимо, я растерял творческое начало… — Ну что ты! — сразу же возразил Тайки. — Один раз певец — навсегда певец. Ты слишком много работаешь — вон какой вид усталый. Поезжай домой, отоспись. Может устроим семейный ужин на следующих выходных? — Хорошая идея. Вы с Ами организуете? А на счет усталости ты абсолютно прав. Сил нет уже никаких, сегодня только четверг, а я уже на пределе. Вот, отменил на завтрашнее утро все, чтобы выспаться. А в пятницу отключу все телефоны, зашвырну подальше ноутбук и до понедельника не хочу видеть ни одну рожу. Кроме, пожалуй, доставщика еды. — ответил брюнет, протягивая руку к портфелю. — Конечно, брат. Я сообщу подробности. — сразу же заверил Тайки, склоняясь над клавиатурой и быстро стуча клавишами. Наконец-то нашел загвоздку! Сейя сжал плечо брата и бросил, поворачивая дверную ручку: — Бывай, старший, я прямиком домой. Ами привет. Тайки что-то промычал, уже полностью уйдя в работу и улыбаясь, что вопрос решился. Часы в углу рабочего монитора показывали без двадцати пять. --- — Ты просто молодец, Усаги! Я верила, что у тебя все получится. — хвалила подругу блондинка, бодро перемещаясь по своей кухне, пока собеседница восседала на высоком стуле за барной стойкой, попивая сок. — Минако, я так нервничала! Работать с «Тремя звездами» — это же даже больше, чем я могла когда-либо мечтать! Когда они написали мне на счет стихов, выложенных на публичном сайте, я сперва подумала, что меня разыграли. — тараторила вторая блондинка, подперев кулачками подбородок и наблюдая, как Минако суетится с праздничным ужином, которым они решили отметить сегодняшний успех Усаги. — Теперь я стану популярным сонграйтером, заработаю миллионы и куплю тебе собственный ресторан! А потом буду приходить туда и есть приготовленные тобой вкусности каждый день! Минако засмеялась, глядя на миниатюрную подругу: — Растолстеешь же! К тому же я еще не настолько опытная в кулинарных делах. Всего лишь су-шеф ресторанчика европейской кухни. Мне еще практиковаться и практиковаться… — Ерунда! — безапелляционно заявила Уса. — Все, что ты готовишь — объедение! Вот же мне повезло с лучшей подругой… Тираду перебил звук входящего сообщения, и, отставив сок, девушка потянулась к телефону. Прочитав текст, она вздохнула и отложила гаджет. От внимания Минако эта сцена не укрылась — в последнее время она часто наблюдала подобное. — Снова Мамору надоедает? — сочувственно спросила Мина, не отрываясь от готовки. Усаги опустила плечи. — Я же тебе рассказывала, что месяц назад он заявился ко мне в квартиру, мол, познакомиться с соседями. Его удивление тем, что мы живем на одном этаже оказалось настолько наигранным, что даже я не поверила. Думаю, он специально снял квартиру в моем доме. И чего он не уймется? Я сразу же дала ему понять, что он меня не интересует и за полтора года ничего не поменялось. Проблемой Усаги стал их бывший университетский одногруппник Мамору Джиба. Полтора года назад Усаги вернулась в Японию после того, как в шестнадцать лет уехала с родителями жить в США. Поступив на последний курс университета, где училась ее подруга детства Минако Айно, девушку ждала пресловутая ложка дегтя в бочке меда — молодой человек, оказывавший ей всевозможные знаки внимания весь учебный год. Никакие заверения, что он не в ее вкусе, не действовали. Закончив учебу, Усаги выдохнула с облегчением, полагая что на этом их пути разойдутся. Каково же было ее удивление, когда месяц назад, открыв дверь собственной квартиры, она увидела на пороге ненавистного Джибу. Тот с невинной рожей рассказывал, что два дня как переехал, и теперь знакомится с соседями. Худшего трудно было ожидать… Невеселые раздумья прервал голос Минако:  — Может это и правда случайность? Хотя, зная Мамору… Ладно, не будем о грустном. Ты уже сообщила родителям такую важную новость о трудоустройстве? Усаги шумно втянула в себя напиток через трубочку. — Мина ты что, забыла? Родители укатили в очередную экспедицию. В следующий раз поговорим через полгода. Минако хлопнула себя по лбу чистой стороной руки, продолжая разделывать рыбу. — Совсем из головы вылетело! Слушай, Уса, ты за ними не скучаешь? Они ведь с самого детства мотаются по этим командировкам. — Да как тебе сказать… Другой жизни я и не помню… В детстве, когда Икуко и Кенджи уезжали в очередную экспедицию, я оставалась с бабушкой и дедушкой. Сейчас их не стало, я выросла, и понимаю важность работы родителей намного больше, чем в детстве. Тогда я с нетерпением ждала захватывающих рассказов об очередном племени, новых фотографий — размытых, конечно, и возможности услышать волнующие детали жизни совершенно далеких от цивилизации людей. Сейчас мне все также интересна их работа. Она позволяет всему цивилизованному миру прикоснуться к неизведанной части Амазонии. Я не жалею, что выросла в семье исследователей. Думаю, расти у четы менеджеров или инженеров было бы намного скучнее. Родители Усаги — ученые, всю сознательную жизнь посвятившие изучению затерянных племен в бассейне реки Амазонки. Обычно эти самоотверженные люди отправлялись в экспедицию вдвоем, вооружившись блокнотами и карандашами, маленькой аптечкой и замаскированными микрокамерами, работающими на солнечных батареях. Около полугода они собирали материалы, непосредственно проживая среди людей, не знающих никаких материальных благ. Изучая их культуру, язык, домашний уклад и особенности традиций. Потом около года уходило на обработку собранной информации, написание научных работ, статей, интервью научным журналам и подготовку следующей экспедиции. Так маленькая Уса и росла — от приезда до приезда родных людей. Недостатка в любви она никогда не испытывала — все время, что родители проводили дома, они души не чаяли в девочке. Да и бабушки и дедушки у нее были замечательные. — Ну что я за балда! — Усаги аж подскочила на стуле, услышав восклицание подруги из-за открытой двери холодильника. — Что случилось, Мина? — полюбопытствовала девушка. Минако закрыла холодильник и расстроенно уставилась на Усу. — Забыла! Оказалось, что мне не хватает ингредиентов на твое любимое блюдо… Черт, как я могла так сглупить? Что же делать… Усаги взвилась со стула и решительно заявила: — Если нам чего-то не хватает, я с удовольствием сбегаю в магазин! — и потянулась за сумочкой, доставая оттуда маленький блокнот и ручку. — Давай, диктуй. Вздохнув, Минако принялась перечислять: — Брокколи, пармезан, сливки… не слишком жирные бери. Авокадо… и возьми еще бутылочку Kishu Umeshu, а то полусладкое у меня как раз закончилось. Вроде все… — Записала! — Усаги отбросила ручку, засунула в карман список, схватила телефон и побежала обуваться. — Сумку возьми! — донесся из кухни голос Минако. — Да ладно, наличных у меня в карманах достаточно, пакет куплю в супермаркете. Да и идти туда всего полтора квартала. Прогуляюсь налегке. Если что-то забыла — звони! И дверь за мной закрой! — Усаги выпрямилась, зашнуровав кеды, поправив джинсы, помахала телефоном выглянувшей подруге и скрылась за дверью. — Вот упертая! — беззлобно проворчала Минако, закрывая входную дверь, возвращаясь к готовке и машинально отмечая, что через десять минут — в пять пятнадцать надо перевернуть рыбу.