Мой фотограф

Мы стояли на крыше и болтали. На небе были видны самые яркие и большие звёзды, которые смогли пробиться сквозь заслон от ярких фонарей города. На небольшом столике в углу стояла бутылка с красным вином и включенная лампа. От неё исходил тухлый жёлтый свет, который едва ли освещал какой-то куст, росший в большом горшке, и ту самую бутылку, которую Тэхён оставлял в этой квартире «на потом». Стульев или другой мебели здесь почти не стояло, поэтому мы облокотились на перегородку у края крыши. Ветер легко щекотал голую кожу, но мне было совсем не холодно, наоборот. Я хотела остыть, но уши всё равно предательски горели. Он явно здесь часто бывал, потому что бокалы были чистыми, а бутылка была не одна в коллекции. Я могла видеть небоскрёбы, сверкающие вдали, милые дома, районы с менее цветными зданиями и совсем уж узкими улочками, где жили обычные люди. Моя усталость исчезла насовсем, а в голове застрял наш долгий поцелуй, который нам пришлось прекратить из-за урчания в моём животе. Тэхён только лишь улыбнулся одним уголком рта, не отрываясь от моих губ, но после второго проклятого воя моего пустого желудка, он всё-таки решил первым отстраниться. После этого он пошёл за пакетом, включив один торшер внутри, и вернулся ко мне спустя пять минут уже с вином и едой. Что было в пакете? Увиденное немного рассмешило меня, ведь кто подумает купить банановый чизкейк и, внимание, кимбап. - Прости, я просто помню, что ты очень сильно хотела его попробовать. И я как раз проезжал мимо того местечка, где чаще всего покупаю его... – он опустил взгляд. - Спасибо! Ты даже успел купить еду, я приятно удивлена. Мне кажется, что с таким темпом я скоро совсем избалуюсь и крепко сяду на твою шею, - я взяла себе один кимбап, а второй протянула ему. - Сяду на шею? Что это?! – он рассмеялся так громко и звучно, что у соседнего дома сработал датчик шума и включилась лампа, освещающая улочку. - Это фразеологизм, фразеологизм! – я нахмурила брови, а губы непроизвольно надулись. Он смеялся долго и иногда прикрывал рот ладонью, пока его кимбап бился в конвульсиях в руке. Объяснять что-то ему, пока он так искренне смеётся рядом со мной, даже не возникло мысли. Я откусила от большого ролла с рисом и другими добавками небольшую часть, но голод взял вверх над скромностью и прочими чувствами, и спустя третий укус я уже брала в рот гораздо больше. Такое зрелище Тэхён предпочёл игнорировать, поэтому даже не смотрел в мою сторону, чтобы я могла нормально поесть. И за это я была очень благодарна. Впрочем, как и за всё остальное. Когда мы закончили есть, а чизкейк был начат, Тэхён подлил ещё красной сладковатой жидкости и мы чокнулись. Свет напротив погас, а небо стало темнее, так что теперь я даже замечала самолёты, пролетающие далеко от нас. Он грациозно пил вино, с его лица не сходила улыбка, а взгляд был прикован к моему лицу. Я смотрела на него, пока уголки его рта не зашевелились: - Интересно, встретились бы мы, если бы я был обычным офисным рабочим, а ты была, допустим, знаменитой моделью? Его вопрос прозвучал немного печально, но сам он таким не выглядел. Я оторвала от него взгляд и подняла голову к небу. Что мне ответить? - Думаю, что да. Мне кажется, так должно было случится, поэтому даже если один из нас задумает сбежать, мы всё равно столкнёмся рано или поздно. Всё равно притянемся, как магниты... - Как думаешь, почему мы раньше не встретились? - Ты ведь знаешь это и сам, разве нет? - Я хочу знать, что ты об этом думаешь. Я, конечно, пытаюсь прочесть твои мысли, но это трудно, - он сделал глоток, - для меня ты всё равно остаёшься загадкой века. Я допила первый бокал и убрала волосы за уши по привычке. О чём он думает? Что он скрывает? Сколько ещё лет пройдет, чтобы он рассказал мне всё о себе? Столько вопросов, но все они просто эхо, которое разбивается о величественные скалы у океана. - Я всегда верила, что любви нет, и росла в окружении людей, которые меня обманывали, использовали, предавали, ненавидели. Я была счастлива только два раза в промежутке по пять лет, а всё остальное время я молилась, чтобы это прекратилось. Подростком я верила, что как только мне исполнится восемнадцать, я уйду из дома и найду себе богатенького идиота, чтобы забыть о нищите и прошлом... Но я не смогла, когда у меня вот-вот появилась такая возможность. Всё кругом просто считали, что я набиваю себе цену, но это было ложью. Я встречалась с кардинально разными людьми, хотела понять в чём дело, но так и не смогла даже впустить одного хоть на одну ночь в свою постель, - Тэхён стоял как статуя, даже дышал тихо, - Мечтала в детстве, чтобы меня хоть кто-то полюбил, потом ненавидела саму мысль об этом, а после я просто... Увидела тебя на экране? Услышала твой голос. В начале это было какое-то безумие, я старалась убедить себя, что я просто очередная фанатка, которая якобы влюблена в созданный имидж. Но чем больше я смотрела на тебя, тем отчётливее видела свой идеал, мужчину, с которым я хотела бы провести всю свою жизнь. После того, как я впервые узнала о тебе, я пару раз пыталась построить отношения, но это заканчивалось катастрофой, и спустя время я сдалась. Я сдалась верить, что это неправильно – то, что я так влюблена в медийную личность. И просто плыла по течению пару лет. И если бы нужно было ждать ещё пять, двадцать или сорок лет ради того, чтобы я смогла, как сейчас, стоять с тобой рядом под ночным небом...я бы ждала хоть до самой смерти. Моё откровение вызвало молниеносную реакцию. Он молча поставил бокал на пол и снял свои очки, решительно подошёл ко мне (О боги, его ресницы шикарны!) и забрал мой пустой бокал. Мне было немного страшно после таких громких слов, но я хотела рассказать ему это именно сегодня, чтобы не пожалеть о том, что как всегда умолчала о своих чувствах. Но то, что он задумал сделать, повергло меня в шок: без лишних слов, он впился в мои губы и поднял на руки, словно я была легче сахарной ваты. Я не сразу поняла, что произошло, но быстро ответила ему, нежно касаясь нижней губы с милой родинкой. Он усадил меня на свои руки покрепче, обхватывая попу и талию, прижимая меня с такой силой к себе, что я могла грудью почувствовать его сердцебиение. За спиной раздался знакомый щелчок от двери, и сквозь тонкую ткань своих век я ощутила тёплый свет того одинокого торшера. Тэхён властно забрал контроль над моим телом и легко подбросил меня повыше, быстро прекратив целовать меня. Он неспеша куда-то нёс моё бренное тело, но вот его губы и язык с невероятной скоростью спускались то к шее, то к уху, то к подбородку. Его не волновало ни то, что я после долгого полёта была не первой свежести, ни то, что я совсем не успевала за его ритмом. Я наконец смогла немного приоткрыть глаза, но вот стоны держать в себе было гораздо труднее. Моё наслаждение было не просто физическим, оно вливалось ударной волной и в голову, пока Тэхён резко не повалил меня на мягкую воздушную кровать. Я ахнула. Передо мной был какой-то нежный зверь, набросившейся на долгожданную добычу. Он сел между моих ног и немного успокоился. Его глаза смотрели на меня, правая рука потянулась к лицу и забрала мои очки, бросив их подальше на подушки, до которых мне оставалось ещё примерно половина кровати. Теперь я почти не видела его лица, но это не длилось и минуты, как он приблизился всем своим телом и снова начал меня целовать. До этого он избегал французского поцелуя, но сейчас, когда я немного приоткрыла рот от удовольствия, он проник внутрь. От того, как его раскалённый, как адское пламя, язык коснулся моего, я перестала дышать и съёжилась. Голова шла кругом, и я стала бояться, что теряю сознание. Я ещё никогда не чувствовала себя так хорошо от простых прикосновений, и даже не подозревала, что могу стонать только от поцелуев. И поверить не могла, когда услышала его тяжёлое прерывистое дыхание. Я закинула руки ему на широкую шею и притянула к себе, уже впиваясь ногтями в его кожу. Каждый понимал, что переспать друг с другом сегодня не получится, но ни он, ни я, не хотели останавливаться. Он стал нежно бродить кругами по моей шее, лицу, и хотела бы я его тоже расцеловать, но он всем телом приказывал мне просто лежать и позволять делать ему всё, что он захочет. После десяти таких кругов, он снова жадно впился в губы, и его язык скрестился с моим. Я была на грани, а Тэхён почти лег на меня и непроизвольно стал двигать бёдрами, прикасаясь пахом между моих ног. Как в тумане, моё тело извивалось и двигалось под его такт, и в моменты, когда я ясно ощущала его член сквозь нашу одежду, я готова была кончить, но снова возвращалась с небес, потому что он не задерживался в такой позе дольше пары секунд и прерывал поцелуи. Не в силах больше терпеть, я прижала его к себе ногами. Где-то возле левого уха он тихо застонал и матернулся, после чего обоими руками дотронулся до моего лица и стал тереться и двигать бёдрами всё быстрее. Даже одежда не могла скрыть его большой, во всех смыслах, член. Я чувствовала какой он толстый и длинный, и, признаюсь, меня это немного пугало. Спустя пару минут мы оба уже были на конечной, и как бы нам не хотелось растянуть удовольствие, мы не могли больше ждать. Тэхён неожиданно прикусил мою нижнюю губу, одновременно толкнув свой член по моему клитору. Я выгнулась и бесшумно прижалась к нему всем телом, извиваясь и кончая. И как было восхитительно, когда я услышала его бархатное рычание и поняла, что он кончил вместе со мной. После того, как мы оба немного остыли, он отстранился и мило оскалился: - Ты выйдешь за меня? - Что? – я округлила глаза, а затем в шутку ударила его ногой в бок, - Дурак! - Эй, это не шутка! – он плюхнулся рядом и засмеялся, - Я не знаю, что мне делать, я просто без ума от тебя. И, кажется, если ты сейчас не убежишь из этой комнаты, я попаду в тюрьму за изнасилование. Я сглотнула, но поняла его шутку и поднялась с постели. Он расправил руки и стал похож на единственного бога, в которого я могу верить. Его лохматые волосы, его кроваво-красные губы, руки с венами, все ещё прерывистое дыхание и искорки в каштановых глазах – всё это отпечаталось в моей памяти сильнее, чем всё то дерьмо, через которое мне пришлось пройти в прошлом. Я вышла из маленькой спальни и отыскала ванную около входной двери, но перед тем как зайти, прихватила из чемодана свой шампунь и другие принадлежности. Ночнушка была упакована где-то на дне сумки, поэтому я решила, что найду её после душа. После всего, что произошло, да и после двух бокалов вина, усталость прямо валила меня с ног, а глаза покраснели. И пока я мылась, мечтала, чтобы эта ночь длилась как можно дольше. Снова в моей голове засел рой вопросов, которые сейчас не так уж и сильно тревожили меня. Полностью готовая ко сну, я осторожно открыла двери ванной комнаты, укутанная в подготовленное для меня чистое полотенце. Тэхён лежал в той же позе, и когда я подошла ближе, застала его спящим. Ну вот что он за прелесть? То карамельный мишка, то огненный тигр. Я ласково дотронулась до его левой щеки и прошептала: - Тай, душ свободен. Эта кличка, которая почему-то вырвалась только сейчас, ничуть его не задела. Только после душа он спросил: - Почему Тай? - Если ты против, я перестану так... - Нет, просто это необычно, - он мягко перебил меня и забрал полотенце, которым я сушила волосы. - Просто придумала как-то неожиданно после нашей встречи. Знаешь, что-то вроде Тэхён плюс слово «мой» на английском... – он принялся приятно и нежно сушить мои волосы. - Мне нравится... Тай, - повторил он. Я заулыбалась, довольная тем, что даже такая мелочь радовала его. Но он громко вдохнул и промурчал с лёгкой обидой в голосе: - А я ещё ничего не придумал... - Это ведь не обязательно, - засмеялась я. - Тогда как только я придумаю, я скажу. - Конечно. После того, как мы более-менее высушили свои головы, хотя Тэхён сопротивлялся, мы легли в постель, держась за руки. Он предложил разговаривать всю ночь, пока мы оба не уснём. Но я не продержалась и десяти минут, как мои веки закрылись.