взаимное падение

      высококучевые облака, окрашенные в розово-оранжевый градиент заходящим солнцем, заполонили небо. похоже, скоро пройдет гроза. мерный цокот копыт наконец затихает и дормез останавливается около высоких, кованых ворот.       — господин сон, мы на месте.       — отлично, — ответил тэк кучеру, выходя из кареты, — жди меня в городе. он в паре миль дальше по дороге.       дождавшись утвердительного кивка, вампир развернулся и направился к черным, с золотистыми витиеватыми узорами, воротам. за ними находилась единственная местная лечебница для знатных господ. длинное двухэтажное здание со светлыми, потертыми, стенами, окруженное забором и неглубоким лесом.       — господин ли, у вас посетитель, — трижды постучав, уведомила одна из медсестер, следом приоткрывая дверь.       — да-да, — оживился ли, книгу с очками откладывая на тумбу, приняв позу сидячую.       — вечер добрый, чанчжун, — раздался тихий бархатистый голос, нарушающий уже столь привычную, больничную тишину в палате, эхом где-то в груди отдаваясь.       а ли глазам не верил. на днях он только письмо последнее отправил, а адресат уже перед ним оказался.       — господин сон! я и не думал, что вы так скоро прибудете… наверное от дел важных вас отвлек… вы уж простите я-       — поменьше формальностей, друг мой, — перебил его тэк. снимая длинное черное пальто и на кресле устраиваясь, возле кровати, — да и о каких делах может быть речь, я только рад возможности наконец уделить тебе время.       черные, слегка лохматые волосы, спадали на бледное лицо парня, сидевшего на койке. скулы, что сильнее выделяться стали, на месте милых юношеских щечек, в глаза бросались. все же несмотря на это, явно похорошел парень за два года прошедшие. широкие плечи и слаженное тело, на контрасте с мягкими чертами лица, присущими голубой крови. прямые густые брови и милые ямочки, появляющиеся при улыбке. да бездна темных карих глаз, в которую заглянув однажды, провалишься без желания выбраться назад. очаровательным тэк его находил. как минимум, очаровательным. как максимум, безумно привлекательным. правда, признать это, значило бы признать свою слабость, а вампиры не слабые.       а ли все взгляд от парня вошедшего отвести не мог. уж слишком изящен он был, и голос, чарующий, что в жизни не наскучит.       — а ты нисколечко не изменился! будто и одной зимы не прошло, — не скрывая счастливой улыбки ответил наконец чанчжун, все также парня напротив, словно по новой изучая.       все те же волнистые волосы цвета пепла, разделенные посередине, слегка открывая лоб. черная, шелковая рубашка с глубоким вырезом, или же парой расстёгнутых пуговиц, чуть оголяющим ключицы. как и раньше заправленная в темные брюки. тот же перстень на левой руке, с небольшим синим камнем, вероятно лазуритом. и все тот же теплый взгляд, заставляющий нечто внутри приятно трепетать, тот же образ, что в душу столь сильно запал и вызвал желание сблизиться.       а вампир словно ждал, когда же парень уже взгляд на нем беглый остановит. в глаза его темные заглядывая, желая взгляд этот на своем уловить.       — ну рассказывай, как твои дела, что погода за окном, похолодало похоже? новости может какие есть? я ведь соскучиться успел, — первым не выдержал и нарушил молчаливые гляделки парень с койки.       — у меня все в порядке. меня больше волнует твое состояние, — игнорируя часть вопросов, умело переводил тему господин сон.       — ну что тебе сразу о грустном не терпится поговорить… может не будем сейчас об этом? — жалобно пытался перевести тему теперь уже и мистер ли.       но вампир был непреклонен. с нечитаемым взглядом и тем же бархатистым, может немного взволнованным, голосом стоял на своем.       — нет уж. давай закончим с печальными вестями, а затем и побеседуем ни о чем.       ни о чем. и обо всем сразу. часами напролет. они могли только так.       — ты как всегда… на самом деле все довольно просто. четыре месяца назад мне начало становиться дурно время от времени. с каждым разом всё хуже, хуже и вот я здесь.       — это я помню, но что же, за это время тебе ничем не помогли?       — так уж и быть таить не стану, лекари в смятении. дают еще край месяц может два, — явно смирившись уже, тише прежнего, произнес парень вслед за протяжным вздохом, — тэк, я так больше не могу, — продолжил медленно протягивать тот, после небольшой паузы, — думаю, скорая смерть и то была бы лучше-       — не говори так! — резко, в новинку, отрезал вампир, — не. говори. так.       — с чего бы? да уж лучше бы я умер ужасной, зато молниеносной смертью нежели пролеживал здесь остатки дней в ее ожидании. валяюсь на койке целыми днями без возможности даже на ясное небо взглянуть. разве это жизнь? — незаметно для себя парень перешел на хриплый крик. крик отчаяния и жгучие слезы, так не вовремя застелившие глаза, оставляя мокрые дорожки на лице, — поведай же мне! это ли стоит называть жизнью?       вампир даже голову опустил растерянно, словно сжираемый чувством вины. он не мог понять этого. желания закончить человеческую жизнь, ведь свою тэк уже однажды потерял.       от вида такого, убитого горем, чанчжуна, в груди вампира щемило. скверно так щемило. спасти парня хотелось, помочь. любой ценой вернуть ту драгоценную улыбку и сияющий взгляд, что внимание вечно так привлекали. что, видимо, чувства, запертые глубоко внутри, пробуждали.       человек вздрогнул от неожиданности, почувствовав чужую ладонь на своей, глядя непонимающе, часто моргая. смотреть хотелось куда-угодно, лишь бы не на парня, что вдруг успокоить решил вместо продолжения спора. стыдно было, что эмоции вот так нахлынули, но руку, поглаживающую его ладонь большим пальцем, отпускать не хотелось. ещё хотя бы немного.       — такими словами ты можешь расстроить своих близких, — с горькой улыбкой протянул вампир, — похолодало, — выждав секундную паузу, продолжил он. как ни в чем не бывало, руку и вовсе не спеша убирать.       — а?       — на дворе и в самом деле немного похолодало.