Митинг

— Мир! Слава старается встать, но получается плохо — он поскальзывается, больно ударяется локтем о булыжник. Его координация нарушена, в ушах стоит невыносимый звон, а взгляд не может сфокусироваться на происходящем вокруг. Он больше ощущает, чем действительно видит лежащие вокруг тела, слышит крик, суматоху. В груди невыносимо больно. — Мирон, Мирон! — Кричит изо всех сил, но не слышит себя.

Экспозиция

9:43 — А ты не опаздываешь? — А который час? Блять, точно. Ничего, что там мне собираться. Сейчас подъеду… — Куда ты подъедешь? Там все перекрыто. — В смысле? — Зайди в Телегу и почитай. — Ну опоздаю. Не конец света. Давай, пока. — Обещай быть осторожным! — Это им надо быть осторожным со мной. Ведь иначе им придется иметь дело с тобой, да? — Скорее с твоими фанатками, но и со мной, да. Давай уже, беги. Люблю тебя. — И я тебя, пока. Слава прощается с сестрой, пролистывает последние сообщения нескольких каналов в Телеге и таки убеждается, что попасть быстро на митинг будет не так просто. В лучшем случае придется брать такси, а потом пройти минут 20. В худшем — такси не приедет и придется идти пешком гораздо дольше. Так долго, что можно будет уже и не выходить никуда. и зачем он переезжал в ебеня эти престижные? 10:07 Заказать машину удается только после нескольких отмененных заказов в приложении — даже щедрые наценки не привлекли водителей. Заказ наконец принимают, когда Слава уже отчаивается и думает кого бы из друзей напрячь. Едет за ним Тойота креста — вот так ирония. Слава смеется про себя, быстро натягивает куртку, обувается, уже в лифте рассовывает по карманам ключи, парочку медицинских масок и телефон. Внезапно с тревогой думает, достаточно ли корма у Фили на случай, если вернется поздно. “Да ладно, что может случиться?”, — одергивает себя. 10:15 — Добрый день, — автоматически здоровается, усаживаясь на заднее сиденье. Водитель, согласно приложению, Михаил, делает тише радио и смотрит на него в зеркало. За маской невозможно разглядеть выражение лица, но Слава особо и не старается — он весь поглощен новостями в Телеге. — Добрый, — отвечает Миша, проверяя маршрут по приложению. — Вам на Фонтанку? Там перекрыто. — Это где? — На Пестеля. — Послушайте, внезапно поворачивается к нему водитель. — Вы ведь на Марсово поле? — Да, — признается. — Вроде через Грибоедова еще можно. Хоть и крюк придется сделать. — Это ничего давайте. Слава пристегивается и водитель начинает движение. Телега разрывается от входящих и Слава только успевает читать сообщения от своих, которые пришли раньше. В какой-то момент все замолкает. Видит, что водитель тревожно посматривает на экран своего смартфона, но и там приложение словно зависло. — Ого, тут сигнал глушат, — резюмирует. — Это проблема? Если со счета нельзя будет списать, я наличкой расплачусь. — Ничего. Я вас и так довезу, не беспокойтесь об этом. Больше волнуйтесь за отсутствие сигнала, а не оплату. Это не к добру. — У нас последние двадцать лет не к добру. Водитель внимательно смотрит на него, но ничего не отвечает. Всю оставшуюся дорогу они едут в тишине, пока не останавливаются в квартале от конечной точки. — Слушайте, вы дальше пешком. Там уже менты, не хочу светиться. А вы лучше обойдите, вам проще будет, чем мне с машиной. — Хорошо, спасибо. Держите, — протягивает купюру, но водитель отмахивается: — Вы, когда возвращаться будете, держитесь правой стороны. Я немного дальше остановлюсь. Мало ли. Слава удивленно смотрит на него, а затем протягивает руку: — Спасибо, брат. 10:44 Когда Слава выходит из машины его первым делом удивляет небывалая тишина — город словно вымер и улицы вокруг пусты. Он оглядывается на окна, но и там никого нет — многие и вовсе зашторены. — Ебись веселись, — бормочет себе под нос, застегивает куртку и быстрым шагом начинает идти в нужную сторону. 11:08 Толпу Слава видит издалека. Преимущественно черные куртки, кто-то с флагами, кто-то с плакатами, в основном все с закрытыми лицами шарфами или масками. Есть специальные системы, которые позволяют просчитать количество человек в толпе, но сейчас он никак не может их вспомнить, да и не уверен, что это можно сделать не на видео. Прикидывает, что собралась пара сотен человек — не сильно много для города с парой миллионов населения. — Значит, нашей пропажи никто и не заметит, да и хоронить будет удобно в случае чего, — окидывает взглядом окружающих в поисках знакомых, но своих он найти никак не может — видимо с другой стороны, не пошли ведь в толпу. Идти в толпу Славе меньше всего хочется. И узнают, и в целом, не любит столпотворений. Поэтому он мнется на окраине, старательно обходя журналистов с нашивками “ПРЕССА”. Комментировать что-то он еще меньше хочет, чем фоткаться с желающими. 11:30 Наматывание кругов Славе быстро надоедает: связь не ловит, ребят не видно, ничего не происходит. Видно, революция отменяется. И как у некоторых получается? Вроде тоже выходят на площадь, тоже стоят с плакатами. Плакаты не те или площадь? Видно, боженька за что-то наказывает, не иначе. На митингах Слава бывал не слишком часто. Да и на этот не особо хотел идти после дела клитора — ему четко дали понять, что второй раз вытянуть не получится. Придется таки свое отсидеть. А как знать с кем сидеть придется. Это в РБ — сплошь интеллигенция с бизнесом, а в РФ варианты могут разные быть, нехватки мест точно не будет, чтоб в приличное общество сажать. Тем временем погода заметно портится — ветер становится пронзительным и Слава начинает жалеть о том, что не захватил перчатки. Гребаный Питер с его мерзкой погодой. 11:34 Первые выстрелы Слава не слышит. Да и вообще мало кто их слышит. Видимо, от ветра и от того, что большинство нахлобучили на головы шапки, капюшоны и уткнулись поплотнее в шарфы. Они вообще больше похожи на хлопки — совсем не как в кино, сразу и не сообразить. О том, что что-то идет не так Слава понимает только спустя несколько минут, когда по другую сторону от него в толпе начинают кричать. Вот тогда и начался ад.