Сережка

Паймон не сразу заметила, что одна деталь пропала из образа друга. Иногда она ловила себя на мысли, что чего-то не хватает, но потом эти мысли пропадали. Но вот компаньон заметила, что не так: - Где твоя сережка!? - девочка испугалась, что Итэр потерял ее где-то и будет переживать. Вдруг это был подарок сестры или ещё какого-то важного. - Ой, не волнуйся, - путешественник чуть улыбнулся. - Я отдал ее… другу. - И этот друг не я, - Паймон наигранно надула щечки и в воздухе топнула ножкой. - Ну, ну, пойдём купим чего-нибудь нового. Не помнишь что там рекомендовал Тома? Сейчас путешественник был в Инадзуме. Он прибыл не так давно, поэтому старался привыкнуть и к новому месту и людям. Однако тут и нельзя было особо расслабиться, как в Мондштаде или Ли Юэ. Как же Итэру иногда хотелось вернуться на те земли. Особенно на крышу постоялого двора, где его ждал бы один адепт. Он и сейчас ждал путешественника, иногда касаясь кончиками пальцев сережки, которая поменяла цвет с желтого на фиолетовый. Сяо касался сережки, проверяя не холодная ли она. Итэр объяснил ему, чтобы он не сильно за него переживал, что пока сережка светится и из-за этого нагревается, то с ним все в порядке. Адепт чуть улыбнулся, вспоминая Итэра. Его улыбку. Его доброту. Его нежность. Даже его неловкость, когда он смущался. Сяо готов был любить его всего и за все. И ему самому это первое время было странно осознавать. Он даже сам себе не верил, что влюбился. Ходил и злился на всех, что не может понять самого себя. А потом он все же решился поговорить с Гань Юй, которая осторожно спросила о самочувствии старшего адепта на тренировки. Сяо не хотел сначала советоваться с девушкой, но все же рассказал ей частично проблему. Девушка тихо ойкнула, а потом рассмеялась. Это была не насмешка. Вовсе нет. Ей показалось забавным и милым, что адепт, который вечно казался серьёзным влюбился в того, кого даже случайно при ней сравнил с солнцем. Правда Сяо чуть не обиделся, но они быстро разрешили эту ситуацию. Сяо не собирался раскрывать своих чувств Итэру. Но видимо у судьбы были другие планы. Ночь уже вошла в свои права, а два силуэта почти невозможно было бы заметить на крыше постоялого двора, если бы не фонарики. Они говорили обо всем, что придёт в голову. Хотя, если говорить честно, то в основном говорил Итэр. Сяо же иногда вставлял какие-то небольшие фразы, но в основном любовался путешественником. - Сяо, если бы ты знал, что больше не сможешь увидеть кого-то важного для себя, потому что он уедет, то чтобы ты сделал? - конечно, Итэр пытался узнать насчёт себя, но спрашивать на прямую было немного смущающим для него. - Если бы это был ты, то я спросил бы разрешение кое-что сделать, - адепт поднял взгляд на звёзды, думая, что он идиот, если хочет сейчас это сделать. - И что же это была бы за просьба? - спросил Итэр с интересом. Сяо повернулся к путешественнику и положил одну руку на его щеку, подаваясь вперёд, почти сталкиваясь носами. - Можно? Итэр лишь осторожно кивнул на этот вопрос. А затем адепт поцеловал путешественника, лишь накрывая его губы своими. Сердца обоих в этот момент кажется пропустили удар. С того вечера они почти всегда проводили вечера вместе. До того момента, как Итэру надо было уезжать. Когда Сяо понял, что его не будет больше рядом каждый день, то почти весь один вечер не выпускал из объятий. Итэр даже не пытался что-то поменять. Ему самому хотелось навсегда остаться в этих объятьях. - А если я не смогу придти, чтобы тебя защитить? - Сяо сказал это за день до отъезда Итэра, когда они снова сидели в их месте. - Сяо, я не такой слабый и ты это знаешь, - Итэр погладил возлюбленного по щеке. - Но знаешь… у меня есть идея, как сделать так, чтобы тебе было спокойнее. И Итэр чуть отодвинутся от адепта, чтобы снять сережку, которую затем протянул Сяо. Тот неуверенно принял ее, рассматривая со всем сторон. - Пока я в безопасности, то она будет дальше гореть и быть тёплой на ощупь. Я хотел подарить тебе перед как уеду что-нибудь другое, но… - Это лучший подарок, - Сяо перебивает путешественника, а затем заключает его в объятья. С тех пор не было ни дня, чтобы адепт не проверил сережку. Изменения первые с ней произошли, когда Итэр предположительно должен был доехать до Инадзумы. Сережка стала горячее и изменила свой цвет на непривычный фиолетовый. - Доехал, - тихо сам себе сказал Сяо, выдыхая. «Значит добрался в целости до нового региона»- подумал адепт. Время шло. Сяо уже привык и к сережке в ухе, и к ежедневному ритуалу, когда он несколько раз на дню проверял ее. И все было хорошо до одного дня. Нехорошее предчувствие мучало его с самого утра. Сяо никак не мог понять с чего эта тревожность. А затем ему показалось, что сережка стала холоднее немного, дело в том, что из-за длины она иногда при ходьбе качалась кожи на шее, передавая тепло. Сяо коснулся ее кончиками пальцев, понимая, что сережка действительно остывает. Он судорожно снял ее, смотря как та медленно угасает, становясь почти серой. - Итэр, пожалуйста, держись. Адепт прижал осторожно сережку к груди, молясь сразу всем архонтам и божествам, чтобы путешественник выжил. Сердце адепта стучало от страха быстро, казалось, что оно сейчас пробьёт грудную клетку. Когда показалось, что сережка начала теплеть, то Сяо поднял ее на уровень глаз, боясь увидеть серый цвет. К его облегчению, она снова светилась фиолетовым. - Вернёшься, одного больше не отпущу путешествовать, - дрогнувшим голосом сказал адепт в пустоту. После этого случая сережка ещё один раз начала мигать, но это длилось не так долго, да и терять тепло она не думала, что успокаивало Сяо. Пусть иногда он пугался за Итэра, но зато большую часть времени знал, что с ним все в порядке и благодарил мысленно, что путешественник тогда подарил ему свою сережку. В один из дней она начала светиться как-то ярче, как показалось Сяо, когда он сидел на крыше. Тут раздался голос недалеко от него. - Привет. А я тофу приготовил для нас двоих. Надеюсь, что не откажешься Сяо вскочил на ноги и обернулся, не веря тому, кто мог ему это сказать. - Итэр! - он сгрёб путешественника в объятья, расцеловывая все его лицо. Руки дрожали от радости. Он вернулся. Он живой. Он снова рядом. - Прости, что заставил переживать, - адепт в этот момент поднимает путешественника на руки и кружит. - Сяо, упадём же. Итэр смеется. Наконец-то он снова рядом с любимым. Снова может его обнять. Снова слышит его. - Не упадём. И вообще. Чем ты таким занимался в Инадзуме, что твоя сережка дважды меня пугала? - Сяо говорит серьезно, но в глазах не скрыть радость, что путешественник вернулся. - Я тебе все расскажу сейчас. Только давай ты меня опустишь. Сяо жмёт плечами, а затем опускает Итэра, чтобы они сели на крышу, начали есть приготовленные путешественником тофу. Адепт бы потом продолжил слушать историю, но расплел бы косу возлюбленного и нежно бы перебирал бы прядки волос. У них была впереди целая ночь. Ночь разговоров. Нежности. И им не нужны были фонарики, чтобы видеть лица друг друга. Сережка сегодня светила ярче как никогда.