Король Смерти

Я стою перед тобой, 

Кто достанет пистолет?

Мужчина успевает распахнуть железную дверь, слышу звуки выстрелов. Глаза мечутся по углам, взору попался неосвященный коридор, где хранятся готовые наркотики. Проскочив в тьму, Глэм достал пистолет из потайного кармана, уже заряжен, и готовый к бою. Он ждёт, пока полиция доберётся до него, тихо стоит и ловит быстрые шаги. Вот оно. Взору поддаётся парнишка, он думал, что тот уже валяется мёртвым, где-то на холодном кафеле. Хватая рукой запястье мальчишки, Глэм в спешке затыкает ему рот ладонью, шипя под ухо. Он его тоже спасёт, если будет слушать все его указания. Стоит поторопиться, в здании слишком опасно, копы кишат по этому лабиринту. — Куда мы идём? — Ди еле успевает перебирать ногами, пока в голове стоит смрад. Хотелось ответов, но отец настойчиво ведёт его в темноту. Смысл прятаться, если их в любую секунду подорвут? Юноша в стрессе. Блондин лишь молча пытался отыскать нужную дверь. Где-то тут она была, да. Он уверен, что не перепутал, и они смогут обойти часть с трупами под ногами. В дали виднелся свет, старший замер. — замри.

***

Ди перелистывал страницы документов, пытаясь уловить суть. То есть, если всё пройдёт удачно, то они озолотятся, как в не себя. Что ж, неплохой ход конём, только юноше казалось, что это кончиться провалом. Отец не позаботился о том, кто ведёт эту машину смерти. Он копался в рабочем столе, пока Глэм шлялся по работе. То-ли сотрудник накосячил, то-ли пыль украли, это не было важно. Его привлекла папка, с кучей листов. Не просто же, она лежит тут целую неделю, всё время открытая, будто мужчина вычитывал что-то, искал между строк. К слову, не зря парень засунул свои руки, куда не следует. «Перевоз через Проспект В*****» — Это же совсем далеко отсюда. Он послал машину чуть ли не в центр. Ох, какое дерьмо. Ди слегка опешил, когда услышал шаги. Закрывая папку, тот расселся на кожаном кресле. В голове крутились мысли, насчёт того, чтобы разузнать побольше, о делах нелегальной компании, но тогда ему  несдобровать. После побоя в ванной, не хотелось как-либо расшатать нервную систему начальника, он только недавно зализывать раны, при чужой помощи. Как ни странно, случились перемены в настроении папаши, что отдалось странным чувством нужности. Конечно, это всё дело рук лихого кукловода, где Ди — тряпичная кукла. О, он всё знает, все планы отца, на него. И даже сейчас, юноша готов отказаться от роли наркодилера, лишь бы обрести покой, после несчастного месяца этой нервотрëпки./ — А ну встань, — Несмотря на подростка, голубоглазый скинул мальчишку в бок, дабы присесть. В руках очередные бумажки. Это копия, которую сделал, если оригинал будет утерян. Нельзя дать потенциальному врагу, завладеть ни одной из этих ценностей, лучше перестраховаться. — Вижу, твоя доброта не шибко долгой оказалась. — В следующий раз, даст ногой по челюсти. Ди вышел из-за стола, оставляя Глэм одного. Пока работы нет, точнее, пока её не дали, Ди не прочь лично проверить, как обстоят дела в фасовочной. Хах, до сих типает, при воспоминании об этом месте. Сколько же частиц дури он успел вдохнуть. Жаль, так и не решился отдать украденные пару грамм, для личных экспериментов над наркотиком, ведь хотелось не только, проверить реакцию на кислоту.

Тянется рука, курок, летит пуля на вылет, 

О нет.

Из коридора донёсся голос. Что? Парень обернулся, смотря на какого-то старика.Такого уродливого лица, он в жизни не видел. Хотелось спросить, что он тут забыл, и не перепутал ли он это место, с нотариусом, как в один миг прозвучал выстрел. Ох, черт. Стоило поторопиться назад. Впервые в жизни, он задумался о важности слов отца, насчёт убийства. Он не смог убить человека, о чем же будет идти речь, когда этот бунт, перерастёт в мясорубку. Его же первым закопают в землю, если не вторым. Парень бросился в бега, нужно было найти отца. Не то, что его заботились родитель, просто мать жалко. Столько лет, она его терпит, и по-прежнему любит, это был её последний билет, в хорошую, по крайней мере, обеспеченную жизнь. Видимо, он может не успеть, обратная дорога казалась трудной, а ноги свела боль, кончились силы бежать. Дверь в кабинет на распашку. Неужели, правда, опоздал? Сердце задавало более задорный ритм, ведь только хотелось обречённой спрятаться, за железной стеной, как из темноты его кто-то схватил. — Что за- — Рот прикрыли ладонью. Еле привыкнув к темноте, виднелась знакомая маска. Боже, он всё ещё не с пулей в груди. Он хочет отдохнуть, Глэм же напротив, решил не мешкать, а поторопиться. Впопыхах веснушчатый толком сказать ничего не смог, лишь спросить казалось на, последнем выдохе. — Куда мы идём? — Молчание. Блондин терялся в сомнениях, вряд ли отец, ему навредил, с помощью чужого человека. Ведёт на верную смерть? Не настолько же отшибло голову, чтобы убивать сына, да? Ди надеялся на это, резко останавливаясь. — Замри. — Это были последние слова, которые он услышал, после громкого выстрела. Эхо разнеслось в стенах лабиринта. Ди страшно. Открыв глаза, парень посмотрел вперёд. Никого уже не стояло, отец нервно дышит. Он только что, убил. Кудрявый сглотнул слюну, руки предательски пробрал мандраж. Глэм развернулся в другую сторону, вот она. Осталось только ввести код, и они на свободе. Так думал он, пока старший копался в замке, пытаясь вспомнить последовательность. Голубоглазый под аффектом, он слышит голоса, выстрелы, он слышит смерть.

Те кто знает обо мне, 

Лучше личного врача-

Сирена выла, лай собак, их накрыли. Он так и знал, что всё добром не кончится. Почему его никто не слушает. Почему, он должен сейчас выбираться из этой адской дыры, когда жить оставалось несколько минут. Они обречены на смерть, Ди взял страх. Словно цепь в области шеи, была приварена к полу, он не мог поверить, что всё вот так закончиться. Отец в пятый раз не может открыть дверь, чертов псих. Руки мелко дрожали, глаза метались по полу. Юноша присел, опираясь о холодную стену. Взгляд упал на спину взрослого. — Пап. А ты помнишь-

— Ди? Почему ты молчишь?

Мы знакомы триста дней, 

Так что хочу кричать! 

При виде тебя.

***

— Папа! — Паренëк уткнулся носом в рубашку, пряча лицо в ней. — Ты пришёл!/  Ему всего пять лет, чего же ещё ожидать, от такого кудрявого и наивного создания, как Ди. Мужчина улыбнулся, хватая веснушчатого на руки, прислоняясь указательный палец к детским губкам. Нужно быть тихим, чтобы не разбудить Викторию. По любому, она не в курсе, что Ди не спал. — Не стыдно так поздно не спать, м? — Ди лишь невинно хлопает глазками, а после опускает глаза, ведь всё воспринимается буквально, в его понимании. Глэма это лишь умиляет, он так переживает, что погрустнел моментально. Издав смешок, голубоглазый несёт Ди наверх, в комнату. Мальчишка кладёт голову на плечо старшего, он так скучал, пока отец мотался в командировку. Или куда он там ходил? Музыка. Единственное, что его привлекало, так это интерес, и сильная тоска по родному человеку. Ближе Глэма, только он сам к себе. Уложив не послушника в кровать, блондин соизволил прилечь рядом, совсем с краю, пытаясь не упасть с крохотной кровати. Ди же его так ждал, и если бы он не прилёг, тот бы сам попросил это сделать, робко, но настойчиво, как вознаграждение, за то, что гитарист его покинул на некоторое время. — Как поживает твой барашек? — Листочек всё так же прилежно лежал на прикроватной тумбе, Ди так с ним толкался по дому, буквально не давал даже смотреть на нарисованный ящик, вдруг кто спугнет зверька, сидящего внутри? — Хорошо. — Со звоном в голосе выдал веснушчатый, пытаясь подстроиться под большую руку отца. Глэм приобнимает за хрупкую спину мальца, разрешая нежничать, хотя сам не любитель таких моментов тепла. Редкие, но такие тëплые искры в памяти, всегда давали надежду на то, что его всё-таки, любят больше, чем несчастную работу. Это греет душу, повзрослевшего Принца. Однако, это было последнее воспоминание, когда курок был придавлен указательным пальцем.

***

Пальцы судорожно перебирали комбинации. Всё не то, он толком забыл, какая последовательность, лишь цифры остались в голове. Они всё ближе, блондин торопиться. Уже сняв маску, и отбросив ту в сторону, Глэм глубоко дышал, переводя дух. Ему тоже страшно, но есть надежда на спасение, ещё пару раз, он уверен, что память его не можно так сильно подвести, когда жизнь на волоске. — Пап. А ты помнишь- — Голубоглазый отмахнулся рукой, ему нужно сосредоточиться. Лай овчарок, они прямо в начале коридора тьмы. Они уже успели добраться к ним.

Антиутопия, где мы с тобой вместе, В одном вагоне, но некуда сесть нам,

Последняя попытка, оказалась успешной. За спиной прозвучал глухой выстрел, они будто за поворотом. — Получилось Ди! Скорее, — Глэм поднялся с места, они спасены. Но никаких звуков, кроме быстрого шага сзади, он не услышал. — Ди? Почему ты молчишь? Обернувшись, Глэма пробрал ужас. Так вот, что за глухой выстрел. Старший замер, смотря на совсем юного мальчика. Ди застрелился, от страха. Он уже не видел смысла, он лишился надежды. Голубоглазый упал, он не мог так просто уйти! Он хотел, чтобы они вышли вместе, нет! Мужчина был готов закричать, он не убрал пистолет в карман. Лишь белокурые пряди падали на лицо, и холодные руки, что держали оружие, свалились на грудь. Какой смысл, уходить, когда в руках лежит труп собственного отпрыска. В этот момент, блондин пожалел обо всём, что успел сделать. Что скажет Виктории? Полиции? Ди больше нет. — Стреляй! — Грубый, мужской голос, предвещал уже не первую смерть, только кто его будет слушать. Глэм поднял голову, лицо полицейского, наведёная винтовка.

Свободных мест полно, 

Мы встретимся взглядом

Куда угодно, но только не рядом.

End.