В твоих ладонях

      — Думаете, они сработаются? — вполголоса спросила помощница. Убедившись, что те ребята ушли, заговорила увереннее. — Учитывая, что в команде с ними беглый ниндзя преступник, который в одиночку сразил Пятого Казекаге и подверг жизни наших шиноби опасности. Но вопреки всем своим стараниям донести до Цунаде простую истину возможных последствий, Хокаге всё так же вела себя непреклонно и с сухостью смотрела на ситуацию, в которой шкала безумства превосходила самую высшую её степень.       — Нет, Шизуне, я уже говорила, — заверяла женщина, поднимая на неё устал взгляд. — Пока этот парень находится здесь в таком состоянии, нукенин не станет безрассудно себя вести. Сейчас выполнение миссии стоит превыше недавних перепалок. Доля человечности в этих шиноби всё же есть.       — А что насчёт Наруто? Неджи? Не думаете, что могут возникнуть проблемы?       — Не возникнут, — чинно продолжала она, поминая одну удивительную способность Наруто находить со всеми общий язык. На этом они сошлись. Девушка больше не досаждала с вопросами о миссии и смирилась, что достучаться до её строптивого характера не удастся. Цунаде твёрдо уверена в своих людей и от слов не откажется.

***

      — Нужно переодеться, поскольку ты теперь член команды. Цунаде распорядилась, чтобы тебе выдали нашу форму, — между делом дискутировал Неджи, пропуская мимо ушей постылый ропот Наруто. Покинув резиденцию Хокаге, Дейдара в сопровождении двух парней отправился в штаб, где базировались основные силы шиноби. Приказ Пятой выполняли безотлагательно, и вот Тсукури уже держал в руках комплект тёмно-синего костюма, состоящего из зелёной жилетки, водолазки, брюк, сандалий и протектора Конохи. Собственную униформу с алыми облаками он поместил в пехотную сумку. Это был главный стержень, необходимый для выполнения особой миссии. И выбравшись за изгородь Конохи, Хьюга огласил план действий на сегодня.       — Через два часа стемнеет. До этого времени мы должны пересечь столицу Огня и остановиться у водоёма, что протекает за рубежом. Там будет проще всего добыть пищу и разбить небольшой лагерь, а главное - в этом месте особенно цениться тишина, так что нас никто не побеспокоит.       — Зачем нам делать привал, если мы и за два часа спокойно обойдём предложенный путь? — внёс свои недовольства Наруто.       — Сам посуди, в какое время суток будет удобнее всего ловить цель? Расстояние мы преодолеем, а дальше-то что? Предлагаешь действовать в свете луны? А много ли ты сможешь с неё увидеть? Мой бьякуган пусть и был выбран для этой миссии, но ты сильно заблуждаешься, если считаешь, что затрачивать силы только для того, чтобы диктовать вам дорогу, является моей основной задачей. Когда разговор был окончен, они двинулись в сторону леса и ловко сновали между деревьев. Закат быстро скрылся в гуще листвы, которая приятно шелестела под ухом и едва щекотала слух. Юному Хьюге такая обстановка пришлась по вкусу: никакой спешки и излишней затраты сил. Лишь мелькающие по пути пейзажи, уходящего дня. А вот Наруто отнюдь не мог свыкнуться с той мыслью, что идёт нога в ногу с бывшим врагом. Его съедала внутренняя ярость и лишь из чувство долга перед миссией, которую поручила Цунаде-сама, у него хватало сил противостоять своей воле и не втоптать его в грязь. Небо стемнело на оттенок. В запасе был ещё час. Час, и они достигнут предел родной Страны, отчего придётся приглушить частый бег и начать переходить на шаг. Для этого необходимо будет спуститься на землю, что откроет слепую зону противникам. Но другого выбора нет, ведь хруст веток привлекает слишком много внимания. Неджи активировал бьякуган всякий раз, стоило кустику подозрительно шелохнуться. Наруто тоже вставал в очередь запускать свою технику, ведь как показала практика - Акацуки сильный противник, и дешёвые фокусы, вроде как с простыми преступниками - не прокатят. К соответствующим врагам - соответствующие меры. Все трое это понимали, и Дейдара, состоящий в их рядах, более чем. Отчасти, он был благодарен тем годам, которые посвятил рисковым скитаниям по миру. Ведь они научили его выживать в опасной среде. За время пребывания в организации он наработал много бесценного опыта и обрёл лучшую сноровку, которая позволяла не выделяться среди бывалых, опытных ниндзя-наёмников. Так же он открыл много возможностей в боевом искусстве, наблюдая за другими: рукопашному бою его обучал сам Сасори, что определённо дало свои плоды. Он не скупался на слабость и не жалел сил, вкладываясь в удары по полной. С Итачи возникла совершенно другая история. В борьбе против шарингана, будучи уже заточенным в стены иллюзий, он нашёл применение, соорудив собственное скромное изобретение, которое по обычаю таскал в кармане плаща. Кисаме он старательно обходил стороной. Его акула-меч с первого раза не признала в Дейдаре приятеля, а один только взгляд Хошигаке грозил о четвертовании. Так что сталкиваться с ним лишний раз было априори рисковой идеей. С Нагато он контактировал меньше, учитывая строптивый нрав лидера, в купе с нежеланием вести бесцельные разговоры, и обращался лишь по делу. Хидан казался причудливым, но на деле был тем ещё заядлым душнилой, красноречиво отзываясь о своей вере и ритуалах. На Какузу он пусть и глядел с опаской, всё-таки повторять участь бывших напарников и быть лишённым жизни - мало хотелось. Было полезно узнать его мнение, и общение выливалось в сплошные плюсы. А вот к Конан он испытывал исключительно противоположные другим чувства. Её присутствие всегда доставляло комфорт. Она словно наделяла его жизнь смыслом, дарила тёплые воспоминания и не смела осуждать буйного ребёнка, живущего внутри, который во многом давал о себе знать. Каждый из них внёс несравнимый вклад в жизнь Дейдары и, отнюдь, не был пустым местом. Однако в сердце блондина место было лишь для одного, и его уже занимал важный для него человек. Ради которого он готов пойти на многие жертвы, включая и союз с шиноби Огня. А ведь в прошлом, если ему представилось спасать тыл товарища, блондин и бровью бы не повёл. Теперь же он перестал следовать своим уставам и повадился держать в узде непреклонный нрав. Иначе никак, ведь на плечи легла большая ответственность, которую он нёс за двоих. Ошибки не прощаются. Вот и он распрощался со своей инфантильностью и стал относиться к серьёзным вещам должным образом. Повзрослел? Возможно. Ведь он понимал, что в череде его нескончаемых потех - добиться чего-то будет просто невозможно. Это раньше ему многое спускали с рук, а он в свою очередь мог позволить себе оставаться глупым и разгильдяйным мальчишкой, который за словом в карман не полезет. Но обстоятельства научили мириться с суровым правилами этой жизни и воспитали в Дейдаре превосходного, хладнокровного убийцу. Сейчас он больше времени уделял уличным тренировкам, поэтому кожа имела многослойный загар; спина и грудь обросли рельефом мышц, а широко расправленные плечи, лишь дополняли общую мускулатуру. Его корпус, его рост, его силы во многом изменились и больше не представляли собой бесформенное детское тело. За период проведённый в подземелье, он времени зря не терял: изводил себя самыми изощрёнными тренировками, в последствии чего валился с ног. Ему хотелось обрести больше сил, чтобы в дальнейшем оберегать Сасори от этого подлого мира, словно безоружное дитя. Вот, только причина всего этого была ему не ясна. Да, Сасори напарник. Но разве стал бы он печься о состоянии Какузу или Кисаме, попади они в беду? «Кисаме?!» — в голове на мгновение что-то проскользнуло, словно напоминая нечто важное, о котором Тсукури успел позабыть, за время пребывания в Конохагакуре. Когда солнце едва взошло на горизонте, четверо шиноби-наёмников, в положенном порядке, приветствовали лидера.       — Какузу, Дейдара, — разрезал стальной голос, на что сонные лица тотчас пробудились. — назначаю вас ответственными за поимку Орочимару. Отыщите его след и добейтесь ответов. Если потребуется, наведайтесь в гости.       — Итачи, Кисаме, вы отправляетесь в деревню Скрытых Долин, но перед этим, внимательно осмотрите путь к Скрытому Облаку. Это может занять как несколько дней, так и недель, но не исключайте малейшие возможности откапать след.       — Нет, — резко выдал блондин и притормозил, заставляя рядом бежавших парней непроизвольно дёрнуться и тоже сбавить темп. — Как же я сразу не понял... По виду и не скажешь, что в его голове могло бы быть что-то помимо ветра. Но его в самом деле терзали сомнения, ведь не ясно что делать: хвататься за голову, либо маневрировать ситуацией и по ходу дела распутывать клубные нити. Глаза забегали, мозги зашевелились, он ещё ни разу не следовал наспех принятому решению, разве что те не заканчивались плачевно. А теперь промашек быть не должно, ведь результат может стоить тебе жизни. И хуже всего - не своей.       — О чём ты? — с подозрением сощурился Хьюга, предполагая, что это одна из попыток сбежать. Он даже приготовился активировать печать, о существовании которой блондин, конечно, не догадывался, но его намерения оказались чисты. И невооружённым глазом видно, что бросать их он не собирался, более того, в этом не было логики, ведь товарищ его по-прежнему находится в лазарете.       — Мы движемся не в том направлении! — вновь заголосил Тсукури, словно толковал кондовую истину, которая никак не поддавалась осмыслению для чужих голов. Беда их ждёт, что не ясно? Однако в отличие от блондина, те не были включены в отряды Акацуки и о подробностях не догадывались.       — Что ты имеешь в виду? Нам было велено идти в Страну Рек, — укоризненно стрельнул Узумаки, в очередной раз хмуря свои светлые брови.       — Ты не понимаешь!       — Так поведай нам, отчего путь, проложенный в страну Рек, является неверным? — проявил выносливость Хьюга и вновь отличился своим железным терпением. Этим двоим стоит поучиться себя так вести, ведь ни тот, ни другой не знали преград и продолжали наступательно враждовать.       — Это слишком долгая история, — подхватив чужое спокойствие, менее жёстко выдал Дейдара. — чтобы её рассказывать, потребуется остановиться. Они высадились у одного из дерева и в ожидании замолчали.       — Предварительно, лидер раскидал нас по деревням, вручив каждому по индивидуальному заданию. Моё состояло отыскать след Орочимару и выпытать из него ответы, ведь единственный причастный к инциденту с Сасори - был он. Кисаме с Итачи велели проделать путь к Скрытому Облаку, а после наведаться в Долины, откуда вы нас депортировали. Но не меняет сути. Важнее не то, что мы заплетём дорожки Итачи с Кисаме, которых, судя по всему, засекли Коноховские шпионы. В этом есть сразу два минуса: первый - шарингану может противостоять только шаринган. Идти туда, зная, что в бой вступит Итачи - значит идти на верную смерть. Ну а второй, что это не даст никаких плодов, и мы лишь зря потратим драгоценное время. Куда полезнее будет сбить с пути Какузу, который на пару со мной отправился искать след Орочимару и предотвратить их встречу.       — Отчего это принесёт больше пользы? — Неджи потихоньку стал понимать, о чём говорила Цунаде, когда в очередной раз доказывала помошнице, что проку с него будет гораздо больше в быту, нежели в стенах сырой конуры. И доказательством стала ценная информация, о которой известно только Дейдаре.       — А ты подумай, что могут сделать посланники Орочимару, если узнают, что мы в сговоре? — Дейдара заставил двоих замолчать и всерьёз задуматься над словами. — Думаете, им принципиально гоняться за целью, которую уже удалось упустить дважды? Они оставят эту затею и немудрено, что не исключат возможности оставить подлянку, в которой выдадут всю подноготную о местонахождении Сасори. И когда лидер будет в курсе нашей затеи - проблем вы не огребете. И что мы имеем: исполнить волю Хогаке и наткнуться на Учиху, либо же сменить направление и не дать моему товарищу по команде отыскать змея. Хьюга, прислушиваясь к словам, не заметил в них лжи, а Наруто просто застыл, очевидно, ни слова не понимая.       — И что ты предлагаешь, нарушить указ? А недорого ли это будет стоить? — с ухмылкой произнёс Неджи, хотя мысленно уже взвесил все риски и согласился, что этот метод наиболее решающий.       — А разве первоначальной задачей не было свести их с дорожки? — ну, здесь не поспоришь. В любом случае, им требовалось всё взвесить, да и передвигаться ночью - лишь в очередной раз подставить себя под удар. Конечно, глаза Хьюги позволят избежать ловушек, а не притупленные инстинкты Тсукури в выживании помогут им, но Наруто? Он одним своим криком навлечёт беды, если угодит в капкан. Стоит устроить привал и обдумать весь план. Солнце всё ближе клонило к закату и увядало, больше не грея своими лучами. Эта ночь определённо будет холодной, не смотря на то, что они по-прежнему рядом со столицей Огня, в которой климат всегда отличался своей температурой. Под командованием Неджи они разместили небольшую палатку в десяти метрах от скромной реки, полагая, что так будет резоннее всего. Наруто было велено собрать хворост и развести огонь, а Дейдаре проверить ночлег на прочность и, если где-то были просеки, заполнить пустоту, забив гвоздь. Сам Хьюга в это время занялся приготовлением ужина, ведь это была такая же неотъемлемая часть миссии, как наличие стратегического плана. В первую очередь необходимые в бою силы приходят с белками и жирами, которые требуется восполнять каждый день. И так как они были в десяти шагах от водоёма, достать рыбу было не трудно. Хьюга быстро разделался с пойманными карасями и насадил на концы острых палок, которые предварительно заточил лезвием клинка. К этому времени подоспел Наруто, собрав найденные сучки и брёвна в одну кучу, после чего развёл огонь. Сытые и довольные они обсудили план действий на следующий день, так же составили список дежурств на ночь, а после отправились по спальным мешкам. Неджи, как блюстительный командир и просто ответственный человек, вызвался на пост первым. Так что Наруто с Дейдарой, вопреки взаимной неприязни, пришлось лечь рядом. Узумаки долго противился этой идее, но несмотря на бойкость - быстро заснул, вспоминая, что через два часа должен сторожить палатку. Дейдаре везло больше всего, так как на его дежурство - очередь не перепадала. При другом раскладе, Наруто бы обязательно вспылил, но сам понимал, что оставлять его без присмотра - то же самое, что дать заключенному ключ от свободы со словами: «Никуда не выходить». Тсукури, в отличие от шумного блондина, глаза не смыкал. В голове вертелась давно засевшая фраза: «Теперь жизнь товарища в твоих ладонях». Что бы это могло значить? Раньше ему не приходилось заботиться о раскладе чужой судьбы, ведь в команде с ним выступал Сасори, куда более зрелый и опытный ниндзя. Перенимая инициативу в свои руки, он не давал Дейдаре и шанса проявить содействие, подминая выполнять собственные указания. Оттого ему невдомёк чувство ответственности на данном этапе, которое старательно навязывают собственные мысли. В то время, как Наруто бормотал подробности своего откровенно-подросткового сна, Дейдаре тоже было о ком подумать. Мысли, прежде преследовавшие его, которые не смели заходить дальше положенного, на сей раз находчиво обошли систему и развернули перед ним целый спектр возможностей. Вспомнить хотя бы, как их губы сплетались в невинном поцелуе, как при объятии кожа горела и скользила между друг другом, вызывая смешанные эмоции, как он сжимал в кулаке влажные волосы, притягивая к себе, а те в свою очередь приятно щекотали ладонь. Но более интимным было видеть его слезы, водопадом стекающие по щекам и раскрытые от безысходности губы, которые вдобавок мелко подрагивали.       — Ещё не спишь? — резко вторгаясь своим голосом в подсознание парня и заставляя мышечно содрогнуться, удивился Неджи.       — Размышляю, — неоднозначно увернулся блондин, спустя минуту раздумий.       — Надеюсь о том, как успешно справиться с миссией, — с наваждением подчеркнул Неджи, тряся болвана за ногу и призывая проснуться.       — Да, и об этом тоже, — проронил блондин, что уловимо было только ему. Он и позабыл, когда последний раз смотрел на него, как на напарника по команде. Прежде они не были столь близки, чтобы звать себя товарищами. А теперь же при мысли о нём, в голову прокрадывались совершенно несуразные картины, которые приливали в одном месте и влекли к Сасори, далеко не как к старому приятелю. Это случалось впервые. Впервые кто-то настолько вскружил ему голову, что он готов так отчаянно биться за жизнь, в череде с бывшими врагами. Хотя, почему бывшими? Наруто до сих пор вспыльчиво реагирует, а Неджи только за счёт самообладания не позволяет опуститься до его уровня. Дейдара накрывает лицо ладонью, ложась обратно, как его тут же пробирает от холода. Пока он сидел, согретая поверхность остыла и тут же полоснула по коже прохладой. Они находились совсем близко к стране Рек, а климат там, как он уже выяснил, переменчивый. Днем бывает жарко, почти душно, что пот ручьями стекает по телу и одежде, а ночью холодный воздух заставляет поёжиться и продрогнуть до костей.       — Сакура-чан...? — задаётся Наруто, потирая сонные глаза. Хьюга на это лишь презрительно щёлкает языком и махом выставляет за уши. — А-а-а! Ты что творишь?!       — Тише, ты так всех птиц распугаешь! — шикнул он. — Сейчас твоя смена, если не забыл, — уже спокойнее пояснил Неджи, усмиряя блондина.       — Тц, — развёл он руками. — Конечно, я помню! Хьюга не стал больше спорить и благополучно отправился в палатку. Он мгновенно заснул и в отличие от шумного Наруто не замахивался на Дейдару. Хоть это и радовало, парень по-прежнему не чувствовал приближение сна. Он выглянул наружу, отмечая про себя, что здесь зябко вдвойне. В двух метрах сидел буйный блондин, который то-ли дремал, то-ли клевал носом, но внимание обратил не сразу. Лишь после шелеста палки, которая хрустнула под ногой Тсукури, в попытке выйти незаметно.       — Куда это ты? — его мигом отрезвило и заставило вскочить на ноги, но Дейдара лишь утомлённо вздохнул, обвив себя руками, для поддержания тепла.       — Не волнуйся, сбегать я не собираюсь, — объяснил он, нехотя приближаясь. Костёр, сделанный ранее, сохранял стойкость, пусть и укоротился в размерах.       — Так я тебе и поверил, — хмыкнул он, но всё же развивать эту тему больше не стал. Хлебнув травяного настоя, который им в дорогу завернула Харуно, Узумаки поморщился. Его назначение явно отличалось от того, каким он применял его сейчас, ведь обладал превосходным свойством бодрить, ужасая горечью привкуса. — Почему не спишь? Наблюдая, как тот несмело топтался по сторонам, всячески пытаясь согреться, Узумаки подозвал к себе, предлагая место у огня, отчего Тсукури не отказался.       — Не получается, — признался он, усаживаясь рядом на корточки. — Скоро будет светать, думаю, выспаться уже не удасться. Он выставил ладони вперёд, чувствуя, как окостеневшие кончики пальцев стали понемногу отмирать.       — Мы отправляемся не с первым восходом солнца, так что у тебя ещё есть время поспать, — без задней мысли ответил Наруто, чувствуя, что присущая ярость постепенно спадает, а он уже не ощущает при себе желание набить ему рожу. — Или тебя что-то беспокоит?       — А? — его хватило удивление не меньше, чем самого Наруто. Он даже развернул голову, в то время как Узумаки поступил так же. Его встретил весьма проницательный небесных свод глаз, который в отличие от своего излучался неведомым любопытством.       — Поделись тем, что тебя тревожит, возможно, я смогу чем-то помочь. Наруто частично ощущал себя идиотом, ведь кто стал бы интересоваться делами человека, однажды доставившего другим не мало страданий. Но что-то во взгляде Тсукури заставляло побеспокоиться и, раз уж они в одной лодке, стоит наконец смириться и начать как-то взаимодействовать друг с другом. Сейчас они одна команда и должны держаться вместе, а если один будет отдалён, то их работа не пойдёт на лад.       — С чего вдруг такое милосердие? — склочно усмехнулся блондин, но тут же вернул лицу задумчивый вид.       — Интересно узнать, что может беспокоить такого, как ты, — ухитрился Узумаки, не став раскрывать своих карт. Мало ли ещё что надумает. Узумаки только подошёл к стадии смирения, но никак не принятия. Для него Дейдара по-прежнему опасный преступник. Оба замолчали. Наруто смотрел прямо перед собой, уже не ощущая потребности испепелять его взглядом. Вдали красными полосами виднелся рассвет, который воистину завладел чужим вниманием. Картина абстрактно переливалась цветами, а вид отсюда лишь подчёркивал подлинность природной красоты: продолговатые стволы деревьев, которые разделяли границу страны Огня и Рек, подле которой журчала вода, двигаясь вместе с направлением ветра. Эти багровые оттенки цветов напоминали Дейдаре о волосах, которые не выходили из его головы, весь оставшийся месяц. Он поймал себя на мысли, что хотел бы разделить это мгновение с ним и наблюдать за перерождением нового дня вместе. Ему не хватало этого пылкого взгляда напротив, который снисходительно приземлял Дейдару на землю, объясняя разницу если не в силе, то хотя бы в зрелости своего ума, тяжёлых вздохов, которыми он одаривал блондина всякий раз, стоило чему-то пойти не по плану, физической близости, которой он лишился, с пребыванием в Коноху. Его поместили в единичную камеру, вместо еды подавали отходы, а при выгуле на свежий воздух запрягали самыми низменными поручениями. И когда он думал, что хуже и быть не может, вспоминал тот самый день: Держа его за руку, сердце пропускало удар. Надежда почти что угасла, а его светлым дням пришёл конец. В собственной ладони он ощущал, как кожа теряет свою теплоту и заметно бледнеет. Как грудь перестаёт наполняться, а с губ уже не слетают тихие выдохи. Как мир внутри него рухнул, а Сасори почти навсегда погрузился в покой, без надежды воскреснуть. Небо потихоньку светлело, стирая остатки живописного деяния, в заключение дав ещё пару минут насладиться его уходом. И вскоре, когда пейзаж растворился, а на смену ему воздвинуло путь солнце. Наруто с Дейдарой немного встряхнулись, словно отходя от гипноза.       — Мне не даёт покоя Сасори, — всё же нашёлся с ответом блондин, а Узумаки потупил взгляд, с опозданием вспоминая, на чем была прервана их дискуссия. Казалось вечность ушла на то, чтобы у Тсукури развязался язык, хотя обычно проблема была в обратном. В отличие от Наруто, он не просто бесцельно созерцал, в его голове превозмогал целый спектр эмоций, который отнюдь вызывали не дивные красоты. — Он уже неделю находится без сознания. Что, если он больше никогда не придёт в себя?       — Брехня, — смеётся Наруто. — Бабуля Цунаде и другие лекари в Конохе в силах о нём позаботиться. Однажды Сакура спасла человека, который был отравлен самим Сасори, — слова блондина внушали уверенности. Дейдара ощутил малое облегчение, ведь если сравнить напарника в прошлом, его мастерству не было равных, а яд приводил лишь к фатальному исходу. Медики в Конохе действительно невероятные люди.

***

Утром блондина поднял окрик птиц, которые склёвывали вчерашний недоеденный ужин и громко хлопали крыльями. Открыв глаза, он отметил, что проснулся первее всех. Наруто так и уснул на посту, проморгав весь надзор. Доверять ему охрану было, в самом деле, гиблой идеей. Хьюга также проспал как убитый и на гул стаи птиц внимания не обратил. Будь они на территории Рек, их останки можно было собирать по частям. И никакие инстинкты не предостерегли бы юных шиноби от опасности. По ощущениям он проспал не больше пяти часов, борясь сначала с едкими мыслями, а после с солнечным потоком, который умудрялся проникнуть внутрь палатки и усердно ослеплял глаза. Но выглянув наружу подметил, что солнце давно взошло на горизонте и для раннего утра светило достаточно высоко. Между тем он ненароком ощутил плотный осадок в атмосфере, да и воздух как будто приобрёл какой-то другой аромат. «Сколько я проспал? И почему они до сих пор не проснулись?» — недоумевал Тсукури, разглядывая спящего Хьюгу, который расположился недалеко от него. «Словно печати забвения наложили» — успел подумать парень, трогая чужое плечо, на что реакция вновь не поступала. Набравшись смелости, блондин встряхнул его, как следует. От этого движения сон нарушился, тело напряглось, а реакция была мгновенной. Чужое ровное дыхание сбилось, а руки инстинктивно перехватили запястье, намереваясь свернуть. Но открыв глаза, он помедлил, пытаясь узнать, что же вносит диссонанс в его сон. Эта задержка и спасла Тсукури, понимая, что спросонья Хьюга может ненароком и убить. Он резко отпрянул назад, когда хватка ослабла и подождал, пока тот не придёт в себя.       — Что случилось? — залпом спросил он, не спеша извиняться за грубость. — Нас просекли? Где Наруто? На что ответом ему послужила тишина, сквозь которую пробивалось чужое громкое похрапывание. Хьюга сам же ответил на свой вопрос и тот час потёр переносицу. Как только мог он доверить Наруто такую ответственную работу.       — Поднимайся, болван, — одёрнул парень, запустив в лоб отрезвляющий щелбан. Сегодня они действовали более слажено. Наруто перестал пропускать мимо себя присутствие блондина и даже взаимодействовал с ним. Они ловко сгруппировались и в два счёта справились с палаткой. Между тем обменивались словами, когда прежде не позволяли и звука вымолвить.       — Гвозди сложи в боковой наружний карман, они нам ещё пригодятся, — диктовал Узумаки, набирая в флягу воды.       — Готово. Неджи долго наблюдал за этой картиной и не мог понять, в какой момент их отношения изменились, а с неприязни и след простыл. Либо Дейдара властвует таинственной техникой, внушая людям всевозможные вещи, либо Наруто, в самом деле, обладает волевой натурой, которая позволяет находить общий язык даже с самыми отстранёнными и разношёрстными людьми. Перед вылазкой ребята окунулись в реку, пользуясь возможностью. Ведь неизвестно, когда им в следующий раз выпадет такой шанс. Не ближайшие пару дней точно. А там уже в зависимости от ситуации. С этой мыслью Дейдара тщательно омывал своё тело, кусками сдирая грязь. Так себе ощущение. Он словно менял старую кожу на новую. От усердного трения она действительно стала белее. Очистилась от пыли и грязи, что обитала в темнице. Помыться там раз в два дня было посланием с небес.       — Ну давай, гений, толкай свой безумный план, — ошпарил своим саркастичным тоном Наруто, однако ни того, ни другого это не удивило. Как мало Дейдаре потребовалось, чтобы свыкнуть с его характером.       — Прежде всего, чтобы осуществить этот план, нам нужно будет наведаться в Ивагакуре - Деревню Скрытого Камня. Оттуда я добуду ресурсы, после чего мне удасться найти моего товарища.       — Погоди, ты это в серьёз? — не поверил Хьюга, находя в этом большую вероятность риска. И уже не для юных шиноби, а для всего народа Огня. — С Каменным государством наша страна не тесно общается, а последние годы и вовсе кидается с обвинениями. Проникать туда в обличии шиноби Листа - слишком рискованно, одним своим видом ты можешь разжечь международную войну.       — Значит, предстану в плаще, — не сдавался Тсукури. — Я вырос в этой стране, отчего знаю все потайные ходы и скрытые тропинки, так что проникнуть туда и добыть - не составит большого труда. Неджи собрался повторно возразить, но в с другой стороны, они уже согласились на этот безумный план, принимая все риски. Значит, и это не исключение.

***

Спустившись на нижний этаж, где обычно проводились самые грязные и подпольные ритуалы, юноша ожидаемо наткнулся на саннина. Со спины было не сильно заметно, но его беспросветное нахождение здесь, выдавало упадок сил и болезненное изнеможение. Подвал представлял собой небольшой периметр помещения, вдоль которого были размещены капсулы, с разновидностью человеческих органов. Жёлтый свет от лампочки, который единолично рассеивал мрак, основательно подчёркивал устрашающее место. Так же температура здесь гораздо отличалась от остальных комнат, потому тут и было так холодно.       — Орочимару-сама, — смиренно склонившись перед своим наставником, обратился белокурый юноша. — Вестей из Конохи не было с того самого дня, стоит ли вновь запрягать наших слуг...? К поставленному вопросу, мужчина интереса не проявил и желания отвечать тоже. Он бы и дальше продолжил молчать, следуя своей работе, но подчинённый проявил настойчивость.       — Прошу, если вы не дадите конкретный ответ, я буду волен сам распоряжаться ситуацией, — вновь подал голос Якуши, слыша, как тот сложил предметы на столе и медленно развернулся.       — Пожалуй, в этом уже нет необходимости, — неоднозначно изрёк сиплый голос, отчего Кабуто показалось, что наставник не в духе. Но дело было вовсе не в этом. — На наш след напали и уже следуют в правильном направлении.       — Хотите сказать, кому-то удалось обнаружить след, который я тщательно заметал? Кто бы это мог быть? — впал в думы Кабуто. Но Орочимару, казалось, мало это заботило. Колбы занимали больше его интереса, нежели информация, что за ними ведётся хвост. Судя по тому, с какой интонацией это было сказано, он либо заранее знал, либо ментально подгадывал чужое приближение.       — Понятия не имею, но могу лишь предположить, что шиноби, следующие за нами, солидного ранга.       — Думаете? Раз уж мои старания были столь ничтожны, можно подумать, что отыскать нас мог бы и тот же самый Наруто, — с долей самоиронии прикинул Кабуто, поминая примечательную солнечную макушку, которая везде преуспела запомниться своим хаосным видом.       — И то верно, — согласился Орочимару. — Но у меня свои критерии оценки силы. И, пожалуй, Наруто тоже вскоре доберётся до сюда, дабы поквитаться с давнийшим другом. Что думаешь, Саске-кун? — завидив в углу одну, уже давно притаившуюся фигуру, которая особенно выделялась торчащими вверх волосами, ехидно отметил змей.       — Плевать, — холодно отозвался Учиха, и его эхо разошлось по всем углам. Саске редко можно было застать в своей обитальне, ведь он регулярно упражнял своё тело и подвергался самым усиленным тренировкам. А как только речь зашла о Наруто, слух болезненно резануло и вывело его прямо сюда.       — В таком случае, не желаешь принять участие и не почтить нашего гостя личной встречей?       — А что, твоё тело уже настолько одряхло, что не способно вступать в серьёзные сражения? — не по доброму улыбнулся парень. — Вероятно, поэтому ты перестал проводить тренировки со мной?       — Да как ты смеешь! — осерчал Якуши, хватаясь за рукоять клинка, но уравновешенный нрав саннина привёл его в сознание и заставил помедлить с необдуманным решением.       — Саске-кун, не ищи в моих словах скрытого подтекста. Я лишь предложил тебе возможность проверить свои способности в действие, — вкрадчиво изъяснил низкий голос, находя в смурном взгляде слабый, но всё же заметный прилив азарта.