«&»
17 сентября 2021 г., 08:20
... это разбудить его мягким голосом и кружкой теплого напитка. Ведь глубокий древесный цвет кофе так чудно сочетается с его, словно выгоревшими на солнце, золотыми волосами.
... это запустить в него колчан новых, только появившихся в письменном столе и еще ни разу не использованных, перьев. В благодарность за утренний кофе.
... это случайно закрыть дверь перед его носом, чтобы напомнить, как важно смотреть не только на неожиданно преобревшие способность летать перья, но и на пол, по которому ходят не только его, обутые в кожаные сапоги, но и чужие, изящные и мягкие, одетые в легкие летние гэта, ноги.
... это потирать ушибленный лоб, выслушивая шутливые и самую малость колкие замечания по поводу своей неосторожности и невнимательности, и думать, что слабительное в супе - случайность. И не важно, как именно эти таблетки перекочеватли из медотсека в кухню.
... это добавить побольше овощей в его суп, как и просили сестры, проклинающие на чем свет стоит все хоть сколько-нибудь градусосодержащие напитки. Знают, что сколько бы они не прятали алкоголь, Отец все равно найдет способ достать еще.
... это рассмеяться после очередной провалившейся попытки дочерей забать у него его тыкву, в которой и спиртного то нет, одна вода, но не показывать виду, задорно скалясь на их надутые щечки и приговаривать, что в сдедующий раз получится.
... это выйти на палубу и вдохнуть свежий морской воздух, удивляясь той тишине, что завладела их кораблем и томит вздорных новичков своей неопределенностью. А нет, показалось. Вот и надсадные крики первых жертв дорогого младшего брата , что так усердно изо дня в день не дает нам помереть от скуки.
... это возмущенное пучить глаза, уповая на его здравомыслие, понимая, что оно - редкий гость в этой юной и ветреной головушке. Проще уговорить морского короля съесть перец, чем отговорить юного командира от задуманной им шалости.
... это сделать мудрый взгляд и с долей пофигизма ответить, что жизнь не постоянная и что настанет день и их обидчик ответит по заслугам. Естественно, когда к их брату нагрянет карма и накостыляет ему по самое небалуй, ответить уже некому. Запах с камбуза был столь манящим, что пришлось оставить их связанными на палубе, с загадочной ухмылкой убеждая, что скоро за ними кто-нибудь придет.
... это заставить отмывать палубу в наказание за глупые и несвоевременные шалости лишь за тем, чтобы уже через час подскользнуться на мыльной и, что самое удивительное, чистой палубе, умудрившись при этом прокатиться по ней пятой точкой и снести пару тройку одиноко стоящих и ничего не подозревающих братьев.
... это ощущать затылком взгляд его пронзительных голубых глаз и предпологать, что выкрашенные в розовый и старательно смоченные в меде перья все же были лишними.
... это ни секунды не раздумывая броситься за борт, стараясь разглядеть его в морской синиве и молиться успеть всплыть с ним на поверхность раньше, чем у обоих закончится воздух.
... это едко похвалить за хорошее погружение, ни секунды не сомневаясь, что выпади за борт он, его тоже успеют выловить, так же одарив своим вниманием и шуточными колкостями.
... это накрыть их теплым, вязанным пледом, чтобы эти глупые пьянчужки не замерзли во время ожидаемого ночного похолодания. Учитывая, что одна из этих пьянчужек и предсказала это похолодание.
... это увидеть в его глазах точную уверенность, что не имей он срочных дел, самолично уложилбы в кровать и старательно утромбовал в матрац, грозясь завтра прийти с кастрюлей и половником, если он сейчас же не уснет, дав опьяненному телу долгожданную передышку после многочисленных танцев и оригинальных конкурсов, из которых оно мистическим образом выводило своего обладателя победителем.
... это проснуться в темноте своей комнаты лишь для того, чтобы вновь, с улыбкой на губах, погрузиться в мир грез, уместив голову на недописанных строчках, ощущая тяжесть мягкого одеяла на своих плечах.
