Отравленное яблоко

— К сожалению, Всемогущий и другие герои не смогут участвовать в этой операции. Нельзя подвергать их риску заразиться болезнью, от которой нет лекарства, — перед входом в здание Старатель нас ещё раз протестировал. — Главная опасность — ному. Их я беру на себя. Ваша задача — задержать злодеев. Шото, можешь просто их заморозить. — Хорошо. — я чувствовала, какую неприязнь испытывает Шото по отношению к своему отцу. Но пытается сдерживать гнев, чтобы на эмоциях не натворить дел. — А ты, Рин… Сыграешь роль приманки. — Чего? — об этом он меня не предупреждал. — Пригрозим Айко, что если она не выдаст местоположение препарата, с тобой случится… Что-нибудь нехорошее. — Ясно. — от волнения я крутилась на месте и заметила чуть поодаль микроавтобус. А рядом с ним — людей в шлемах и с щитами. — О… Это омон? Старатель кивнул. — Помогут нам доставить злодеев до тюрьмы. Ладно… — он глянул на наручные электронные часы. — Пора наступать. Мы наконец оказались внутри заброшенного склада и тихо начали поиск препарата или кого-нибудь из Лиги. В помещении, в которое мы сперва зашли, было темно, но фонарь не понадобился: мои волосы ярко светились зелёным, что добавляло складу какую-то зловещую атмосферу. В темноте огромного пространства мелькнул силуэт. — Шото! — от неожиданности закричала я, и все стены и пол покрылись ледяными наростами. Силуэт на мгновение оказался обездвижен, но потом он вспыхнул синим пламенем. От настолько резко перепада температуры стеклянные окна и лампы потрескались, и некоторые из них разлетелись на осколки. Тодороки создал ледяную скалу, загородив нас от стекла. Лёд обратился в воду, и воздух наполнился паром, от которого видимость значительно понизилась. Человек с синим огнём убрал пламя. Я разглядела ещё троих: девушку с двумя пучками, парня, чей костюм закрывал всё тело, и… Вторую девушку с пучками? Они двигались синхронно, и предположение о том, что это близняшки, рассеялось: слишком уж они были похожи, будто одна из них — клон. А ведь Айко говорила, что в больнице находится её копия. Значит у Лиги есть возможность создавать клонов своих членов. Перед моим лицом блеснул нож, и я ощутила резкую боль в щеке. Кровь брызнула во все стороны, а кто-то закричал: — Тога, нет! Это Рин! Её кровь нельзя пить! — но девушка не послушала: её язык прошёл по лезвию, и тело преобразилось: в момент выросло, стало смуглее. Я увидела свою точную копию, а она скинула куртку, расширила поры… — Тога?! — закричал парень в костюме. — Как ты себя чувствуешь? — Я — прекрасно. — захихикала она. Выходит та Тога, что выпила мою кровь — клон. Я повернулась в её сторону: копия, не выдержав яда, начала таять. Но расспросить газ успела. — Как хорошо, что ты, Рин, можешь делать свой яд опасным для конкретных людей… — улыбнулась Тога. Откуда она узнала о моей способности?! Неужели от Айко?! — странно, что Старатель и его сынок ещё не побежали на улицу. Может, от вируса вы и спасётесь с помощью высоких температур, но от газа Рин… — Нет! — я заметила, что копия Тоги, перенявшая мою внешность и способность, просуществовала немного: концентрация газа в воздухе небольшая. У них ещё есть шанс спастись. — Нужно уходить! — да кто нас отпустит?! Нас вновь окружило кольцо синего огня. Всё произошло так быстро, что мы даже не успели атаковать… Тело Старателя вмиг окружил его огонь. Он сдаваться не собирался, как и мой Шото. Они без колебаний прошли сквозь огненную стену, а я осталась внутри неё. Мне не стоило волноваться за себя: Айко бы не позволила меня убить. — Пожалуйста, уходите! — но Тодороки оба набросились на юношу, кожу которого покрывали грубые обгоревшие заплатки. Синие и алые языки пламени сплелись в едином танце, а потом неожиданно позеленели. — Что происходит?! — я ринулась им на помощь. Зелёное пламя дёрнулось в мою сторону, и мне почему-то показалось, что оно мне подвластно. Я взмахнула руками. Огонь собрался в две сферы и прильнул к моим ладоням. Я направила пламя на парня в заплатках. Его тело вновь воспламенилось, но огонь снова стал зелёным и набросился на юношу. — Как ты это делаешь?! — воскликнул Шото. — — Я понятия не имею! — почему огонь зелёный… Зелёный… Как мои волосы и глаза. Быть может, у меня есть сила управлять огнём, которым горит мой газ? Он ведь есть в воздухе! А можно ли сжечь его полностью? — Шото, прошу тебя, больше огня! — и его тело полыхнуло будто факел. Прогремел взрыв. Меня отшвырнуло в стену. Видимо, этот газ ещё и взрываться может… Я с трудом открыла глаза. В ушах звенело, а картинка перед глазами вся рябила. Я осмотрелась. Все, кроме Старателя, лежали на земле. — Шото! — я едва поднялась на ноги и кинулась к нему. — Я в порядке. — ответил он, садясь. Мы увидели, что троица, напавшая на нас, уже связана Героем Номер 2. — Где хранится лекарство от вируса Айко? — угрожающе спросил он, но ответа не последовало. Входная дверь приоткрылась, и Тога, увидев пришедших, расхохоталась. — — Лекарство у нас есть. — это был Томура. Одной рукой он держал Айко, обхватывающую его шею, а другой — активно жестикулировал. — И я бы с удовольствием его отдал, будь наши требования выполнены. — В нашем послании правительству было одно важное условие: «никаких героев». — продолжила за него Айко. Старатель попытался приблизиться к ним, но Шигараки поднёс руку к полу и активировал причуду. По бетону прошлись трещины. Неверный шаг — и всё здание обрушится. — Айко, как ты не понимаешь! Из-за твоих требований гибнут люди! Как ты можешь быть такой равнодушной и жестокой?! — нет, это уже не моя сестра. Это холодный, расчетливый злодей, подавляющий нас своим холодным взглядом. — Вы планировали заразить лишь один район. А в итоге, болеет огромный процент жителей… — Так запомните этот урок. Чтобы в следующий раз наши указания выполнялись сразу. А сыворотка… Я не думаю, что узнав, как мы её производим, вы захотите её использовать. Курогири! Чёрная пелена человека-портала заметно разрослась. Тодороки и Старатель заметно напряглись, ожидая, что из чёрного прохода на них выйдут ещё злодеи. Но нет. В нём мы увидели комнату, а в ней — человека привязанного к стулу. Он был худ и измождён, казалось, что потерял много крови. — В её состав входит кровь человека с причудой исцеления. К сожалению, чтобы вылечить всех заболевших горожан его сил недостаточно: против Айко-вируса и заболеваний, которые являются результатом причуд, он бессилен. Но мы с Айко смогли создать лекарство, использовав его и её кровь… — Но это бесчеловечно! — закричал Шото. — «Бесчеловечно»?! Заражать людей — бесчеловечно! Изготавливать лекарство — тоже бесчеловечно! Что же по-вашему лучше?! — резко ответила ему Айко. — Вы так стремились заполучить препарат, чтобы потом отказаться от него, из-за того, что это, видите ли, бесчеловечно! Неужели вы не готовы пожертвовать одним человеком ради спасения тысяч заражённых? — Посмотрел бы я на тебя, когда тебя захотят принести в жертву «ради спасения тысяч!» — Я уже принесла себя в жертву. — холодно сказала моя сестра. — Обменяла спокойное, честное существование на жизнь среди преступников. А ведь борюсь я за тех, кого общество презирает за причуды, которые они не выбирали… Рин. Ты должна понять… Портал закрылся и появился за спиной Старателя, поглотив троих, которых он связал. Герой кинулся за Томурой, но Шигараки и Айко тоже ушли в портал и исчезли. По стенам здания пробежало ещё больше трещин. Тёмная пелена осталась. Сквозь неё прошли двое ному. — Убегайте! — Шото послушал команду отца и бросился прочь, к выходу из помещения. — Подождите! Я могу помочь?! — но ответом мне был суровый взгляд героя. Я кинулась за Тодороки. — Шото! Что нам теперь делать?! — краем глаза я увидела, что отряд полиции уже отправился на помощь Старателю, и моё волнение чуть ослабло. — Мы не нашли препарат… Как теперь помочь больным? — А у меня есть идея! Её мне подкинула девушка, превратившаяся в тебя. Ты ведь научилась выборочно отравлять своим газом? Ты можешь выпустить его и убить только вирус, находящийся в теле заражённых? Меня эта идея одновременно обрадовала и привела в ужас. Я очень хотела помочь… Но вдруг ошибусь?! — А если у меня не получится, и кто-то погибнет?! — Они в любом случае погибнут. Не от яда, так от болезни. Поэтому попытаться стоит. Мы пришли в ближайшую больницу. Заражённых было так много, что мест не хватало, и некоторых клали в коридоре. Я подошла к одной из коек. Вид чело, плотно укутанного в одеяло, почему-то вызывал тревогу. Какой же он был бледный, блестящий от пота и тяжело дышащий. Сквозь мои поры пошёл газ. Я скрещивала за спиной пальцы и постоянно повторяла: «Только для вируса, яд опасен только для вируса, только для Айко-вируса…» И через несколько минут пациент задышал ровнее. Мышцы уставшего лица умиротворённо расслабились. — Да!!! — закричала я, вызвав тем самым гнев врачей. Но какое мне было до этого дело?! Я спасла человека! И спасу ещё тысячи! Моя причуда наконец-то кому-то помогла! Я бросилась в объятья Шото. Он бережно снял мою маску и поцеловал. Сперва в щёку, а потом и в губы. Я плакала и смеялась одновременно. А потом побежала по длинному коридору, распространяя убивающий вирус газ.

***

Pov Айко

С начала эпидемии прошла неделя. Из семи тысяч заболевших погибли только двадцать шесть. Остальные поправились. Рин стала очень популярной и даже получила несколько денежных наград за спасение огромного числа жителей. Теперь она, помимо создания костюмов для героев, лечит людей от разного рода вирусов. Все хотят с ней дружить, от рекламных агенств, желающих снять её в роликах, нет отбоя. Это я узнала из её инстаграмма. Там же Оота сообщила, что Фуюми Тодороки оформила над ней опеку. Они с Шото живут вместе и уже ищут квартиру, чтобы жить самостоятельно. Я рада, что благодаря моему вирусу жизнь Рин настолько улучшилась. Но это только начало. Мне предстоит помочь ещё многим таким детям. История о заболевании и наших требованиях правительству облетела всю страну. И словно вирус распространилась и моя идеология. В Лигу устремились десятки моих сторонников. Из-за Старателя мы потеряли наш штаб и ному. Поэтому собрания Лиги временно проходят в квартире Томуры. Первое время Шигараки адски бесился по этому поводу, но потом привык. Признаться честно, это больше напоминает дружеские посиделки, нежели собрания злодеев. Мы вместе со всеми пьём чай, смотрим телек и играем в игры. Порой кто-то приносит что-то вкусное. Я рада, что у нас настолько тёплые отношения. И я не жалею, что Рин с нами нет. Она не создана для мира злодеев, постоянных опасностей, убийств и так далее. Пусть будет счастлива со своим Шото. Но я не сомневаюсь, что нам уготовано столкнуться ещё раз. И это внушает мне страх: я не хочу сражаться против собственной сестры. Надеюсь, нам не доведётся сражаться во враждующих отрядах. Но Лига крепнет. У нас, благодаря моим хакерским способностям, появились сводки полиции обо всех преступлениях и планируемых операциях героев. Так мы узнали о том, что на нас нападут Старатель с Рин и Шото. Поэтому успели подготовиться. Мы с Томурой ещё сильнее сблизились. Я осознала, что же в нём меня так манит: его схожесть с Рин. О, мои милые дети, навредившие кому-то бесконтрольной причудой… Я обязательно создам мир, где вы будете считаться не отбросами, не преступниками, а потерпевшими. И вам обязательно протянут руку помощи.

***

Я пришла на кухню, чтобы сделать себе молоко с мёдом. — Как спалось? — хочу добавить, что после «эпидемии» я спала по пятнадцать часов в сутки. Видимо, распространение вируса — дело энергозатратное. — — Неплохо. — ответила я Томуре. — Сегодня ещё двое попросились в Лигу. Чувствую, скоро на нашей стороне будет целая армия. — И что тогда? Опять попытаешься натравить их на Всемогущего? — А почему нет? — обиженно спросил он. Томура вечно бесится, когда я критикую мои высмеиваю его планы. — А то, дорогой мой, что нужно мыслить глобальнее. Как насчёт подмять под себя правительство Японии? — А как ты это сделаешь? — С помощью того же вируса. Точнее… Я попробую развить его. Ну, знаешь, создать новый штамм… Ускорить распространение так, что Рин просто не успеет оббежать всю страну и везде выпустить газ. — Ты действительно самый настоящий вирус, Айко. Вирус, поражающий самое сердце… — он запрокинул голову и засмеялся, пародируя цитатки из ванильных пабликов: — я болен тобой… Это был первый раз, когда Шигараки рассмеялся передо мной. Не безумным злодейским хохотом, а звонко, чисто, почти по детски. В детстве ему этого смеха не хватало. Как и мне. Нас вела только ненависть к окружающему миру. Ну ничего. Мы ещё наверстаем упущенное и станем счастливыми. И наше счастье не будет разрушено ненавидящим нас обществом.