Шоу «Кулинария»

— Доброго всем дня, с вами программа «Кулинария», и сегодня на нашей кухне мы приветствуем Кайла Брофловски, начинающего, но не подающего никаких надежд кондитера из Южного Парка. Кайл, поведайте публике о себе. — Кенни, иди в задницу! — Кайл отталкивает импровизированный микрофон из огурца, и потупив пару секунд забирает овощ. — Кайл оказался довольно несговорчивым участником шоу и, как вы могли заметить, меня лишили микрофона. Поэтому увидимся после короткой рекламы, не переключайтесь! Кенни показывает знак мира, и Эрик разводит пальцы, собранные в квадрат, которые служили им камерой. По кухне разносится смех, но Кайл стойко игнорирует, подготавливая продукты. Вот на столе уже лежат яйца, молоко, шоколад, масло и огурец. Последний понадобится позже в качестве начинки для мясного пирога, который он ещё немного и сотворит из этих двух придурков. — Каееел, верни микрофон, — просит Картман, пытаясь спереть шоколад со стола, но получает по рукам. — Ну тогда хотя бы верни камеру! — Ваши телефоны полежат пока у меня. Скажите спасибо, что я позволил вам вообще тут находиться, — Кайл хлопает в ладоши и решает приняться за работу, пока откладывая настродавшийся «микрофон» в сторону. — Приступим! — Боишься, что мы устроим стрим и пригласим туда Стэна, чтобы весь город и он узнали о твоём позоре? — Кайл смотрит на Кенни скептически. Тот уступает, признавая, что в принципе именно так они бы с Картманом и поступили. — Я и без этого могу всё потом ему поведать в мельчайших подробностях, — Эрик вновь отхватывает от Кайла на этот раз попытавшись украсть вишню, поэтому сдаётся и садится рядом с Кенни за стол, открывая пачку сырных шариков. Они оба вздыхают. Какая неблагодарность на кухне Картмана-то! Кайл одаривает их злобным взглядом, но Кенни и Эрик не ощущают угрозы. Может, им правда стоит сейчас отступить и не бесить его и дальше, пока Кайл окончательно не перешёл с приготовления торта на День Святого Валентина на печёное мясо — на Хэллоуин. Кенни так и делает, точно не видя ничего забавного в подобной смерти, даже если печёное мясо красиво представляется в голове. Всё-таки самого себя не съешь, что отчасти обидно. А вот тортиками Кайла можно и понаслаждаться, если, конечно, его потом не ждёт более суровая смерть от поноса в кабинке Картманового туалета. Перспективы поражают своим разнообразием вкусов. Кайл к тому времени заканчивает с тестом. Кенни оживляется и поднимается вместе с Картманом, приближаясь к юному дарованию кондитерской мысли. Бывший микрофон приходится сменить на скалку. — Вот мы и вернулись. За время рекламы Кайл успел сделать тесто — видимо, он уже придумал, какой торт будет готовить. Давайте спросим его об этом. Кенни подносит скалку к Кайлу. Тот смотрит на обоих, как на парочку абсолютных идиотов, но Кенни и не думает отступать. Их молчаливое столкновение взглядов длится около минуты, пока Кайл не возвращает полный вселенского разочарования взгляд к тесту. — Эй! — даже как-то обиженно выкрикивает Кенни и сдаётся. Пока что. — Кайл отказывается комментировать. Но что же нас ждёт? Торт с вишней? Шоколадный пирог? Может, даже… — Хоменташ, — подсказывает Картман и тут же отхватывает от Кайла. Но в стороне не остаётся. Завязывается драка прямо у кухонного стола. Кенни успевает утащить пару плиток шоколада и молча наблюдает за битвой. Доев шоколад, он пожимает плечами и оживлённо продолжает: — Картман и Кайл сходятся в жестокой схватке не на жизнь, а на смерть. Вот Эрик почти наносит удар, но Кайл успевает блокировать и оседлать его. Производится серия ударов. Но Картман не сдаётся и ловким движением своего жирного тела меняет положение. Ах, какой бой! Толпа ликует! — Ты когда комментатором по боксу заделался? — выплёвывает грозно Кайл. Картман хватает его за волосы, и они вновь начинают кататься по полу. Кенни решает отойти в сторону от греха подальше. — Эрик продолжает наносить удар за ударом. Неужели Кайла ничего не спасёт? Как жестоко, мне больно смотреть! — Так не смотри! — Но ради зрителей я продолжаю смотреть. Бой продолжается ещё пару минут и оканчивается ничьей. Оба избитые, Кайл и Картман, продолжают работать как ни в чём не бывало, но Кенни лишают и второго микрофона. Что за жестокое отношения к сотрудникам шоу! — Кайл, вам есть что сказать после боя? — поунывав около минуты, Кенни находит новый в виде венчика и продолжает шоу, слизывая остатки теста. — Это была трудная и ожесточённая битва. В один момент я думал, что мне конец. Но тогда я вспомнил, что если проиграю… то больше никогда не смогу приготовить этот торт для Стэна. Эта мысль и табуретка, стоящая рядом, которой я уебал Картмана вернули мне веру в свои силы, — Кенни вытер воображаемую слезу после драматичной исповеди Кайла. — Какая прекрасная история! — Да ты совсем ахуел, жид! На этот раз Кенни не дал тем двоим сойтись в битве. Готовка продолжилась и прошла почти без происшествий, вплоть до того, как Кайл вытащил торт из духовки и стал украшать. Только Картман порой специально лез под руку, пользуясь тем, что всё-таки хозяин кухни. — Готово, — торжественно представил свой торт Кайл, расположив на столе. Кривой, чуть подгорелый снизу и со слипшейся вишней торт не внушал доверия. Картман даже присвистнул — ему, видимо, мешать даже не нужно было, Кайл и сам идеально с этим справлялся. Неужели он и правда впервые в жизни готовил их? Кайл тем временем уже нарезал по кусочку для Кенни и Картмана, ожидая их мнения. Двое переглянулись, в немой беседе прикидывая, чья жизнь дороже, а кому придётся пожертвовать собой. Кенни проигрывал по всем фронтам. — Что ж, дорогие зрители. Сегодня ради вас я принесу себя в жертву. И надеюсь боги кулинарии смилуются надо мной в этот трудный час, — теперь уже Картман вытер невидимую слезу, отдавая честь герою-смертнику. Кайл раздражённо наблюдал за разворачивавшейся драмой, жалея, что не сделал попкорн. Кенни глубоко вздохнул и отломил вилкой кусочек торта. Медленно поднёс к губам, облизывав те. Кайл и Картман внимательно следили за ним, почти не моргая. И вот Кенни почти коснулся кусочком губ, но передумал и сначала понюхал. Кайл и Картман одновременно закатили глаза. — Ешь уже! — Не кричите, вы портите мне аппетит. И вообще дегустировать надо аккуратно, постепенно, — Кенни мог ещё болтать, но отступил под гневными взглядами друзей. Он попробовал. Двое вовсю уставились на него, словно на животное, которому дали попробовать конфет из магазина, чтобы понять, как отреагирует. Хотя в данном случае конфеты были шоколадные, с вишенкой. И с тонкими нотками послевкусия говна. Кенни рванул с места, со скоростью света оказываясь у туалета. Но даже прирождённая ловкость и стойкость ко всему дерьму, что Кенни успел попробовать за свою нищенскую жизнь, не спасли. В этот раз это была поистине долгая жизнь, длинной в два дня. Кенни не успел сделать многого — в первую очередь, отпиздить Кайла и повесить на кухню огромную табличку «рыжим евреям вход запрещён», а затем ударить Эрика просто так, для профилактики, — и закончить шоу, но ни о чём уже не жалел. Потому что времени не осталось. — Ты убил ведущего, — заключил Картман, рассматривая распластившегося у туалета Кенни без сознания, в рвоте. Не добежал. — Сволочь, — подтвердил Кайл в огурец. *** Стэн стоял на заднем дворе школы. Готы отсутствовали, потому что это место было идеальным для обмена подарков на День Святого Валентина. Каждый считал себя оригинальным, приходя сюда и уверенный, что будет только наедине со своей половинкой. Ага, наедине с половинкой школы таких же гениальных романтиков. Впрочем, Стэн не был исключением. Уроки кончились и почти никого за школой не было, поэтому он не переживал. Свой подарок Кайлу Стэн отдал ещё утром, закинув ловко в рюкзак. Пришлось ещё около недели посещать кулинарные уроки у Николь и Бебе, но то печенье явно стоило этого. Наконец Кайл показался через заднюю дверь. Он уверенно, — не считая заметных красных кончиков ушей, — всучил Стэну коробку, обтянутую синей лентой, ведь розовый цвет для девчонок, но украсить как-то надо было и вообще попробуй пожаловаться — пожалеешь. Стэн подарок принял со смущённой улыбкой, но открывать сразу не стал, только немного потряс, осмотрев со всех сторон. — Там шоколадные пирожные, — намекнул Кайл больше коробку не трясти. — Ого! Ты сам их сделал? Кайл отрицательно покачал головой. После того случая за неделю до праздника, Картман его к кухне не пускал, обороняясь вместе с Мистером Китти, как от врага народа, или в его случае — как Иисус от Иуды. У себя готовить Кайл не мог, потому что мать стала бы лезть, мешать, учить, а то и вовсе бы выгнала — мол, не мужское это дело на кухне готовить, вот вырастишь бытовым инвалидом и спасибо ещё скажешь. А у Кенни тем более не вариант, даже если купить продукты, он не пустит. До сих пор страдает из-за желудка или обострённого синдромом лгуна, потому что уже переродился здоровым, но не суть — Кайл сам виноват. Поэтому шоу «Кулинария» так и закончилось, не заимев даже фанбазу и первый сезон. — Я не очень хорошо готовлю, — признался Кайл, как бы оправдываясь перед Стэном, который сделал всё сам. Бебе растрепала. — Ничего. Это не так сложно, можно на выходных вместе что-то приготовить, если хочешь… — Нет! — отчаянно и категорически раздалось за спиной Кайла. Из-за двери показались Кенни и Картман, судя по лицам которых, видевшие некоторое дерьмо и пережившие нечто ужасное. Стэн даже не нашёл, что ответить и молча переглянулся со смущённо-раздражённым Кайлом. Что же у них без него там произошло?