История одной любви

— Мам, а как вы с мамой познакомились? К такому вопросу, признаться честно, я готова не была. Да мне кажется и подготовиться толком не получилось бы, даже если бы я знала, что услышу этот вопрос. Но детское любопытство — превыше всего, а потому я, отложив все дела, сажусь на корточки перед дочерью. — Ну, малышка, это достаточно интересная история, хочешь послушать? Крошка кивает и усаживается на маленький стульчик, она вся — внимание, и кажется даже игрушечный зайчик в её руках тоже меня слушает. — Хорошо, солнышко, тогда слушай внимательно, — я улыбаюсь и целую девочку в лобик. — Всё началось давным-давно, когда мы с твоей мамой ещё друг друга не знали. Это было очень страшное время, вокруг была сплошная темнота, не было видно вообще ничего, только мрак, страх, темень и одиночество. И вдруг, в один весенний денёк ко мне в тёмное окошко пробрался лучик света. Как раз этот лучик — это и была твоя мама. Она подарила мне свет, любовь, заботу, ну а я старалась дарить ей то же самое в ответ. Смышленная не по годам (это у неё в тебя), дочка понимает, что я говорю не совсем правду, и дует пухлые (тоже в тебя) губки. — Ну мааам, ну я серьёзно, ну расскажи по правде, — эти очаровательные разноцветные глазки, серо-голубой и карий, смотрят прямо на меня, и я не могу устоять. — Хорошо, хорошо, любопытная моя, расскажу, — я треплю это чудо по волосам. — Но то что я говорила до этого — это тоже правда, только немножко упрощённая, а на самом деле было все вот как. Мы с твоей мамой тогда были ещё школьницы, и жили мы с ней в разных странах. Тогда мы вообще друг про друга ничего не знали, до одного дня, который перевернул наши жизни и сплёл их воедино. Познакомились мы в интернете, как бы банально ни звучало. До нашего знакомства я и правда жила будто бы во тьме, где не было ничего доброго и светлого. Мы с твоей мамой очень много общались, мы были на связи практически постоянно, узнавали друг о друге очень много нового. Она поселилась у меня в сердечке, и после этого я стала чаще и больше улыбаться просто от одной мысли о ней. Но знаешь, зайка, мы не сразу поняли, что к чему. Первой мне в любви призналась твоя мама, и уже после этого мы поняли, что наша любовь взаимна. Малышка слушает меня завороженно и не сводит с меня своих гетерохромных глазенок, и сейчас кажется совсем взрослой и все-все понимающей. — Здорово, а что было дальше? Вы же в разных странах жили, как вы встретились? — Ох, солнышко, — я улыбаюсь, погружаясь в воспоминания. — Мы очень долго не могли встретиться. Я закончила школу, потом спустя несколько лет и твоя мама была выпускницей, и вот как раз в день её выпускного я сделала ей сюрприз и приехала. Ну, а больше никогда и не уезжала без неё, и так мы не расставались больше никогда надолго, потому что знаем, как нелегко переносить расстояние. Что-то мне подсказывает, что крошка неспроста выпытывает у меня все это, но глядя на её такое серьёзное личико, так внимательно усваивающее все, что я говорю, мне хотелось быть с ней до конца откровенной. — А потом? Что дальше-то? — Ну а дальше все было как в настоящей сказке — красивая и крепкая любовь, романтика, мы были самой красивой парой и нам все завидовали. А потом… — Я сделала маме предложение, и она мне сказала да, — слышу твой голос в дверях. Дочь тоже замечает тебя и бежит к тебе с объятиями. Ты берёшь её на руки и целуешь, пока к тебе подхожу за поцелуем я. — И давно ты нас слушаешь, лисичка? — С самого начала разговора, — ты улыбаешься, и я не могу устоять перед этой обворожительной улыбкой, что так греет душу. — Принцесса, что мы на это скажем маме? — я перевожу взгляд на девочку, что так крепко обнимает тебя за шею и не хочет отпускать. — Что подслушивать невежливо? — крошка смотрит то на тебя, то на меня. — Именно так, — я делаю строгое лицо, а ты отпускаешь дочь. — Беги поиграй, — девочка послушно убегает в детскую, а ты меня обнимаешь и целуешь, и все мои актерские способности, моя игра в обиженку тут же растворяется. — Ну прости, милая, я случайно услышала вас и заинтересовалась. Кстати, а почему Мариана принцесса? Всегда же я принцессой была. — Потому что ты не принцесса, ты — королева, — я тебя мягко и нежно целую. А история нашей любви продолжается, и сейчас эта история сидит мирно в детской, повторяя только что услышанный от нас сценарий на своих барби.