Молчание знак согласия

— Сержант, почему здесь находишься только ты? Где твой напарник? Согласно уставу, объект номер 285 должен охраняться минимум двумя специально обученными военными. — Товарищ подполковник, мой напарник отошёл по приказу начальства. Ко мне уже направили другого солдата. — Вольно. А за дверью по-прежнему было тихо, лишь тяжёлое дыхание доносилось из дальнего угла. Комната была полностью лишена света — ни окон, ни лампочек, ни маленькой щелочки, из которой бы мог показаться даже самый маленький лучик света. Только четыре гладкие стены неизвестного цвета и тяжёлая железная дверь, закрывающаяся на семь замков. 2 Раза в день ей приносят жалкие порции отвратительной пищи, которые ей приходится съедать под прицелами автоматов. Вам хочется знать, что здесь происходит? Ей тоже этого хотелось. Она целыми днями сидела в той тюрьме и вслушивалась в разговоры постовых. Никто не учил её разговаривать. Она не умела читать, писать, считать… Даже человеческую фигуру видела расплывчато, когда к ней заходил главный врач, в окружении людей вооружённых автоматами и очень яркими фонариками. Одним прекрасным днём, когда на деревьях пели птички, а дети играли на детской площадке, в её камеру вошёл мужчина средних лет в халате и бронежилете. Он подходил к ней очень медленно, одновременно дружелюбно протягивая вперёд свою правую руку, но при этом держа в другой руке шприц с какой-то жидкостью внутри, блестящей на свету от фонариков. В этот раз она точно не хотела позволять этому человеку вводить в её кровь препараты, от которых она получала невыносимую боль. Боль такую, которая не сравнится с сожжением заживо, с многочисленными переломами, с внутренними кровотечениями, с потерей самого близкого человека и с самоуничтожением. После введения препарата под кожу её клали на кушетку и везли в комнату под номером 39. Над ней ставили эксперименты и опыты. Её кожа бледнела с каждым месяцем, мозг деформировался, а способностей становилось всё больше и больше. Сколько людей они убили, делая из маленькой девочки ЭТО. Худые ноги, выпирающие рёбра, длинные, но красивые пальцы, острые клыки, мешающие принимать пищу и большие бездонные глаза, способные заворожить своей красотой… Результатом одного из экспериментов стало «непонимание». Не думайте что это какая-то шутка. Они внушали ей разное… А всё только ради того, что бы создать идеальное оружие массового уничтожения. Она не понимает эмоции, испытываемые людьми. Не понимает счастья, не понимает горести утраты, печали, радости. «Доктора» были нацелены на хладнокровного убийцу, который способен без замедления убить плачущего ребёнка и заслоняющую его своей грудью мать. Ей это надоело. Она знала, что её тело способно на многое, даже на изменение формы некоторых конечностей. Она воспользовалась этим. В ту же секунду она бросилась на доктора, затем на охранников. В этот раз группа была плохо подготовлена к непредвиденным обстоятельствам. Она получила пулю в ногу, но теперь, под её ногами валялись бездыханные тела её мучителей. Она рванула к двери, оставляя позади себя бурые отпечатки. Она пробегала такие же тяжёлые железные двери, но свет был слишком ярок для её «ночных» глаз. По пути, сбивая с ног постовых и разрывая некоторым глотки, она уверенно направлялась в двери с яркой зелёной надписью сверху. На территории «тюрьмы» уже гремела сигнализация, говорящая «БЕГИ БЫСТРЕЕ». На выходе её встретили не очень гостеприимно. Ей попали в левое плечо. Увидев высокие стены, в её сердце что-то сжалось, но она продолжала бежать, ища лазейку. Громкая сирена, выстрелы… Она бы наверняка сейчас сжалась в комочек и плакала, но, увы, она просто не знает, что такое слёзы. Приятная влажная трава щекотала её пятки, а прохладный ветерок обдувал лицо. Это первое впечатление от внешнего мира отложилось бы хорошим воспоминанием, если бы не определённые обстоятельства. Она бежала к стене. Ей не оставалось больше ничего, кроме как карабкаться вверх. Прыжок. Её когти вгрызались в бетон, издавая самый противный звук, от которого мурашки бегут по спине. Она перелезла через стену, затем спрыгнула на ближайшее дерево. Она получила множество пулевых ранений и незначительных царапин с порезами. Обычный человек давно бы валялся мёртвый где-то в кустах, но она не обычный человек. Девушка бежала сквозь кусты, раздирая свои руки и ноги в кровь. Ветки били её по лицу, а торчащие из-под земли корни деревьев заставляли её спотыкаться и падать. Так прошёл час… Может два или три, но она даже не думала останавливаться. Вдруг, яркий свет, где то вдали. Там заканчивались кроны деревьев. Она бежала и бежала, из последних сил хватая ртом сырой лесной воздух. Чьи-то голоса и крики. Яркий свет. Тьма.