Отчаянная месть Драко Малфоя

       Драко и сам не знал, что хуже: то, что он оказался омегой, или то, что ему теперь предстоит вступить в связь только с истинной парой.        Кажется, даже брак с Асторией Гринграсс не заставлял его чувствовать себя так паршиво. Вынужденная жена была явно более привычна с детства, чем то, что его ждало. Его партнёр, совершенно не знакомый. Возраст, род, внешность. Ничего неизвестно.        Вопреки всему негативному настрою, когда в своё семнадцатилетие Малфой вступил в наследие, о-господи-боже-упаси, омеги, Люциус неожиданно чуть ли не завизжал от восторга и настоял на поисках истинного партнёра.        Но кто же знал, что проклятье рода Малфой, из-за которого у них из поколения в поколение рождался только один ребёнок, сможет разрушить омега и истинные узы? Жаль, до этого рождались только беты.        Разъяренный, уставший, он со злостью пнул свой чемодан, из-за чего Блейз наградил его весьма красноречивым взглядом, а Пэнси кокетливо ойкнула, прикрыв тонкой девичьей ладошкой похотливую усмешку. — Тебе смешно? — недовольно стрельнул в неё взглядом Малфой, и, если бы Паркинсон не являлась девушкой, пускай и альфой, то, наверное, заменила бы чемодан в вымещении своего раздражения для Драко. — Драко, милый, почему ты так напряжён? — томным голосом проговорила она, нагнувшись к другу ближе, открывая вид на свой небольшой бюст, проигнорировав явную угрозу в голосе. — Пэнс, как же ты не понимаешь?! — резко отстранился Драко, прикрыв глаза, и продолжил: — Ты — альфа, Забини — альфа, да даже Гойл — альфа! Какого черта я-то омега?! — он упрямо уставился на потолок, мило скрестив руки на груди и надув щеки. — А я вот не сомневался, что ты окажешься омегой, — выдал до этого молчавший Гойл. И молчал он не потому, что нечего сказать, а лишь потому, что его рот был забит едой. — Какого чёрта?! — вскочил блондин, но услужливая рука Забини вернула его на место, грубо схватив за запястье. — Драко, ты повторяешься, — недовольно произнёс он, а после тяжело и громко вздохнул. Нельзя ему говорить, что все трое были уверены в том, что истеричный, капризный и самовлюблённый эгоист Малфой-младший точно будет омегой. Чего только стоят эти его «я обиделся». Признаться, местами он был милый.        Забини не был серьёзным парнем, но непринужденная просьба позаботиться о секрете Драко до того, как тот найдёт свою пару, за чашечкой чая от мудрой Нарциссы, которую он уважал, меняла дело.        Выходил на улицу блондин будучи все таким же взвинченным. Но Малфой — он и в Африке Малфой. Поэтому тот спокойно одарил присутствующих презрительным взглядом и под насмешливый взгляд друзей прошёл мимо толпы осуждающих Пожирателей, пусть и сменивших вовремя свою сторону в той войне.        Стараясь не смотреть по сторонам, отвлекаемый разговорами о предстоящем учебном годе, он не сразу заметил в этой неразберихе его.        — Когда ты встретишь свою пару, то поймёшь сразу, сила вашей связи будет понятна с первой встречи, — Снейп протирал очередную скорняку какой-то мазью.        Резко остановившись, Малфой почувствовал покалывание в пальцах.        — Обычно это начинается с покалывания в пальцах.        Неожиданно тонны мурашек начали бегать по коже, проходя от кончиков пальцев вдоль по руке, переходя на ключицу, и в районе груди резко разбредаясь сразу по всему телу.       — А потом ты почувствуешь это покалывание и в других местах, но знай, чем больше мест охвачено, тем сильнее ваша связь.        Ощущая резкий упадок сил, Малфой осел на пол. Мурашки табуном продолжали ходить по коже.        — Ты можешь почувствовать небольшую слабость, кратковременную, максимум — руки ослабнут, опять же зависит от вашей связи. Но, как правило, всё заканчивается на мурашках.       Но Малфой не чувствовал «небольшую слабость».        Он не мог пошевелить даже пальцем. — И, что же, это всё про первую встречу с «истинным»? — ехидно спросил Драко, про себя надеясь, что он ещё долго не встретит своего партнера. — Не всё, — качнул головой Северус и его лицо вдруг помрачнело, — запомни, если ты вдруг полностью растеряешь все свои силы перед альфой, значит его сущность аномально сильная. — И? — он изогнул бровь. — Таких альф очень мало, и они достаточно жестоки априори. Просто будь с ним осторожен, если всё же судьба свяжет тебя с таким человеком, хорошо? — Крестный, я уверен, что смогу сам за себя постоять. — Не воспринимай все так наивно, — холодно произнёс Люциус, вернувшийся из кабинета, — за свою жизнь я видел только одного. Псих, скрывающийся за толстой маской неплохого человека, умеющий заговаривать зубы всем подряд. И для тебя же будет лучше, если твой альфа окажется достаточно тихим и мирным мальчиком или девочкой.       Помешано забегав глазами по толпе, не слыша из-за звона в ушах того, что ему говорила Пэнси, он продолжал выискивать его, прислушиваясь к обилию запахов, да так и замер, наткнувшись на широкую спину вдалеке, и до боли знакомые растрепанные волосы на Геройской макушке.       Не в силах выдерживать давления более, он почувствовал, что сознание ускользает от него. Хорошо, что помимо скрывающих запах чар он принимает соответствующее зелье. И, кажется, у него ещё есть часов семь. — А что это был за альфа, отец? — с любопытством спросил он, рассматривая журнал по новинкам в мире зельеваров, нагло вырванный из рук Снейпа. Люциус не торопился отвечать на вопрос и размышлял о чём-то, а после решительно сказал: — Его зовут Томас Марволо Реддл. Он убил своего омегу спустя пять дней после обретения из-за того, что тот улыбнулся какому-то магглу, после чего постепенно все больше сходил с ума и ненавидел магглов всей душой. Не думаю, что все доминантные альфы такие, но это ужасает, не правда ли?

***

— Мистер Малфой, вы очнулись, — притворно приложил руку ко рту Северус, откладывая тот самый журнал в сторону. — Зелье, — прохрипел Драко, поднимая руку к потолку. Слабость охватывала разум, перед глазами стояла водяная муть. — Я уже влил его в вас, мистер Малфой, чтобы он вас не нашёл, — Снейп встал со стула возле больничной койки и пошёл на выход. — И что же мне делать?        Крестный замер на пороге, не оборачиваясь. — Не знаю, Драко, сбежать не получится.

***

      Драко неделю не выходил из комнаты, отказавшись с кем-либо разговаривать. В груди засел страх, он никого не пускал на порог и вторил, что серьёзно болен.        Взбешённая Пэнси разом снесла все блоки, открывая дверь, нарушая личное пространство друга, и ужаснулась. — «Гнездо» вьют все омеги, которые только-только встретили своего Альфу, будь готов к помутнению рассудка, — по дороге в подземелье рассказывал Северус. — Фу, я этим точно не буду заниматься, — скривился Драко, замотав в знак отрицания головой. Северус закатил глаза.        Блондин лежал на кровати в кругу различных тряпок: одежда, простыни, даже шторы. — Тебе этого не избежать, Драко. Главное, чтобы рядом в такой момент был альфа, иначе омега может умереть, не думая о своём здоровье, он будет истощен, ему нужна забота.       Он был смертельно бледен, под глазами красовались темные круги, контрастировавшие с бледностью. Волосы растрепанные, взгляд безжизненный, губы искусаны. — Я никогда не опущусь до подобного, крёстный. Снейп снова закатил глаза. — Драко, милый…        Она сделала шаг в его сторону. — Уйди.       Девушка остановилась, сзади заинтересованно выглядывал Блейз. — Уйдите, все!       Кричал он, вцепившись в тряпки как в спасение.        Девушка подскочила к нему, крепко прижав Друга к себе. Парень бился, пытался вырваться, на подмогу подбежал Забини, принявшись обнимать обоих, подавляя силой.        Он старался не думать о том, что сейчас находится на территории чужого гнезда. Сомнений в том, что Малфой нашёл своего истинного — не было. — Мы рядом, кто бы он ни был, мы встанем на твою защиту, — тихо успокаивала Паркинсон. — Вы собрались причинить ему боль?! — взревел блондин, снова начав вырываться из объятий друзей. — Нет, Драко, мы лишь хотим защитить тебя, — слова Блейза окончательно заставили омегу успокоиться, Драко предательски всхлипнул.       И его глаза, наконец, открылись.

***

       Малфой отказывался идти в столовую, но уже был согласен на посещение уроков. Он быстро приходил в себя, поэтому уже этим утром активно и уверенно шёл в компании своей «свиты» по коридорам Хогвартса.        Пульс ощущался даже в пальцах ног, он громко бил по ушам, заставляя замереть на месте. — Твой пульс будет сходить с ума, это большая нагрузка на сердце, но ты не волнуйся, твой альфа поможет тебе с этим справиться. — А если не поможет? — перелистывая страницы романа, незаинтересованно спросил блондин. — Малфой, ты ли это? Давно не виделись, Хорёк и его «свита», — насмешливо произнёс Рон, однако его слова не дошли до затуманенных биением сердца ушей Слизеринца.       Он активно вглядывался в пронзительно-зелёные глаза хмурого Поттера.       Драко подозрительно молчал, и брюнет, махнув рукой, просто прошёл мимо, прихватив друзей.       Звук в ушах усилился, воздуха не хватало катастрофически, ноги затекли, Блейз испуганно подхватил друга за талию, заметив его состояние. — Я надеюсь, что поможет, иначе будет очень больно. В груди бездонная дыра заполнила всё пространство. — Он меня проигнорировал, — зрачки Драко бегали по каменным плитам, портреты зашушукались, лицезрения данную картину. — Нет, милый, он просто не знает, — глаза девушки выражали грусть.       Девушка сочувствовала другу.        И очень зря. — Этот долбанный альфа проигнорировал меня, — злобно прошептал Драко.       Да, ему было больно, а, как известно, если Слизеринцу сделали больно он вернёт эту боль в трёхкратном размере.

***

       Малфой зашёл в зал и, миновав Слизеринский стол, уверенно пошёл к Грифам. Тишина в зале не прерывалась даже преподавателями, все смотрели на то, как блондин садится напротив Дина Томаса и наклоняется к нему, мило улыбнувшись. — Дин, после нашего свидания я всё хочу его повторить, как ты думаешь, стоит ли?        Томас покраснел, он кратко кивнул, мельком замечая, что все на них смотрят. Конечно, Драко Малфой ему нравился достаточно давно. Не как-то серьезно, подкупала лишь внешность, его слабость, но всё же Дин решился летом пригласить Слизеринца в кафе, сетуя на благодарность за то, что в войне Малфои перешли на «светлую» сторону и помогли им победить.        И да, новоиспеченный альфа очень даже хотел повторить то свидание, хотя бы ради коротких улыбок этого «ангела».       Невзирая на противный характер, Томас очень хотел повторить их сногсшибательный поцелуй. — Замечательно, сегодня вечером на озере, — Драко мило улыбнулся, прищурив глаза.        Сердцу было паршиво, а душа ликовала.        Зелёные глаза поражённо смотрели на, видимо, новую пару Хогвартса. В груди поднималось раздражение.

***

      Чмокнув Томаса напоследок, блондин поблагодарил и скрылся в гостиной. Он быстрым шагом направился в сторону спальни, зашёл в ванную и начал натирать губкой губы с мылом, панически пытаясь смыть привкус неродных губ. — Измены истинным несвойственны, они вызывают сильную вину, тошноту и безумное желание смыть чужое прикосновение с себя у того, кто изменил. — Жаль, — с ухмылкой произнёс Драко.        В зеркале его глаза выглядели безумно. Тошнота всё ещё стояла в горле, но он героически сдерживался. — Это всё-таки плохая затея, Драко, — Забини собственнически читал книгу, развалившись на диване его комнаты. — Это прекрасная идея, одна из моих лучших идей, — ухмыльнулся Драко, завалившись на кровать. Ликование и вина вовсю боролись в нем последние три недели, сталкиваясь в ожесточенном поединке. — Твой альфа не просто обычный среднячок, он убьёт его, как только всё вскроется. — Дин не станет никого убивать, — мазнул рукой по своему лицу блондин.        И получил осуждающий взгляд Блейза. — Поттер уже начинает странно себя вести. — Причём тут Поттер?        Альфа захлопнул книгу, поднимаясь на ноги. — Зелья не помогут затмить инстинкты, я бы на твоём месте прекратил играть в подобные игры, друг, сейчас ты делаешь из Поттера бомбу замедленного действия. — Я повторю. Причём тут Поттер?       Малфой начинал закипать, и, выходя из комнаты омеги, Блейз выглядел испуганно.

***

— Я люблю тебя, Драко, — выдохнул Дин, уткнувшись в волосы своего парня.       Малфой дёрнулся в кресле, оторвавшись от эссе. Он сидел, никого не трогал, и совершенно не ожидал того, что его застанут врасплох. — Почему так неожиданно? — в голосе чувствовался холод. Он не желал настоящей любви Томаса, его устраивала их маленькая игра в любовь на публику и редкие краткие поцелуи на свиданиях. — Изначально я не был так серьёзен, как сейчас, однако спустя два с половиной месяца наших отношений мне стало понятно, что ты человек, с которым я хочу идти бок о бок по жизни, — затараторил тот, его дыхание сбилось.        Блондин крепко сжал зубы. Он наивно предполагал, что детские короткие поцелуи не приведут к любви. Но вот он, альфа Дин Томас, который совершенно серьезно был настроен на их совместное будущее. — Ты альфа, Томас, я бета, что ты несёшь? Ты найдёшь себе истинного омегу и спокойно заживешь с ней в своё удовольствие, — сквозь зубы проговорил парень, но Альфу не смутили его слова. Дин встал перед ним на колени, привлекая внимание зевак вокруг все больше. — Драко, мне не нужен никто, кроме тебя, я влюблён, совершенно серьёзен, и не отступлюсь. Прошу, стань моим мужем, сразу после выпуска мы поженимся и улетим в Испанию, — в его глазах сверкал огонь, и только сейчас Малфой увидел в этом придурке Гриффиндорца. — Дин, не будь идиотом, — раздражённо проговорил блондин и, встав с места, быстрым шагом вышел из библиотеки. Игра приняла совершенно иной оборот, слишком глобальный, к которому он был совершенно не готов.

***

       Весь Хогвартс стоял на ушах, странные взгляды преследовали Слизеринца. Конечно, Драко знал, как быстро разлетаются слухи, и от этого было ещё более паршиво. Он не этого хотел! Как только Томас посмел заявить об этом в присутствии других? — Драко! Блейз! — Паркинсон задыхалась, она упёрла руки в колени и остановилась перед друзьями. — Ты откуда? — Забини заинтересованно повёл носом. — С завтрака, там такое! Вы не поверите! — Темный Лорд возродился? — ухмыльнулся брюнет. — Нет, там дуэль, Дин и Поттер! И нужно срочно её прекратить, иначе будут жертвы! Снейп выставил блоки, но они уже ломаются, Драко, срочно…       Друзья рванули в сторону Большого Зала.       Адреналин циркулировал в крови, блондин волновался за Поттера. Он видел его окровавленное лицо и от этого было ещё страшнее. Дуэль двух альф была обычным делом, и совершенно законным.       Альфы очень темпераментны, только дуэль могла их сдержать.        Скопление народа было сильным, толпа буквально обволакивала магический купол, на котором уже виднелись трещины.        Пробившись в первые ряды, Драко замер на месте, его глаза напоминали пять копеек.       Дин выглядел ужасно, он кашлял кровью, его лицо было полностью изуродовано. Но он всё же пытался встать, хотя было видно, что у него ничего не получится.        Напротив стоял Гарри Поттер, совершенно невредим, пока внутри купола царила полная разруха. Глаза источали мрак, а рука сильно сжимала палочку так, что даже с расстояния были отчетливо видны набухшие вены. — Что здесь, чёрт возьми, творится? — одними губами прошептал блондин, однако Пэнс поняла его вопрос. — Дин, видя, как распространяются слухи, заявил на весь Хогвартс, что собирается совершенно серьезно жениться на тебе, и, что, если кто-то против — пусть выскажет это сейчас. Как оказалось, нашёлся, кто против, — объяснила девушка, положив руку на плечо друга, кивнув в сторону дуэлянтов.       Поттер резко повернулся, уставившись безумным взглядом прямо на руку на плече Малфоя, и быстрым шагом направился к нему, будто бы и не заметив купола, который их ограждал. — Я предупреждал тебя, Драко, — вздохнул Забини, встав перед другом, Паркинсон сжала руку крепче, отчего Малфой скривился.       Купол разлетелся вдребезги, его осколки исчезали пыльцой в воздухе.       Альфа продолжал смотреть на руку, вцепившуюся в омегу, даже не смотря на преграду в виде настороженного Забини. — Остынь, Поттер, потом поговорите, — начал Блейз. — Руку, нахрен, убери, Паркинсон, — голос напоминал рычание, девушка вздрогнула, но руку не убрала. Она упрямо смотрела на него, стараясь на пару с Забини перебить феромоны этого безумца. — Остынь, Поттер, — повторил альфа, поднимая палочку. Гарри махнул рукой и та непринужденно отлетела в сторону. — Руку, Паркинсон! Не смей к нему прикасаться.       Девушка нахмурилась, но продолжила стоять на своём. В следующую секунду все, кто находился в зале, осели на пол.       Поттер медленно подошёл к Драко, обходя Забини, и брезгливо скинул все ещё лежащую на плече омеги руку. Он подхватил блондина на руки и напряжение вдруг спало, присутствующие оглядывались: ни Гарри, ни Малфоя в зале уже не было.

***

      Гарри уложил омегу на кровать, и лёг рядом, утыкаясь ему в шею. — Хочу почувствовать твой запах, — зашептал альфа, положив руку поперёк груди притихшего Драко. — Что ты имеешь в виду? Я бета, — прохрипел блондин, чувствуя, как сердцебиение успокаивается, а душа наполняется счастьем. Нет, ликования не было. Он чувствовал спокойствие, невероятно удивительное спокойствие. — Прекрати паясничать, — прорычал брюнет, и омега притих, повинуясь, прикрыв глаза. Это была обычная выручай-комната, и было так спокойно, что вскоре послышалось сопение.

***

      Драко открывал глаза в одиночестве, он испуганно закрутил головой, будто бы что-то потерял, вцепившись в простынь кончиками пальцев.       Поттер выскочил из ванной, как ошеломлённый, на нем не было полотенца и блондин покраснел, снова упал на подушку, стараясь не смотреть в сторону своего альфы. — Ты, наконец, проснулся.        Слизеринец не видел его лица, однако чувствовал всеми фибрами души, как тот улыбается. — Малфой, ты заставил меня попотеть, я ночами не спал в попытках понять своё желание кого-нибудь прикончить. Когда Томас заявил, что собирается жениться на тебе, я сразу понял, кого мне надо прикончить, — мягкие губы коснулись лба. — Заткнись, Поттер. — Твоя игра была прекрасна, Драко, но я победил, — он перешёл на висок, мягко смакуя бледную кожу. — Заткнись. — Сейчас я тебя чувствую не только инстинктами, твой запах прекрасен, Драко, больше не пей никакие зелья, иначе будет очень плохо, моё терпение небезгранично. — Заткнись, говорю!