DARK SECRET

Очнуться мне пришлось не в своей комнате и даже не в доме Незборецкого, — а в белой палате больницы. Но она, залитая солнечным светом из окна, выглядела довольно уютно: кровать, на которой я едва шевелилась, рядом с ней несколько медицинских приборов, капельница на кронштейне. У стены — маленький столик, за которым сидели двое человек. Видимо, их шумная беседа заставила меня проснуться. – Представь, что было, если я бы вовремя не подоспел? — сквозь присутствие головной боли просочился голос Кирилла. – Этот псих… сбежал из города. Жаль, что я не смог ему преподать хороший урок.— было видно, как он сжал кулаки, когда проматывал в голове яркие воспоминания. – Теперь-то ей точно нечего боятся. Она в твоих руках. — покачал головой старший брат и робко усмехнулся. – Нет, так дальше не может продолжаться! Я должен… — речь Кирилла тут же оборвалась, когда дверь отворилась и впустила шум из коридора. – Вы можете вести себя тише? Девушке, нужен покой. — в палате появилась светлая фигура, с виду стало сразу понятно, что это медсестра. Я прикрыла глаза, чтобы никто не заметил моего пробуждения. – Простите… — виновато произнес Макс, но тут же продолжил: – Можно вопрос? — она кивнула, нахмурив брови, и подошла ко мне поближе. – Когда можно будет забрать ее домой? — краем глаза мне удалось заметить, как Кирилл тяжко вздыхает и мотает головой. – Все обошлось несколькими ушибами и ссадинами. Это вообще сущее чудо! Думаю, что несколько денечков девушке придется провести здесь. — незаметно распахнув глаза, я обнаружила, как девушка нежно улыбнулась, затем кинулась на выход. – Я должен уехать, Макс… — тяжко выдохнул блондин после ухода медсестры. – Не хочу мучится сам и мучить ее. — продолжил парень, меряя шагами палату. – Я и так… — услышать сказанное дальше мне не удалось, ведь все провалилось в темноту, а голова загудела от резкой боли. Из воспоминаний Таси Очередной звонок остался без какого-либо ответа. За это поплатился мой телефон, который незамедлительно полетел в стену. На часах около полуночи, и я никак не могла сомкнуть глаз, допивая последние капли алкоголя. В доме Незборецкого это была последняя бутылка. – Хорошо, Незборецкий… Можешь и дальше развлекаться со своими девицами! — следом за мобильником полетела пустая бутылка, которая от удара разлетелась на сотни маленьких осколков. Казалось, что в тот момент разлетелась наша с Кириллом любовь. Пошатнувшись, я сумела подняться, но моя затея долго не продлилась, ведь небольшое движение заставило меня рухнуть обратно на диван в гостиной. Треснув кулаком по подлокотнику, я все же поднялась с дивана и совершила несколько шагов в сторону двери, ведущей на улицу. Затем остановилась рядом с вешалкой, на которой висела моя куртка, и надела ее. Она была настолько теплой и уютной, что мне даже на миг почудилось, будто я находилась в объятиях отца, умершего в этот день. Смахнув слезы, я вышла на свежий воздух. В желудке шевелилось какое-то неприятное чувство. Я понимала, что мне стоит еще немного выпить, иначе я бы сошла с ума. Поэтому я двинулась к ближайшему круглосуточному магазину. Тот находился совсем недалеко, и идти мне предстояло всего несколько минут. Уже будучи в помещении, взяла первое, что попалось под руку и пошла на кассу. Продавщица оторвалась от книги и печально глядела на меня. Она явно не знала, чем мне помочь. Но, посмотрев на алкоголь в моей руке, продала мне его, хоть и это было запрещено, учитывая столь поздний час. Будучи искренне благодарной этой женщине, я снова двинулась на улицу и в тот же момент осознала, какой ужасной идеей было натянуть первое, что попадется под руку. Стеклянная бутылка в моей руке разбилась об асфальт, когда я полетела следом за ней, обвиняя при этом высокие каблуки. – Девушка, все нормально? — откуда ни возьмись явился русоволосый парень, аккуратно протянувший мне руку. – Отвали! Не до тебя сейчас. — улыбка на его лице стала шире от такой грубости. – Так и знал, что каблуки у девушек ломаются в самый подходящий момент… Что случилось у тебя? — его карие глаза тотчас прошлись по моему мокрому лицу. – Мы так быстро перешли на «ты»? — оказавшись неравнодушным по отношению ко мне, он помог мне усесться на скамейку неподалеку. – Знаешь, пить вовсе необязательно. Это же вредная привычка. — пробормотал парень, вызывая у меня раздражение. – У меня отец умер! А я именно так научилась заглушать боль. — он изменился в лице, исходя из чего было видно, что тот не ожидал услышать такую откровенность. Мое лицо залилось краской, когда я прикусила свой язык, молча матерясь из-за своей болтливости. Но собеседник нисколько не смутился, а лишь спокойно продолжил: – Сочувствую, — сказал он, шмыгая носом, – я тоже сегодня потерял одного человека. — его рука нырнула в карман, а через несколько секунд он вытянул бутылку виски. – Выпьем, что ли? — предложил парень, затем мне удалось узнать его имя. Этого парня звали Никитой. Я осторожно кивнула и, стараясь не пересекаться с этим человеком взглядом, взяла выпивку в руки.