Хороший мальчик, Родеф.

      Вернёмся к нашей «парочке». Зонтик начал медленно входить в Родефа, так и дыша ему в шею таким теплым воздухом, от чего Родеф чуть ли не застонал. Думаю, что нашему Зонтику это явно понравилось. Конечно, стоны были не такими, как у всех. Всё же у нашего омеги были некоторые дефекты в речи, из-за чего сама речь казалась какой-то не внятной. Стоны это не обошло стороной. Они были будто ломанные, но были. Трефового валета это никак не смущало, отвращало и подобное, что могло смутить того же меня, кхы.

Плов Зонтика

      Господи, не смотря на его дефекты он такой милый… «Так стоп, Зонтик, что ты делаешь? Ты же понимаешь, что сейчас ты лишаешь девственности своего же туза? Да, понимаю. Но я уже начал, так что уже закончу» — вот такой диалог был у меня в голове, когда я, в какой-то мере, осознал, что я чёрт возьми творю. Хотя, мне это приносит некое удовольствие.       — Можешь пожёстче? — такой тихий, нежный голосок. Родеф явно изменился. И мне это явно нравится. Это меня, в некой степени, возбуждает. Ладно, сделаю так, как он просит. Я это, всё же, делаю с надеждой на то, что он это делает осознанно. Всё же не хочу его как-то добить.

Плов съеден

      Голубоволосый парень аккуратно положил «Белоснежку» на кровать, снова повиснув сверху омежки. Альфа поцеловал Родефа в губы, аккуратно и нежно проникнув в такой желанный ротик белокурого. Валет стал аккуратно «осматривать» каждый уголок рта, начав медленно, но жёстко и грубо двигаться внутри мелкого. Из уст невошедшего начали литься заглушённые вздохи и стоны, которые старательно пытался скрыть шестой клон. Да, они где-то, будто вдали от них слышали крики со стороны Валета Пик, Короля Зонтика и Родефа, да и в плюс, чуть ли не мольбы Феликса, но они на это не обращали внимание, будто не им это было адресовано, а какому-нибудь другому Зонтику и другому Родефу.       Жаль только то, что количество воздуха не вечно, а потому, трефовым пришлось разорвать поцелуй, и стоны бывшего альфы стали, как минимум в два раза громче. Теперь все слышали, что было поздно что-то предпринимать.

Плов Вару

      "Господи, Тряпка, если ты что-то сделаешь с Родефом, я тебя угандошу" -- крутил в мыслях я, надеясь на лучшее. Да, с виду не скажешь, что я могу за кого-то волноваться, но когда идёт речь об альфах и омегах... Меня это изрядно заставляет поволноваться. Особенно, если идёт речь о достаточно интересных мне личностях. Таких, как Родеф. Мне эта тишина не давала покоя. Пока я не услышал, будто просящие о помощи, стоны невошедшего. Теперь я понимал, что, как бы, всё. "Ценок." "Кина не будет" и подобные им выражения. Я понимал, что Родефа уже не спасти.       Разница в том, что, в случае с другими выходками шестого, сейчас он был до удивления... Жесток? Груб? Точно сказать не могу. Может это Родеф сейчас слишком чувствителен, честно, не знаю. Но откуда я знаю о его выпендрежах в постели? Потому что, когда никого нет, мы можем с шестым тихо побеседовать. Да. Такое тоже есть. И мы это, как бы, держим в тайне от других клонах. Хочу всё же на глазах у всех оставаться тварью, и не быть таким слюнтяем, как Зонт. Он мне говорил предел своей жестокости, но он не был таким, каким сейчас, будто описывая всю грубость со стороны трефового валета, стонал туз.

Плов снова съеден

      Родеф сейчас вцепился, будто впечатался в кровать, истошно стоная. Он уже успел голос сорвать, но шестой клон продолжал увеличивать темп. Он уже обошёл отметку середины, и, казалось бы, хватит, но он продолжал всё больше, и больше, и больше. Конечно, туз не ожидал этого от Зонтика, а потому, как только он начал чувствовать боль в низу живота, начал кричать, умолять о том, что бы Зонтик как минимум угасил темп, но Зонтик не прекращал набирать темп. Из глаз первого потекли слёзы отчаяния, грусти и обиды. Он ведь доверился к шестому, а тот начал слишком жёстко ебать. Голубоволосый ведь обещал, что будет не больно. Но....