Что такое поцелуй?

      Уже который раз эти трое попадают в Поместье Бабочки. И это практически после каждой миссии. А речь сейчас идет о Танджиро Камадо, Зеницу Агацуме и Иноске Хашибире. За последнее время они побывали в этом месте столько раз, сколько лет самому первому демону в мире, то есть, очень много раз.       И вот, сейчас на дворе ночь, ребята лежат в своих кроватях. Зеницу уже давно заснул в обнимку со своей подушкой (наверное, Незуко на её месте представил), да и Танджиро, кажется, тоже. Но вот только Иноске всё никак не мог заснуть. То слово…весь день он думает о нём. Да и уж лучше бы имена так запоминал, как это слово.       — Тэндзеро, — хриплым голосом проговорил он.       Оказалось, что Камадо тоже не спал. И, видимо, кабан обращался именно к нему, как он понял.       — М?       — Что такое поцелуй? — сегодня, когда они возвращались с очередной миссии, Иноске уловил это слово из уст одной девушки, говорящей об этом своей, видимо, подруге.       Танджиро перевел вопросительный взгляд на друга, но затем, помолчав немного, ответил:       — Ну, это когда…люди, в особенности возлюбленные, прикасаются губами друг к другу. Ну, я не знаю, как тебе более понятно объяснить.       Хашибира, конечно же, абсолютно ничего не понял, но сделал вид, что ему всё понятно, а затем он кивнул.       И всё же, что оно значит?       Впрочем, сейчас это уже неважно. Завтра утром вновь на тренировку.

***

      — Что ж, я довольно удивлена, что вы все трое пришли, — говорила Аой, приветствуя только что пришедших парней.       Сегодня как обычно: поиграют в салочки; снова этот чай, который уже порядком надоел; ну и куда же без адской растяжки?       Помучавшись с растяжкой Танджиро и Иноске, хотя Зеницу был даже рад этой процедуре, перешли к следующему: надо опередить своего соперника и облить его чаем. На этот раз против ребят была Аой, к счастью, не Канао, ведь её победить практически невозможно (по крайней мере, этой троице). Но вот Хашибира был, по правде говоря, не очень-то и рад тому, что ему придется вновь встречаться с Канзаки. Они напрочь друг друга не переносят, но Иноске очень хочет облить её этим вонючим чаем.       Вот, первый раунд начался: Иноске против Аой. Девушка уже потянулась до кружки и даже прикоснулась к ней, но тут ладонь Иноске перекрыла её, и парень сразу же взял другую кружку и облил её содержимым лицо Канзаки. Девушка неподвижно сидела, глядя на улыбающегося Иноске, пока струйки чая стекали с её лица на белоснежную рубашку. Спустя несколько секунд она резко встала быстрыми шагами вышла из помещения. Хашибира — да и остальные тоже — сначала подумал, что она обиделась и скорей ушла. Но тут Аой вернулась, держа в руках мокрое полотенце. Она приподняла его к лицу, чтобы стереть напиток, которым её облил Иноске.       — Продолжаем, — да, в глубине души ей было обидно, но она этого не показывала снаружи.

***

      Сегодня Аой предстояло снова принести новые чистые рубашки для этих трёх пациентов (она решила принести сейчас, потому что ребята должны были уже быть на другой тренировке, где уже надо было махать катанами. Также поэтому она принесла в это время, чтобы не встретиться лишний раз с Иноске). Сейчас именно трёх, поскольку, помимо них почти никто в Поместье Бабочки не попадает. Девушка принесла в руках все рубашки и, оглядевши всю комнату, заметила того самого кабана, лежащего на своей кровати, который, на удивление, снял свою маску, как и на тренировке и, заметя Аой, широко улыбнулся, издеваясь над той, ведь сегодня он облил её вонючим чаем. Канзаки закатила глаза, тяжело вздохнув. Темноволосая подошла к первой кровати и аккуратно положила на неё одну из рубашек. То же самое она сделала со второй кроватью, ну, а с третьей, на которой лежал довольный Хашибира, она поступила иначе. Аой кинула рубашку ему прямо в лицо и довольно сильно.       — Мог бы хотя бы ту надеть, а то вон как — снова без рубашки.       — Чего? — парень сделал непонимающее лицо, убирая с него одежду, которую кинула в него девушка.       — Рубашку, говорю, надень! И вообще, почему это ты не на тренировке с этими двумя?!       — А вот я им сказал, что у меня рёбра болят. Этот нытик снова начал психовать, мол: «НЕ БОЛИТ У ТЕБЯ НИЧЕГО!», а Кангзеро просто потащил того нытика с собой.       — Знаешь, я на стороне нытика. Лучше бы ты пошел с ними.       — Ещё чего! — парень приподнялся и скрестил руки. — Я — Иноске Хашибира, король гор, мне не нужны тренировки. Разве что кого-то избить.       — Да ты только об этом и думаешь! — девушка повторила те же движения, которые сделал Иноске.       — «Да ты только об этом и думаешь!» Ой, ой, ой! — Хашибира дразнил Аой, говоря писклявым голосом, но тут в него полетела подушка.       — Хватит, надоел ты мне!       — Взаимно!       После этих слов в помещении воцарилась тишина. Никто не проронил ни слова — ни Аой, ни Иноске. Но Канзаки даже не собиралась уходить, и тогда кабан первым нарушил тишину:       — Ну и чего стоишь столбом, а?       Девушка даже глазом не моргнула. Она будто бы летала где-то в облаках, но спустя полминуты до неё дошло, что Иноске ей что-то сказал, смотря на ту одновременно вопросительным и, в то же время, раздраженным взглядом.       — Что ты сказал? — на такой «ответ» Хашибира ударил себя по лбу.       — Чего столбом стоишь, говорю! — парень сказал немного громче, как будто Аой глухая.       — А…я…       — Ты.       — Я…мне надо подушку обратно положить! — девушка выхватила из одной руки Иноске ту подушку, которую совсем недавно кинула в него, и, подойдя к кровати, с которой и взяла её, аккуратно положила подушку на её край. Но вдруг она почувствовала чьё-то дыхание на своём затылке.       Иноске.       Быстрый. Аой даже не заметила, как он подошел. Она неподвижно стояла, а Хашибира, в свою очередь, положил свою голову ей на плечо.       — Знаешь, мне вчера Тангуро рассказывал, что такое «поцелуй». Я так и ничего не понял. Ну, почти. Он сказал, что это когда два человека соприкасаются губами друг к другу, — голос был его спокойным, а у Канзаки мурашки по телу пробежали от чувства дыхания у своего уха.       — Н-ну и…чего с того? — а вот её голос немного дрожал.       — А ничего! — не успела Аой хоть что-то сделать, как её, схватив за локоть, повернули, а губы накрыли другие.       Девушка такого, конечно же, не ожидала, и глаза её расширились как два яблока с дерева. Довольно больших два яблока. От, так сказать, шока она не могла ничего сделать. Тело не слушалось. Поцелуй продлился не больше двадцати секунд, Иноске оторвался от губ девушки, смотря той прямо в синие глаза.       — У меня такое чувство…радость или чего это? — парень держал Аой одной рукой за локоть, а другую обвёл вокруг её талии.       — Т-ты чего н-наделал! — девушка попыталась оттолкнуть от себя Хашибиру, но тот был намного сильнее её и продолжал держать Канзаки.       — Ну чего ещё? Тебе разве не понравилось, а?       — Да ты придурок, вот что! — из глаз уже сами по себе вытекали слёзы. — Ты украл мой первый поцелуй! Ты! Я хранила его для кого-то достойного, а не тебя!       — Можно подумать, что это так важно!       — Да! Важно! — девушка опустила свою голову, всхлипывая, и она оказалась прямо на груди Хашбиры.       — Ой, ну и непонятные вы, женщины… — парень сильнее прижал к себе Аой, заключая её в свои объятья.