Стиснутая

Уж не столько раннее, сколько серое и мокрое это утро. Солнце где-то там, за слоем сплошного облака. Сюда, на землю, опустилась белая пелена. Заблаговременно, она окутала ближайшие леса, намного снизив их видимость. Верхушки домов, противоположные от леса стороны, казались просто недосягаемыми. Добраться туда, значит раствориться и промокнуть до ниточки. И то, сложно не сделать последнее раньше. В сей раз о пожаре, как о причине сего атмосферного явления, говорить не приходилось. Только если не про тот, что пылал внутри. Стук. Заставил прислушаться к окружающей обстановке. Внимание зацепилось к ней вслед за чрезвычайно знакомым звуком, раздавшимся в тиши. Он предвещал кое-что хорошее. Уже известное. Верно. На губах едва расплылась улыбка, прочитать которую лучше в глазах. Выйди во двор да всмотрись в набежавшие лужи — отражение так же начало бы расходиться, но возвращаться обратно. От порывов ветра, падающих капель, напоминающих слёзы. Как трепетно. Руки слегка подёргались, подались назад, в ткань свитера. Ладонь коснулась ладони. Негромко. В тиши квартиры. Плачет дождь. Взревел постукиваниями. На ум тут же приходит сравнение со зверем. Есть в нём что-то стойкое и заявляющее право на то, чтобы быть. И быть услышанным, увиденным. Нам стоит много чему поучиться у него. Я сидела на голом полу посреди комнаты с открытой настежь сущностью, как этот дождь, и одновременно закрытой. Пыталась выстоять и идти вперёд, подобно волку, оглядываясь назад и всматриваясь в окружающее пространство, чтобы задуматься над целесообразностью. И волей-не волей выражала свою волю. Рукой, слоем одежды, как в тех сильных вымыслах, покрытых серым. Та самая красочно-приглушённая насыщенность и необъятое тепло. Тепло, которое не то тепло, а ощущение чьего-то присутствия. Присутствия кого-то интуитивно близкого. Да, это интуитивно понятно. Эти мысли, эти чувства без продолжения подкрепляли веру в себя даже в самые тёмные времена. Но иногда она рвалась, раздирая душу на части. Правда, дух всё равно не отставал, не давал покоя и он. Его пальцы впервые здесь. Может, им здесь и место? Это оказались всего лишь фантазии. Это всего лишь плод воображения. И знаете... не привыкать. Томиться и нагреваться до неимоверных показателей. Порой, куда лучше представить, чем сделать, а иногда... действуй. И я действую. Ведь так велит сердце. Разум подступает. Кажется, я часто кричу разумом. И разум подсказывал о неведении и толковости. Ты один, но не один, если представишь, почувствуешь кожей, как кто-то касается тебя. Даже если он далеко. Необязательно иметь кого-то, чтобы чувствовать упомянутое тепло. Необязательно плакать навзрыд от неразделённой любви. Необязательно желать другого человека, когда есть ты. Остатки тебя ещё быть может грели нутро, но они больше не влияли на моё состояние плохо. Уходишь. Я от себя не уйду никогда.