Мешать соединенью двух сердец...

Глава 6 Гермиона сбросила мантию. - Извините за довольно безобразную сцену, - сказал Лестрейндж, избегая встречаться с ней взглядом . - Извините за книгу. Я не думала, что так выйдет. - Не извиняйтесь, рано или поздно это должно было случиться. - Мистер Лестрейндж, но почему вы позволяете… - Мадмуазель, наша договорённость не включает обсуждение моей частной жизни, даже если вам не посчастливилось стать свидетелями её отдельных сцен, - резко оборвал Гермиону Родольфус. - Любовь слепа и нас лишает глаз… - пробормотала девушка.- - … не вижу я того, что вижу ясно. Я видел красоту, но каждый раз Понять не мог, что дурно, что прекрасно, - кивнул Родольфус. Гермиона изумлённо взглянула на него - И если взгляды сердце завели И якорь бросили в такие воды, Где многие проходят корабли, - Зачем ему ты не даешь свободы? – прочла она следующие строки. - Как сердцу моему проезжий двор Казаться мог усадьбою счастливой? Но все, что видел, отрицал мой взор, Подкрашивая правдой облик лживый, - с горечью продолжил Лестрейндж. - Правдивый свет мне заменила тьма, И ложь меня объяла, как чума, - вздохнув, завершил он строфу. Невилл смотрел на них удивлённым взглядом, красноречиво говорившим без слов «вы оба спятили!». Родольфус налил бокал вина и отсалютовал Гермионе. «Господи, не хватало только, чтобы он напился сейчас. Хотя после такой сцены, да ещё и при свидетелях, я бы не удивилась». - Это же Шекспир, мистер Лестрейндж, - произнесла она вслух. – Вы… вы знаете Шекспира? - А что, я произвожу впечатление человека, которому Шекспир категорически чужд? – засмеялся тот. - Нет, но он же маггл! Что скажут ваши друзья, если узнают? - Действительно. – Родольфус потёр переносицу. – Но они не узнают. Они же не читают маггловских поэтов. А если я не удержусь и что-то процитирую, решат, что это мои стихи. - А вы пишите стихи? - В юности писал. До Азкабана. После него не пишется. Невилл замычал. - Невилл, выпей зелье, наконец! – накинулась на него Гермиона. – Повезло ещё, что оно в камин не полетело. - Да, вполне могло, - кивнул Лестрейндж. – Кстати, спасибо, что напомнили. За очередным щелчком пальцев последовало явление неизменного Браша. - Убери здесь, - кивнул Родольфус на кучку пепла на столе. – Потом отбери маггловские книги и перенеси их… ко мне. Браш кивнул и молча занялся работой. - Усложнилась наша задача. Тёмный Лорд в доме, казнь с утра. А это значит, толпа его прихлебателей, суета, толкотня, повышенные меры безопасности. - Значит, надо спешить, - вскочила Гермиона. - Спешить не надо. Сейчас, наоборот, надо подождать. Пусть угомонятся. Раз уж я должен всё подготовить к казни, будем надеяться, смогу беспрепятственно войти к ним в камеру. Войдёте со мной, под вашей мантией. Возьмёте за руки их и меня, и я перенесу вас в… безопасное место. При этих словах Браш поднял голову и недоверчиво взглянул на Родольфуса. - Да, Браш, туда. Если… если со мной что-то случится, перенесёшь ты, а дальше они тебе скажут, как действовать. - Хозяин… - в писклявом голоске эльфа Гермиона явственно расслышала возмущение. - Браш! – Родольфус нахмурился. Эльф умолк. - Что за место? – спросила Гермиона. - Безопасное. О нём не знает никто, кроме меня и Браша. Оттуда сможете аппарировать, куда захотите. Правда, в случае моего отсутствия придётся вытерпеть общество моего эльфа, аппарировать оттуда можем только я и он. - Мы предпочли бы сразу… - Мадмуазель, из этого дома тоже могут аппарировать не все и не куда угодно, - резко ответил Лестрейндж, - и сейчас, при наличии в доме такого количества волшебников, перенастраивать защитные чары означает лишь привлечь совершенно ненужное внимание. Вы заручились моим словом и моей помощью. Если вас что-то не устраивает – действуйте на свой страх и риск, я не стану ни мешать вам, ни помогать. Родольфус допил вино и плеснул в бокал следующую порцию. - Мистер Лестрейндж, вы бы на вино не налегали. Аппарирование требует свежей головы, а то ведь попадём непонятно куда. Или вообще никуда не попадём, - нахмурилась Гермиона. - Не бойтесь, мисс Грейнджер, допиться до состояния моего брата мне не грозит, я столько не выпью, - засмеялся Лестрейндж. Гермиона хотела что-то сказать, но тут Невилл тонким голоском проверещал: - Чепуха, чепуха, Это просто враки! Куры съели петуха, - Говорят собаки. Родольфус заинтересованно взглянул на него. - Да-да, продолжайте, мистер Лонгботтом. - На заборе чепуха Жарила варенье. Куры съели петуха В одно воскресенье, - выдал Невилл следующую порцию. Лестрейндж отставил бокал и поощрительно кивнул , всем своим видом демонстрируя, что ждёт продолжения. -Между небом и землей Поросенок рылся И нечаянно хвостом К небу прицепился, - не разочаровал его Невилл. - Мистер Лестрейндж, это побочное действие Болтливого Зелья, - поспешила объяснить Гермиона. – Оно скоро пройдёт. - А, так он не всегда такой? – наигранно удивился Родольфус. - Счас как режиком заножу – Будешь дрыгами ногать! – угрожающе процедил Невилл. - Мистер Лестрейндж, я же просила вас не провоцировать Невилла! - Извините, не удержался, - фыркнул Родольфус. «Ему надо сбросить напряжение. Он зол после разговора с Беллатрикс, его достали нападки Невилла, он просто боится того, что будет, когда всё это кончится. Мы вернёмся в штаб-квартиру Ордена, а ему куда деваться? Он хотел выпить, но сам понимает, что перед аппарированием не стоит. Если он сорвётся, он всё погубит. Не нарочно, а просто потому, что не выдержит, - размышляла Гермиона. – Он уже как натянутая струна». Лестрейндж допил очередной бокал, покрутил его в пальцах, потом неохотно отставил и приказал: - Браш, сделай мне кофе. Эльф поставил перед хозяином дымящуюся чашку. - Молодые люди, вам? - Нет, спасибо, - отказалась Гермиона. – Невилл, иди сюда. Отойдя в дальний угол, она накинулась на Лонгботтома. - Хватит, Невилл. Не говори с ним. Вообще. Я буду говорить, у меня это лучше получается. А ты молчи! - Лает кошка из лукошка, - возмущённо запищал Невилл. - Невилл, я знаю. Я понимаю. Мне жаль, очень жаль. Но я прошу тебя – не оскорбляй его. Слышишь, что сказала Беллатрикс – он больше не пытает, он практически не участвует в войне, он согласился нам помочь и пока помогает. Многие Пожиратели стали бы держать слово? В конце концов, он отсидел в Азкабане почти 15 лет. Невилл, я не прошу тебя его прощать, я прошу тебя сейчас, пока мы не закончили то, зачем сюда пришли, не дёргать его. Он нам нужен спокойный и собранный. Пожалуйста, Невилл. Лонгботтом хмуро кивнул. Гермиона улыбнулась. - Спасибо. Потом они оба посмотрели на Родольфуса. Тот пил кофе, глядя на огонь камина. Плечи его опустились, поза стала более расслабленной. Тут в голову Гермионе пришла ещё одна мысль. - Мистер Лестрейндж, - несмело заговорила она. – Вы обещали нам помогать… Я могу вас попросить… Это не совсем то, о чём мы договаривались, но это тоже помощь, и она очень важна для нас. Я хотела…хотела… - Вам денег, что ли, дать? – насмешливо перебил Родольфус. - А как вы догадались? - С таким лицом чаще всего просят именно денег, - засмеялся Лестрейндж. - Я не себе. - Понятно, что не себе. Себе такие, как вы, не просят. Воевать не на что? В голосе Лестрейнджа звучали откровенно издевательские нотки. - Да, - взглянув ему в глаза, твёрдо сказала Гермиона. - Война – недешёвое удовольствие, - согласно кивнул Родольфус. – Вот я вам денег, а вы на эти деньги мой дом же и разнесёте, со мной вместе. Гермиона промолчала. «В чём-то он прав, конечно, - подумала она. – Плохая идея, но надо было попробовать. И, кажется, он всё-таки основательно пьян.» Родольфус смерил её долгим, неприятным, словно раздевающим взглядом. - Да, эта услуга не входит в наш договор. Но я готов её оказать. Что вы можете мне предложить взамен? Гермиона растерялась. Лестрейндж выжидающе смотрел на неё. Невилл, слава Богу, молчал. - Ничего, мистер Лестрейндж. К сожалению, у меня нет ничего, что могло бы вас заинтересовать. Зря я начала этот разговор. Извините. Родольфус криво ухмыльнулся, поднял палочку и начертил в воздухе несколько знаков, слившихся в смутно знакомый Гермионе рисунок. Часть стены отъехала, открыв сейф. Невилл, не выдержав, присвистнул. - Да, не нищий, - усмехнулся Лестрейндж. – Забирайте. Воюйте. - Сколько можно взять? – не веря своим глазам, спросила Гермиона. - Сколько сможете. Невилл подошёл и молча сгрёб кучу галлеонов . Рисунок в воздухе стал дрожать. - Поторопитесь, сейф открыт, пока воздушный ключ не распадётся. Невилл, поколебавшись, взял ещё стопку монет. Дверца щёлкнула, едва не прищемив ему пальцы. Парень резко отдёрнул руку. Родольфус расхохотался. - Браш, собери деньги и доставь их Аберфорту Дамблдору, - приказал он эльфу. - Какое-то письмо добавить? - спросил эльф. - Или что-то передать на словах? - Да, напиши… - Лестрейндж сощурился. – Напиши «чума на оба ваши дома». Подписи не надо, старик поймёт. Забавно я придумал, как по-вашему? – повернулся он к Гермионе и захохотал снова. « У него пьяная истерика, - подумала девушка. – Как не вовремя!» - Нет у меня никакой истерики, мадмуазель. По вашей рекомендации я сбрасываю напряжение, чтобы не сорваться в ответственный момент и оставаться спокойным и собранным. Кингсли не предупредил вас, что я и легилимент неплохой? Гермиона схватила первую попавшуюся книгу и демонстративно уткнулась в неё. Браш поставил перед Родольфусом очередную чашку кофе. Невилл устроился поудобнее и закрыл глаза. Какое-то время все трое сидели в молчании, думая каждый о своём. Наконец, Родольфус бросил взгляд на часы и встал. - Время. Надевайте вашу мантию и идите за мной. Старайтесь не производить лишнего шума. И да помогут нам всем любые силы, способные помочь.