Солнышко

Лёжа в кровати, утром непонятного, вроде приятного, и в то же время пугающего дня, пиковый король как старшеклассница перед выпускным, на который пойдёт с парнем мечты и вожделения, пялился в потолок, и будто мысленно прописывал каждое слово, которое должен будет сказать. Одновременно с этим он молился, хотя вообще атеист, и проклинал Ромео, просто за то что тот существует, да и нутром чуял Пик, что если бы не этот дрянной пиндос жизнь по другому бы сложилась. Ежесекундное подглядывание на часы дало понять, что до момента когда они с блондинистым клоном договорились отправляться на сеанс оставалось двадцать минут. двадцать минут. Господи, всего то двадцать минут! Был бы проклят тот день когда Ромео впервые выбрался в реальный мир! Феликс вёл себя как ещё большая старшеклассница, в такой-же ситуации, только вёл он себя так, будто парень с которым эта старшеклассница должна была пойти на выпускной ещё и был похитителем женских сердец. Парень носился по комнате как ужаленный и бешено переговариваясь со спокойным как камень и кажется даже смеющимся в какой-то мере над происходящим Ромео, паниковал, если выражаться мягко. Сотню раз переспрашивая в какой ситуации что делать, он пищал визжал и даже заучивал наизусть некоторые подсказанные червовым королём реплики. С панической агрессией, и безумным страхом четвёртый клон посмотрел на часы и увидел… Без двадцати минут два часа дня! Господи! Поняв сколько времени оставалось до момента, как наша «старшеклассница пойдёт с тем самым парнем на выпускной» Феликс полез в гардероб и стал быстро и со страхом перебирать всё, что может быть похожим на одежду, тем самым уподабливаясь уже 14-ти летней девочке, впервые идущей на свидание. Пик сидел уже одетый, конечно не причёсанный, в куртке и сапогах, посреди комнаты, на кровати, сбросив ноги за пределы места, где привык спать. Всё ещё панически поглядывая на часы он стучал пальцами по постели, будто это могло сократить оставшиеся пятнадцать минут в ничего. Ромео тщетно пытался угомонить взбесившегося, и уже на сто процентов готового, кроме верхней одежды, к «свиданию» если позволительно так выражаться блондина. Оставалось ждать. А Пик ждал, ждал, ждал, и кажется уже дождался. Как только часы пробили два часа дня, восьмой клон бешенной пулей вылетел из комнаты и влетел в коридор, куда оба парня должны были прийти, и откуда уже вместе должны были пойти в кино. Феликс уже было собирался идти туда, куда ему собственно положено, но романтик со стажем схватил за шкирку своего валета.  — Стоять! — Очень серьёзно и строго, будто-бы это был вопрос жизни и смерти прочеканил обладатель розовых волос, разворачивая к себе паренька — Знаешь, что нужно делать, если хочешь кого-то разволновать?  — Что? Ну…эм… А зачем волновать? — Иногда Ромео казалось, что червовый валет тормоз не хуже Габриеля, и в последнее время, это иногда превратилось в очень часто — Ромео, зачем опаздывать? Разве не нужно приходить во время, Пику же будет не при…  — Вот именно, — Король выглядел так, будто его заставляли объяснять пятилетнему самые очевидные и ежу понятные азбучные истины. — дурачок! Он за беспокоится, подумает что тебе наплевать! Женщины часто так делают, на таких как Пик это работает особенно прекрасно! В чём, в чём, а в этом деле Ромео разбирался прекрасно. Короля и вправду волновало всего-то трёхминутное опоздание, он начал нервничать, беспокоится, и даже злится. Спустя ещё пять минут своего отсутствия, что в сумме с прошедшими тремя давало целых восемь, Феликс явился с таким видом, будто никто никуда не опоздал, и всё прекрасно, но вот для короля пиковой масти эти восемь минут были совсем не восемь минут, а восемьдесят, так-что он успел очень сильно обеспокоится происходящим. Не став говорить ничего, что-бы не показаться занудой, или что ещё хуже, стать похожим даже на миг на комок нудятины по имени Куромаку, Пик неумело скрывая то что жутко нервничает поздоровался и открыл дверь, пропуская мирно улыбавшегося обладателя биполярного расстройства личности. Парни медленно, почти прогуливаясь дошли до какого-то торгового центра, в котором был кинотеатр, один на весь район. Неспешно подойдя к киоску, парни купили билеты, хотя вернее сказать пиковый купил, так-как розовый запретил Феликсу тратить деньги, а на вопрос почему ответил что так надо. Они, то есть Пик, купили попкорн и отправились в зал, смотреть то, на что лидер клонов потратил шесть сотен рублей. Оба сели на нужные места, и с усердием стали дожидаться окончания рекламы, и начала какого-то глупого фильма ужасов, помимо которого на экранах шёл только человек паук, и на предложения друга сходить туда король пик ответил лишь что это ещё большее интеллектуальное и этическое унижение чем ужастик, и этот идиотизм он смотреть не будет. Фильм шёл, время тоже. За время сеанса Феликс пару раз вздрогнул, Пик нерушимо смотрел на экран, не понимая чего тут страшного. Случайные неловкие ситуации и конфузы, похожие на схватившиеся друг за друга ладони в море попкорна показались чем-то будто обычным, оба парня чувствовали, что пойманные друг на друге, в некоторой мере, восхищённые и увлечённые взгляды, что чаще удавалось поймать валету червей, казалось чем-то обыденным, им думалось что всё идёт по какому-то чудному сюжету, и сюжет этот обоих устраивал. По стечению обстоятельств, неприятным и мимолётным видением, к концу фильма, на глаза Пика попалось что-то зелёное на сидении сзади, до боли напоминающее очки его гада-валета, но моргнув разок и посмотрев туда-же пик там ничего не увидел, что показалось ему таким-же обыденным как всё до этого происходящее. Выходя из зала, Феликс заметил.Вару? Странно, но парень решил что ему показалось, и дуратской догадкой момент, когда слегка смуглая рука была в радиусе двух сантиметров от руки его собственной, и обладатель этой руки что-то спокойным и монотонным голосом что-то повествует, не стал. Парни решили прогуляться в зимнем парке, и остались гулять допоздна, смотря на снег, и тратя последние сбережения самопровозглашённого лидера клонов. А тем временем Вару, с лицом человека, смысл происходящего не понимающего, сидел за красивым, голубеньким столом Зонтика, попивая чай, который Данте по просьбе Роме притащил.  — Слыште, а мне тут торчать обязательно? — Вару был явно не доволен таким бабски-сплетнечаским собранием. — Я свою работу сделал, фото перед вами, и отчёт о всём происходившем тоже, дайте мне мои две сотки, и можно я свалю?  — Вару, ты сам на это подписался, — Ромео отпил из расписанной красным ярко-кислотной розовой кружки немного приторного чая. — не жалуйся теперь!  — Договор дороже денег. — с улыбкой проговорил философ.  — Но…какая вам вообще разница?! — Недоумения очкарика нельзя было передать словами. — Какое вам блин дело да какой-то дибильной личной жизни двух даунов?! — У…у т-тебя пр-росто нет этого глубоко внутри… — Пропищал голубовласый. — Это как призвание…  — Мы — голос всевышнего, что пишет нашу историю, — Самодовольство Ромы просто переходило все возможные и не возможные границы, как и желание носителя зелёных очков ударить его по голове. — Мы голос Бога! Вару решил не отвечать, и не обращать внимание на само-культ романтика, его это не шибко интересовало. Парень отпил горячий и безумно вкусный чай, и решил абстрагироваться от мира сего, нисколько его не интересующего.