Videns Mortem

Темнота была относительным блаженством. В первую очередь тем, что Мортен не нужно было терпеть взгляд красных глаз, подозревающий ее во всех грехах. И не важно, что для этого стоило принять истерзанную душу. Хотелось просто разобраться и уйти, больше никогда не возвращаясь. Еще лучше — просто погибнуть где-то, где ее никто не найдет. И никто не будет скорбеть. Да, это было бы хорошо. Но смерть — слишком легкая доля для нее. Виденс явно не является любимчиком судьбы. Душа хотела показать не так уж много, как ей сначала показалось — лишь пожар и двух близнецов, один из которых держал тот самый сосуд, из которого впоследствии вырвалась душа. Похоже, именно во время пожара эту душу заточили в сосуд, и потом использовали какое-то время в качестве источника некротической энергии. Интересно. Если все так, то существо могло быть одним из тех, кто присутствовал при пожаре, а это уже хоть какая-то информация. Но все это лишь догадки, не имеющие никаких доказательств. И это все, что у нее есть. Кто-то ее активно тряс, и практически визжал на ухо. Ви поморщилась, и попыталась отмахнуться, однако рук она почти не чувствовала, и едва смогла пошевелить ладонью. Что-ж, этого следовало ожидать — сказывалось долгое отсутствие подобной практики. И вот это уже было плохо. Если так продолжиться, то она каждый раз будет отключаться на несколько секунд, и возможно, подставит кого-то под удар. С этим надо что-то сделать. Срочно нужны неупокои, и желательно много. Прошло меньше минуты с того момента, как она рухнула на пол, хоть ей это казалось вечностью. Первым что она сделала — открыла глаза, и тут же их закрыла, увидев лицо феечки. Та лишь радостно взвизгнула, и начала сильнее ее тормошить. Глаза снова пришлось открыть. — Ви! — перед глазами мелькнуло лицо Паймон, — Вставай! — Не ори, итак хреново, — она села, не без помощи Итера, и запрокинула голову. Ощущение тошноты накатило волной, и, похоже, не собиралось никуда уходить. Сосуд все еще фонил. Мортен зажмурилась, и потянулась в один из карманов на поясе, доставая небольшой кусок ткани со странной символикой, — Кто-нибудь соберите эту дрянь сюда. Кто забрал ткань, Мортен не видела. Поглощенный неупокой прекратил метаться по всему телу, и засел в грудной клетке, слыша все то, что говорят вокруг. Ей все еще было слишком хреново для того чтобы просто держать глаза открытыми, да и сидела она лишь благодаря Итеру и Паймон, которые поддерживали ее со спины. Они в который раз помогали ей. Надо возвращать им должок. — Ты как? — половица скрипнула и голос Джинн раздался совсем рядом. От ее анемо стихии стало чуть легче, и Ви наконец смогла приоткрыть глаза. Джинн присела рядом, на корточки. Где-то за ее спиной маячили Кэйя с Дилюком, собирая осколки сосуда. — Нормально. Обычная реакция тела на длительное отсутствие контакта с буйной неупокоенной душой. — Неупокоенной? — Да. Я почти уверена: кто-то заточил душу в сосуде, чтобы использовать ее как источник некротической энергии. Измученные души не могут говорить, поэтому своевольничают и показывают то, что не могут сказать. В общем, ничего особенного, — Ви пожала плечами, ощущая недовольство временного сожителя. Ничего, потерпит. — Ничего особенного? — удивленно воскликнула Паймон, — Что тогда для тебя особенное? — Ну… Восстание мертвецов? — Мортен улыбнулась краем губ, вспоминая, — По крайней мере это было на моей памяти всего один раз, и это было жутко, — Итер переглянулся с Джинн, а Кэйя и Дилюк оторвались от процесса, и одновременно посмотрели на девушку, — Что? Я сказала что-то не то? — Не, не, все нормально, — поспешила перевести тему Джинн, — Ты сказала, что неупокой хотел тебе что-то показать. — Да, насчет этого, — протянула Мортен, с новой силой ощущая болезненные пульсации где-то в грудной клетке, — Двое близнецов у статуи Барбатоса в центре города. Один из них держал сосуд, который я разбила. Это мне показали, — подселенец сделал кульбит, и Ви зарычала, — Успокойся уже! Будешь буянить, я тебе не помогу, — внутри все сразу притихло, — Так-то лучше. — Ты сейчас с кем говорила? Ви бросила недоуменный взгляд на Паймон, словно это было очевидно. А потом хлопнула себя по лбу ладонью, и от всей души рассмеялась. — Точно! Вы же не в курсе, — успокоившись, Ви продолжила, — Это я внеплановому подселенцу говорю, чтоб не сильно фонил своими эмоциональными откликами. Он ведь видит и слышит все, что происходит здесь, и все, что он чувствует, чувствую я. Это мешает. — Так, — перед носом появился перевязанный веревкой кусок ткани, который в перчатках держал Рагнвиндр, — Куда это? — Давай сюда, — Виденс приняла из рук Дилюка сверток с осколками, и убрала его в набедренную сумку, — Позже разберусь. Продолжим. В Монштадте был пожар? — Был, — бросил Кэйя, внимательно смотря единственным глазом на сидящую на полу Ви, — Где-то полвека назад. Ты думаешь, он может быть как-то связан с этим? — Вполне. И душа, и это существо как-то связаны с пожаром. Но в любом случае, пока я не избавлюсь от внепланового соседа, я толком не смогу работать. У вас тут есть какие-нибудь старые кладбища, или места массовых смертей? Ви ждала обычной реакции — непонимание, шокированных взглядов. Но то полное спокойствие, которые источали все присутствующие, кроме Паймон, ее приятно удивило. — Старый Монштадт пойдет? Там был кровавый бунт против прошлого анемо архонта, — Ви кивнула Джинн, поднимаясь на ноги, не без помощи ближайшего стула, и расправляя складки на темно-серой майке. Картинка в глазах поплыла, и она сильнее вцепилась в несчастный стул. — А ты дойдешь? — обеспокоенно спросила Паймон, — Выглядишь, если честно, не очень. — Я всегда выгляжу не очень, но спасибо за беспокойство, — не без сарказма ответила Мортен, и отпустила стул, едва все пришло в норму, — Меньше будешь буянить — быстрее обретешь покой, — бросила она соседу. Тот успокоился, но все еще выражал недовольство, что какая-то девчонка ему указывает.

***

— Мы на месте, — махнул рукой Кэйя в сторону развалин, — Старый Монштадт. Ви встала, и сделала пару шагов в сторону от телепорта. В ушах стоял знакомый гул и все вокруг так и фонило мертвыми. От нежелательного соседа хотелось избавиться как можно скорее, к чему, Ви и приступила. Достав из голенища ботинка небольшой ритуальный нож и разрезав ладонь, Виденс нарисовала кровью пентаграмму на земле, и начала выписывать символы по внешней оболочке, спиной ощущая внимательные взгляды пятерки, оставшейся у телепорта. Она понимала их недоверие к происходящему, и вообще была в шоке с того, как легко они ей доверились. Или же, они уверены в том, что в случае чего, смогут остановить Мортен. Однако, ей в принципе, было все равно — она лишь делает свою работу, а что там думают о ней другие ее не сильно волновало. Лишь бы не лезли — но они, вроде, это уяснили, и ближе подходить не собирались. Закончив с последним руническим символом в центре пентаграммы, она отошла в сторону, критически осматривая результат. — Неплохо для начала, — утвердительно кивнула Ви самой себе, и обратилась уже к подселенцу, — Ну, готов, сосед по телу? Чужая душа удовлетворенно пульсировала в груди. Ви не стала медлить, и едва зайдя в круг, начала заунывно читать нараспев, обходя пентаграмму по внутреннему кругу. Обойдя его полностью и остановившись там, где она пересекла границу, Ви закатала рукав куртки, и неожиданно для всех, наискосок рассекла кожу на предплечье. Кто-то сзади сначала взвизгнул, а после охнул. Девушке было совершенно не до объяснений своих действий товарищам, стоящим за спиной. Ви смотрела и ощущала, как с вытекающей наружу кровью уходит подселенец. Ощущение чужеродности в груди исчезло, а вытекающая кровь приобрела черный цвет. Когда ощущение чужеродности покинуло тело, Ви сильно согнула руку в локте, тормозя кровоток. Осталось только упокоить освободившуюся душу, и можно заканчивать с некромантией на сегодня. Мортен встала в центре, и сняв с шеи шарф, перевязала им руку. До конца ритуала этого должно было хватить, и Виденс снова начала заунывно тянуть заклинания, разрезая ритуальным ножом энергетические пространства вокруг себя, стараясь не сильно приближаться к границе рисунка, в котором она магичила. Оставалось совсем немного — всего лишь словами прогнать неупокоя через эти энергетические дыры и закрыть их. — А что вы тут делаете? — голос раздался совсем рядом с Мортен, и та повернулась. Неизвестно откуда взявшийся бард все ближе подходил к границе, и все сильнее хмурился, — Некромантия? Он был уже совсем близко к грани, защищающей разрывы в пространстве. Перейдет — и все, ему хана. — Отойди, или тебя затащит вместе с мертвяками! — успела предупредить Виденс, отвлекаясь от удержания дыр. Все имеет свои последствия. Несделанная домашка имеет последствия в виде плохой оценки и не выученного материала. Ослабление концентрации Ви тоже дало последствия — часть некротической энергии, удерживаемая внутри дыр, просочилась, и направилась прямо на незадачливого барда. Тот успел уклониться, и энергия направилась на стоящую у телепорта компанию. Ви перестала церемонится — насильно прогнав неупокоя сквозь дыры, она кое-как их залатала, и вышла за границу пентаграммы, направив рассеченную руку на некротический сгусток, пытаясь взять его под контроль. Энергия уже пару раз попыталась навредить Кэйе, как самому привлекательному в энергетическом плане, и даже зацепила малышку Паймон — та, хвала местным божкам, была в сознании, на руках Итера — однако, ощутив родную манящую энергию, понеслась на Виденс. Мортен с большим удовольствием поглотила агрессивный энергетический комок, пополняя свои резервы, и хмуро посмотрела на барда. Тот ответил ей таким же взглядом. — Сначала закрою дыры, а потом уже спрашивай, что и как, — отрезала она, и вернулась в центр круга, доставая нож. Спиной она чувствовала прожигающий взгляд анемо архонта, и мысленно чертыхалась. Знакомство с местным божком никак не входило в ее ближайшие планы. Но когда у нее что-то шло по плану?