Театр абсурда

      Алекс яростно натирал бокал, чуть ли не сверкающий от блеска, но никак не мог остановиться. Он наблюдал за происходящим в помещении бара и пытался понять, как вообще так получилось, что босс разрешил устроить этот театр абсурда. Да после такого к ним ни один посетитель не сунется! Наверняка Майклу, владельцу бара, хорошо заплатили — иных причин спектаклю одного актера Алекс не видел.              И все же не покидала мысль: «Как Майк мог продать душу дьяволу?» Алекс ни за какие деньги не согласился бы на такое. По крайней мере, ему очень хотелось верить, что ни одна сумма, сколько бы нулей в ней ни было, не соблазнит предать собственные принципы и убеждения.              А еще Алекс гадал, почему выбор пал именно на бар. Не так он себе представлял встречи политиков с электоратом. Особенно продажных политиков. Хотя разве бывают другие? И все же, почему Питер Волдер решил пообщаться с избирателями в таком месте, Алекс понять не мог. Неужели посчитал, что так будет ближе к народу? Глупо как-то.              Но самое забавное — это работало. Людей собралось много — пожалуй, даже в вечера караоке или счастливые часы в баре Алекс не припоминал такого ажиотажа. Он с отвращением следил за тем, как политик изображает из себя заботливого, интересующегося проблемами населения стража порядка и справедливости, хотя, надо сказать, актер из него так себе, но зато зрители, словно болванчики, кивали на лживые обещания. Публика явно подобралась благодарная, но Алекс не понимал, как они могут верить клоуну, которому место только в цирке.              Проработав барменом много лет, Алекс наслушался кучу историй от совершенно разных людей и понял одно: все лгут. Кто-то по чуть-чуть, скрывая от жены, что зашел промочить горло, кто-то — посерьезнее, например, интрижку с секретаршей. Но Волдер переплюнул всех, вместе взятых. Он обещал едва ли не золотые горы, которые обязательно возникнут, стоит переизбрать его мэром. Вот только Алекс помнил, что подобную чушь он говорил и в прошлый раз. Так почему эти люди сейчас стояли и слушали откровенную ложь? Неужели забыли, как Волдер кормил точно такими же обещаниями, клятвенно заверяя, что все выполнит. И что? Снова завел ту же шарманку.              — А теперь я всех угощаю! — в конце пламенной и, безусловно, искренней речи выдал Волдер.              Алекс усмехнулся, наконец поняв, почему на спектакль собралось так много зрителей. Ну кто откажется от халявной выпивки? Среди толпы Алекс заметил и завсегдатаев бара, видимо, случайно оказавшихся на этом «празднике жизни», и совершенно незнакомых людей. И все-таки Майкл был не промах — после такого даже рекламировать заведение не придется, все и так узнают о скромном баре «Идроулс».              Правда, Алекс не был уверен, что хотелось сыскать именно такую славу, но это решение Майкла. Алекс пытался возражать, протестовать, но босс ясно дал понять: либо он заткнется и будет делать свою работу, либо вылетит ко всем чертям. Этого Алекс не мог себе позволить — ему нужны деньги, чтобы заботиться о больной матери, на которую государству и чертовым политикам просто плевать. Именно поэтому — и не только — Алекс не верил ни в систему, ни в поддерживающих ее людей. Что-то сломалось, но никто не спешил чинить.              А пока он все-таки работал здесь, значит, исправно выполнял обязанности, наливая бесконечное количество самых разных напитков.              — Хэй, Ал, плесни-ка виски подороже, пока этот кретин угощает. — К барной стойке протиснулся завсегдатай Айвэн.              Алекс усмехнулся и взял скотч с тридцатилетней выдержкой, который Майкл берег едва ли не как бриллиант. На его памяти из этой бутылки пили всего раз на какой-то особый случай, так что было даже приятно вот так просто налить скотча обычному посетителю. Алексу всегда нравился Айвэн — он частенько засиживался до закрытия, скрашивая будничную рутину разговорами и интересными идеями. Никому другому, пожалуй, такой дорогущий скотч Алекс не налил бы — а когда Майкл узнает, то ему и за это влетит. Но тот ведь сам распорядился делать то, что скажет Волдер. Вот Алекс и делал.              Айвэн отпил немного и закрыл глаза, даже замычав от удовольствия.              — Черт возьми, это просто божественно! Почему ты скрывал от меня эту амброзию? — возмущенно, но с улыбкой спросил он.              — Потому что один глоток этого скотча стоит как аренда твоей квартиры за месяц, — хмыкнул Алекс.              — Да иди ты!              — Капитализм, дружище. — Алекс пожал плечами и усмехнулся, но совсем невесело.              — Как тебе представление? — поморщился Айвэн.              — Полный бред, — не задумавшись ни на секунду, ответил Алекс. — Я понимаю, почему Майк согласился на эту хрень, но все равно это паршиво. Чувствую себя каким-то предателем.              — Почему не уйдешь? — поинтересовался Айвэн так непринужденно, как будто это просто.              — Я не могу, ты же знаешь, — вздохнул Алекс.              — Слушай, ты ведь умный парень, смог бы и свой бар открыть, а не прозябать тут, облизывая задницы всяких придурков. — Айвэн кивнул на Волдера, активно втирающего что-то развесившим уши избирателям.              — Да откуда у меня столько денег? — Алекс задал скорее риторический вопрос — конечно, этот праздный разговор ни к чему не приведет.              Айвэн уже не раз говорил, что не стоит тратить время на «Идроулс», нужно что-то менять, но это так и оставалось простыми словами. Потом они просто расходились по домам, забывая о переменах до следующего раза. Алекс привык.              Но в этот раз в глазах Айвэна горел какой-то особый огонь. Последствия дорогущего скотча или?..              — А что, — он подался вперед и зашептал, — если я скажу, что у меня есть вариант?              — Какой? — Алекс прищурился, не понимая, к чему тот клонит, но заинтриговать ему определенно получилось.              — У меня дед умер.              — Сочувствую твоей утрате.              — Да хрен с ним, он был тем еще козлом. — Айвэн махнул рукой так, словно это ничего не значило. — Но он держал забегаловку. А еще у него нет никого из родных, кроме меня, так что я единственный наследник.              — И что ты предлагаешь? — стараясь не строить далеко идущих планов раньше времени, спросил Алекс.              — Мы можем превратить этот гадюшник в отличный бар, Ал. — Айвэн торжествующе хлопнул в ладоши и допил остатки скотча. — Мы с тобой!              — Ну не знаю… — замялся Алекс.              Он не был уверен, что справится с такой ответственностью. Одно дело — разливать выпивку и мешать коктейли, в чем он определенно хорош, а другое — управлять баром. Алекс видел, как Майкл порой зашивается в куче проблем. Сейчас Алекс отрабатывал смену и спокойно шел домой — готов ли он погрузиться в пучину того, что творилось за пределами барной стойки?              И все же предложение Айвэна заинтересовало. Алекс взглянул на Волдера, все еще играющего роль того, кому есть дело до простого народа — не хотелось до конца жизни быть частью этого театра, о котором забудут, как только закончится предвыборная кампания. В своем баре Алекс сможет устанавливать правила и даже на порог не пустит таких клоунов.              — Давай, Ал, это же то, чего ты всегда хотел, — подначивал Айвэн, разжигая азарт. — Такие шансы на дороге не валяются.              — Ну и как назовем? — сдался Алекс. Или скорее — сделал правильный выбор в пользу собственного будущего.              — Не знаю, есть идеи?              — Как тебе «Форт Бэттл-Крик»? — предложил Алекс название, давно крутившееся в голове, которое он никак не мог понять куда пристроить. Похоже, сама судьба хотела, чтобы он сделал этот шаг, что-то изменить в жизни. И, возможно, не только в своей.              — Мне нравится, — улыбнулся Айвэн и кивнул на бутылку: — Наливай, наше партнерство нужно закрепить этим прекрасным скотчем. И себя не забудь.              Алекс никогда не позволял себе выпивать на работе, но сейчас решил сделать исключение. Его ждали огромные, чертовски пугающие перемены, но он не сомневался — пытался, по крайней мере, — что все к лучшему. Алекс наконец сможет начать жить так, как хотел, как заслуживал, вырвется из этого театра абсурда, в который превратился не только бар со встречей продажного политика с избирателями, но и вся его жизнь.              Теперь Алекс видел, как и куда ему нужно двигаться.              — За «Форт Бэттл-Крик»! — Он поднял стакан с самым дорогим скотчем, который доводилось пробовать, а потом залпом выпил, вместе с приятной горечью чувствуя такой же приятный привкус перемен.