Jump Force! Silver Soul Crisis

ГЛАВА 1

НИКОГДА НЕ ДОВЕРЯЙ ВЕСЕЛОМУ КОММИВОЯЖЕРУ! НИКОГДА!

      Некогда давно, некогда просто красивая столица земли Самураев с приходом пришельцев преобразилась. Деревянные бараки стали соседствовать с небоскребами из стекла, стали и бетона, а в центре её вырос самый высокий из них, названный «Терминалом». Главный порт для пришельцев, а также электростанция для всего огромного мегаполиса и его окрестностей. К сожалению, теперь пейзаж его контрастов напоминал декорацию из пост-апокалипсиса, чем-то даже похожий на мир «К*лака С*верной Зв*зды». Дороги потрескались и обросли дырами, через которые проступала зелень. Окна уцелевших бетонных зданий побиты, а вокруг ни единой души. Хотя, кто знает? Возможно, если заглянуть достаточно глубоко в темноту пустых руин, то можно наткнуться на что-то живое. Вот только, есть ли вероятность, что это самое что-то будет дружелюбно? Ведь как известно, довольно опасно доверять паре десятков хмурых красных огоньков…       — ОЙ! — Внезапно внимание перешло к самураю в белом кимоно с голубым орнаментом облака снизу поверх черных рубашки, брюк и сапог. Беловолосый мужчина возрастом далеко за двадцать орал посреди главной улицы рядом с двумя подростками и одной белой большой собакой. — Почему я опять попал в будущее?! Мы же договорились!       — Гин-сан, успокойтесь! — Пытался усмирить самурая брюнет в очках лет восемнадцати. — Нам стоит наконец порадоваться, что нас добавили в Джамп Форс.       — Ничего ты не понимаешь, Пацуан. — Гинтоки продолжал негодовать. — Я, значит, пахал все эти пятнадцать лет до седьмого пота, довольствуясь проектами средней паршивости и локальными мусоу-слешерами, но эти твари из Бандай Намко даже не потрудились добавить нас, как отдельных персонажей!       — Не велика потеря, ару. — Отмечала цинично спокойно девушка под зонтиком лет шестнадцати в красном Ципао с заколками в рыжих волосах. — Этот кроссовер отдали каким-то ракам, которые даже нормально закодить её не могли, ару. Стоит радоваться, что нам уделили целую отдельную сюжетку.       — И ладно бы нас просто добавили с обычной ареной кабуки-чо. — Сокрушался самурай, ковыряясь в ухе. — Но они решили вспомнить про второй полнометр! У меня все еще болью отзываются эти события, а они решили посыпать солью на этой ране.       — Нормальный фильм, чего вы пристали?! И вообще, я там был просто шикарен. — Очкарик пытался вступиться за тот фильм, на что получил довольно вопрошающий взгляд, говоривший: «Серьезно?».       — Тебе-то понятно, Шинпачи, — девушка ответила ему, — это ведь твой дебют в кроссоверах, как подставки с очками, ару. Ничего, радость скоро пройдет, ару. И будешь ты сторониться этих слияний, как страшных снов о нетотаре с Оцу-чан…       — ЭЙ! ОТКУДА ТЫ ЗНАЕШЬ ТАКИЕ СЛОВА, КАГУРА-ЧАН?! — Вздрогнул Шинпачи от самой мысли, предложенной, Кагурой. — Гин-сан, чему ты её учишь-то?! Гин-сан?       Гинтоки остановился очень резко, стоило ему заметить, как пес вглядывался куда-то в темноту. Ему слышался какой-то тихий низкий гул. Словно зацикленный звук зажатой клавиши пианино. И похоже, что не только ему. Это было не к добру.       — Что случилось, Садахару? — Обратила на своего пса Кагура. — Что-то не так?       — Уходим. — Очень серьезно произнес Гинтоки. — Здесь небезопасно.       Гинтоки прибавил ходу и намеревался скрыться от этого странного гула. Садахару и Кагура сразу же ускорились. Лишь Шинпачи почесывал верх своего «Магедаса», не понимая, чего такого мог почувствовать здесь.       — В каком смысле небезопасно? Здесь же никого не… — Но тут же, после небольшой оглядки увидел, как остальные уже отдалились и побежал за ними. — Подождите меня!       Стоило им скрыться с главной улицы, как в темноте одного из полуразрушенных зданий загорелись красные огоньки. Огоньки, что тихим гулом приближались к свету, приобретая человекоподобные черты. И чем ближе они были к свету, тем отчетливее гул превращался в одну фразу:       — Мы есть Веном…       Долго убегать с основной улицы не пришлось. По полуразрушенным дорогам, они стремились дальше вглубь разрушенного Эдо для того, чтобы понять, что они не единственные оставшиеся персонажи их мира в этом городе. По крайней мере, это было желание Гинтоки удостовериться, что ему и Садахару просто показалось. Остальная Йорозуя не особо понимала, что сейчас может произойти. Лишь спустя некоторое время кучерявый остановился на одной из улиц, оглядываясь по сторонам. Гул пропал, а красных огоньков не видать. Следовательно, можно было выдохнуть.       — Фух. Ладно, — начал Гинтоки, — теперь, когда нам ничего не угрожает, мы можем спокойно обдумать следующий план действий.       — Гин-сан, — обратился Шинпачи, — вы вообще, чего это? Что нам могло угрожать?       — Не глупи, Пацуан, посмотри на Садахару. — Кучерявый указал на большого пса, который был сегодня как-то слишком серьезен, — Он явно вынюхал что-то нехорошее. Да и к тому же, этот гул «Мы есть Веном», «Мы есть Веном». Серьезно, нам везет, что мы сейчас вне поля досягаемости до судебных исков от Сони.       — Я ничего не слышал. — Достаточно холодно ответил очкарик. — Кагура-чан, ты что-нибудь слышала там?       — Абсолютно нет, ару. Я была больше заинтересована реакцией Садахару. Ты ведь что-то унюхал, ару?       Пес лишь гавкнул с кивком, отвечая на вопрос своей хозяйки. Меж тем Шинпачи весьма скептично смотрел на все это, вновь поворачиваясь к Гин-сану со словами:       — А вы уверены, что это не очередной эпизод вашей боязни призраков?       — Не будь дураком. — Гинтоки сразу же пытался сделать вид, что это все не так, но взгляд его подчиненных от этого становился лишь суше. — Я не боюсь никаких призраков, я же не дите малое, в конце-концо…       Стук в спину. Пауза в две секунды и абсолютно девчачий писк из горла самурая. Тут же он успокоился, увидев, что перед ним не то, чего он ожидал. Со выдохом Гинтоки слез с шеи пса и уверенно ответил:       — Я же говорил, я вам не малое дите.       — ДА ТЫ ТОЛЬКО ЧТО ВИЗЖАЛ, КАК МАЛЕНЬКАЯ ДЕВЧОНКА, СТОИЛО КОМУ-ТО ВЛЕТЕТЬ ТЕБЕ В СПИНУ! — Шинпачи не выдержал и разорался. — И кто после этого из нас малое дите?!       — Точно не я. — Отрицал самурай. Тут же началась неважная перепалка, пока врезавшийся кто-то оклемался. Кагура тут же прищурилась и оглядела сверху его. Рыжие торчащие волосы, хмурое лицо, школьная форма, будто бы из другого аниме. На неё тут же обратил внимание и сам парниша, который по виду был примерно одного возраста с Шинпачи. Правда, её вид на белом псе больше казался каким-то осуждающим.       — Ой, — начал он довольно тихо, — на что ты уставилась?       Услышав его голос, Кагура тут же расслабила лицо и повернулась к спорившим о чем-то замыленном и связанном с привидениями.       — Нэ, Гин-чан. — Она указала на рыжего. — Этот пацан кажется мне знакомым, ару.       — Арэ? — Тут же Гинтоки и Шинпачи прервали свой спор и обратили внимание на него. — Это же…       — Кто? — До Шинпачи еще не дошло. — Кто это? Кагура-чан, о чем Гин-сан говорит?       Кагура меж тем уже слезла с Садахару, но стояла с таким лицом, будто бы она прочитала мысли Гинтоки. Парень же настороженно пополз назад на метр, увидев, как на него реагируют незнакомцы. «Знакомый?» — подумал он. — «Да не может такого быть. Я их впервые вижу вообще!». Но недолго погодя, девушка заключила:       — Это он. Куросаки Ичиго, ару…       — Подожди… — Немного сбился со скептичного настроя очкарик. — Тот самый Куросаки?!       Куросаки тут же вздрогнул, а в голове всплыл закономерный вопрос: откуда они о нем знают? Нет, Ичиго имел некоторую известность в Каракуре среди хулиганов и шпаны. Но только он сейчас далеко не в Каракуре, даже не в соседнем Наруки. А эти трое с псом-переростком не были похожи на типичную шпану, которой он в свои лучшие годы отвешивал. Гинтоки и его подчиненные же, тем временем, собрались в круг недалеко от Ичиго, чтобы обсудить данный поворот событий.       — Вы точно уверены, что это он? — начал Шинпачи.       — Конечно он, — ответил Гинтоки, — я этого парня из тысячи безликих героев ромкомов узнаю.       — Да и голос… — Кивала Кагура. — М*санори М*риту не спутать, ару.       — М*саказу М*риту, Кагура-чан! Не путай! От него лишь веет хулиганским блюзом! Но даже если так… — Очкарик краем глаза смотрел, как Ичиго поднимался и оттряхивался от пыли. — Но почему именно он? Значит ли это, что ты почувствовал именно его присутствие, Гин-сан?       — Исключено, — отрицал самурай, глядя на то, как Ичиго отвлекся на Садахару, — нет, их с Зангецу отношения можно сравнить с отношениями Венома и Эдди Брока, но голос-то у них один. А я слышал отчетливый низкий гул.       — Я все равно понять не могу, о каком гуле ты говоришь, Гин-сан. Может тебе он правда при…       Ичиго же продолжал стоять на своем месте и глядеть на это шептавшееся трио. Ну, как шептавшееся. Очкарик, что в некоторой степени, напоминал ему Ишиду, переходил на кричащий шепот, из-за чего тот мог слышать что-то про хулиганский блюз. Впрочем, это не так уж и важно. Важно лишь то, что это не его мир, и даже не общество душ. Уж больно тут все выглядит по-современному, несмотря на старомодную архитектуру, просматривавшуюся то здесь, то там, где Ичиго успел пробежать мимо. Осталось только понять, что это за мир.       — Эй, вы трое! — По зову Ичиго Йорозуя перестали шептаться и обернулись к нему. Ну, или как он думал, что к нему… — Я понятия не имею, о чем вы сейчас там болтаете, но может, кто-нибудь мне объяснит, что здесь проис…?!       Однако тут же его голова оказалась поглощена ртом Садахару. В ту же секунду троица запаниковала и закричала своему питомцу:       — Фу, Садахару, фу! Тебе нельзя клубнику в любом виде!       — Сплюнь его, ару! Сплюнь, рыжие комки тебе не понравятся!       — Из-за тебя наш кроссовер свернут на первой же главе кампании! <…>       Буквально через пару минут Ичиго уже сидел более угрюмый и раздраженный, чем, до этого. Обслюнявленный, с ручейками крови, текшими из головы. И пока Гинтоки и Кагура отчитывали Садахару за поведение, Шинпачи сидел рядом с рыжим с досадным выражением лица.       — Это… — Пытался начать диалог Пацуан. — Ты извини, Садахару таким образом показывает, что ты ему понравился…       — А обязательно для этого пытаться дробить мой череп, как орех? — Спрашивал Ичиго угрюмо, но тихо.       — Да ты не волнуйся насчет головы! Она уже через страницу станет, как прежде!       — Страницу? — У Ичиго поднялась бровь. — Вы что, в манге живете? Голова не может просто так перестать кровоточить в реальном мире…       — А кто сказал, что ты находишься в реальном мире, Куросаки-кун? — Гинтоки подсел на корточки к рыжему, который почесывал затылок и смотрел куда-то в сторону. — К тому же, лично мне хочется знать, чего это ты по сторонам не смотришь, когда бежишь.       — Ой, — вошел в разговор с самураем парень, — вы мне все еще должны объяснение по поводу того, что здесь происходит, и как я здесь оказался.       — Должны, Ару? — Кагура тут же занизила свой голос и сделала вид, что суконбу — это сигара. — Ты просишь нас об одолжении, но просишь без уважения. Не предлагаешь дружбы, ару. Не называешь меня королевой Кабуки-чо…       — О каком уважении ты говоришь, а? — Дает затрещину ей Гинтоки. — Ты кем себя возомнила, Мэри Корлеоне?       — Я серьезно! — Вскочил с возмущением Ичиго. — Я понятия не имею, где мои друзья и что за сфера взорвалась в моем мире!       — Какая сфера? — Поинтересовался Шинпачи.       — Ну, черная такая. — Начал объяснять парень, очерчивая фигуры руками. — Похожа была на звезду, которая просто висела над городом, а потом просто… Пуф! Ослепительная вспышка, и вот я здесь.       В момент объяснения все в Йорозуе молчали и слушали Ичиго, не замечая, что за ними с высоты здания наблюдала фигура… довольно знакомая, в коричнево-красных одеждах, в солнцезащитных очках.       — Вспышка черной звезды? — Шинпачи стало как-то не по себе, будто бы он что-то вспомнил, но пока не мог сказать точно, что именно. — К тебе точно не приходил полный человек в деловом костюме с широкой улыбкой?       — Я вообще был не дома, я был в гостях у подруги, с друзьями… Я только встретил одного человека до того, как прибежал сюда, и это точно был не он. От него отходил низкий гул и зацикленная фраза…       — Мы есть Веном. — Серьезно Гинтоки произнес, ловя удивленные взгляды своих подчиненных.       — Да! Вы ведь тоже это слышали?       — Лично я вообще не понимаю, о каком гуле идет речь. — Говорил Пацуан. — Я ничего не слышу, кроме тишины вымершего города.       — Неудивительно. — Тишина вымершего города вокруг них сменилась хриплым, низким голосом. Столь знакомым, что Йорозуе стало даже не по себе от этого. Даже Садахару, после того, как повернул голову к верхушке одного из зданий, зарычал. — Обычный человек не способен почувствовать то, что находится за гранью реальности. Понимаешь, к чему я, Гинтоки?       — Вот о нем я и говорил! — Стал оглядываться Ичиго в поисках говорившего. — А потом наслал на меня странных существ, я…       — Быть того не может. — Заключил Гинтоки, смотря на край крыши одной из многоэтажек, на которой стояла та самая знакомая фигура. А Садахару же начал лаять. — Я знал, что ты прирожденный рассказчик страшилок, но, чтобы пугать временных шинигами одним своим видом… Да ты превзошел сам себя, Мадао.       «Как он узнал, чем я занимаюсь?» — И вновь парень напрягся с таким вопросом. — «Если подумать, они знают мое имя, говорят какую-то околесицу и делают вид, словно я их каждый день в Каракуре видел… Что за черт тут происходит?»       — Ты бы хоть спустился, что ли. — Меж тем самурай тактично ковырялся мизинцем в носу. — Гляди, до чего ребенка довел своими сказочками.       — Гин-сан, подождите, — взволнованно влез Шинпачи, — Хасегава-сан ведь стоит на десятом этаже. Он спускаться будет больше…       — Не глупи Шинпачи. — Серьезно отмахнулся Гинтоки. Мадао лишь усмехнулся и спрыгнул вниз на страх очкарика. Но тут же, в метре от земли скорость резко замедлилась, дав ему приземлиться на ноги мягко. — Что бы там не приземлилось к нам… Это уже не Мадао.       — Ну, почему же? — Усмехнулся Хасегава, достав из-за уха сигарету. — Это все еще я… Просто кое-что во мне изменилось…       — Кончай играть с нами эту комедию, мистер Смит на полставки. — Отрезал его самурай спокойно и серьезно. — Хасегава, которого я знаю, ни за что бы не напугал видавшего виды подростка. И уж тем более, не спрыгнул бы с самоубийственной высоты, чтобы похвастаться фокусами. Что ты такое, ублюдок? И что ты сделал с Мадао?       Хасегава в ответ тихо и весьма злорадно посмеялся, прежде чем продолжил разговор:       — Я же говорю, что я — это Я… — Он снял очки, раскрыв пустоту в глазницах, окрашенную в переливы фиолетового и черного. — Просто мне случилось немного обдумать кое-что, пока происходила коллизия миров.       — Коллизия? — Удивленно отметил Ичиго. — Хочешь сказать, эта черная сфера…!       — Нет, нет, что ты… — отрицал Хасегава. — Это не моих рук дело. Я всего лишь в этой игре посредник. И вы должны были уже догадаться… Кто стоит за мной.       По щелчку пальцев Мадао из глубин темноты зданий загорелись красные огни и некогда не столь разборчивый гул приобрел свою четкость и многоголосье. Повторяя «Мы есть веном», из темноты вышли темные фигуры, похожие на байкеров-панков, сошедших со страниц одной манги про мир после ядерной катастрофы. С ирокезами, помесью кожаного шмотья с костюмами БДСМ и, как ни странно, медицинскими масками.       — Гин-сан, это же…! — Шинпачи тут же увидел доказательство вменяемости Гинтоки.       — Ой-ой, Ичиго, — отошел к нему назад самурай, — тебя правда напугала эта кучка ряженых клоунов? Я понимаю, будь это тот же Кенпачи, но эти парни даже мухи не обидят, особенно тебя со значком шинигами.       — Ой, — возмутился Куросаки, — прекрати говорить так, словно знаешь меня лучше моей семьи, Гин. И да, раз уж ты сказал…       — Я бы предпочел, если бы ты меня называл Гин-саном, а может, даже и семпаем. — отметил он, чем еще больше привел в раздражение Ичиго.       — С какой стати мне тебя так называть, старик? И вообще, я…       — Ой-ой, ты на кого это бычишь, малютка? — Встал в позицию для спора Гинтоки и немного приподнялся на цыпочках, чтобы казаться хоть немного выше вымахавшего парня. — Я все еще в душе ребенок, мне еще даже приходится первой цифрой в договорах в пункте возраста писать двойку, а не уродливую троечку.       — Да хватит уже, Гин-сан! — Завопил Пацуан, уже встав в боевую стойку с деревянным мечом. — Нам сейчас не до ссор, у нас тут дела…!       — И вообще, — самурай лишь проигнорировал вопли своего подчиненного, — с какой стати временный шинигами с ядерным реактором вместо души и огромным ножиком на руках боится нещадных статистов?       — Завались! Ты все еще мне должен адекватные объяснения, что за чертовщина тут происходит…!       Кагура сухо наблюдала за этим спором, пожевывая водоросль сукконбу. Подойдя ближе к Шинпачи, она отметила:       — Мда, похоже, эти два идиота нашли друг друга, ару…       — Это так мило. — Хасегава насмешливо отметил данную перепалку и прервал её, вогнав их в некое подобие ступора. — Мне абсолютно ничего не надо делать, чтобы вы уже съели друг друга заживо. Как приятно, когда идиоты притягиваются…       — Заткнись! — Синхронно Гинтоки и Ичиго влетели ударами ног в сторону Мадао, надеясь попасть. Казалось бы, в комедийной сцене они бы попали точно по роже зазнавшемуся бездомному. Но буквально в идеальный момент тот сделал очень гибкий наклон назад, из-за чего пятки обоих героев промахнулись по надменному лицу Хасегавы, который лишь повернулся к ним с широко раскинутыми руками и усмехнулся:       — Я же говорил, что я немного изменился, Гинтоки! По мне так просто не…       Но тут же ему в спину попала очередь из пуль, которые его приложили к земле лицом. Приземлившиеся Гинтоки и Ичиго устремили свои взгляды и увидели, как Кагура перезаряжала свой огнестрельный зонтик и сдувала дым, шедший со ствола.       — Мальчишки, ару. — Вздохнула она. — Что с вас возьмешь?       Тут же она нацелилась в эти темные фигуры, которые стояли неподвижно, ожидая приказа от легшего Хасегавы, и начала по ним палить в позе одного небезызвестного наркобарона из Майями.       — Скажите привет моему дружку, ару! — Буквально 12 секунд хватило, чтобы все эти байкеры из антиматерии исчезли во мгновение ока. Ичиго стоял и наблюдал за этой картиной, начисто обомлев. Чего уж там, зонтик-огнестрел всегда звучит с одной стороны глупо, но очень эффектно. Особенно учитывая то, что он не мог сейчас ничего сделать. Кагура же обратила внимание на впечатленного рыжего и после очередной продувки произнесла с усмешкой:       — С тебя четыреста тысяч пачек с сукконбу, ару.       — Чо?! — Воскликнул тут же парень. — Где я тебе столько наберу?!       — Хватит наглеть, Кагура-чан! — Шинпачи вновь вскрикнул. — На кой черт тебе столько пачек?!       — Ну так, — она положила себе на плечо зонтик, — я тоже, в общем-то, спец по большим пушкам.       — Это что, должна быть на что-то отсылка? — Голос Хасегавы как ни в чем не бывало заставил её встрепенуться, ровно, как и исчезновение в красном шаре. — Даже если так, то мудрое решение…       Хасегава оказался прямо за ней, целый и невредимый, с темным оружием, похожим на меч. Меч, который готовился бить вертикально. Гинтоки сразу же среагировал и приготовился отбивать удар на бегу.       — Кагура-чан, ложись! — На выкрик Шинпачи Кагура тут же отскочила в сторону, а Гинтоки мощным горизонтальным ударом целился в бок Мадао, но… Тут же появился из ниоткуда прямо перед ними бугай-панк, который принял удар на себя с раскинутыми руками и отлетел в сторону.       — Хороший удар, Гинтоки. — Кивнул Хасегава, наблюдая за вспышкой энергии после падения венома. Самурай же посчитал это моментом для очередной атаки, но Мадао безо всяких проблем заблокировал её. — Только ты явно недооцениваешь меня.       Еще одним щелчком он вновь призвал дюжину этих рейдеров из темной энергии. На этот раз они вышли не из темноты, а образовались из тех темных миазмов, что витали после обстрела Кагуры. Ичиго наблюдал за всей этой картиной и выглядел так, словно стыдился чего-то. Гинтоки же отскочил от противника ближе к своим подопечным. Уверенный в том, что шансы на его стороне, он усмехнулся и произнес:       — Хм. Прячешься за пешками, лишь бы не получить, трус? Тебя это не спасет, когда Ичиго станет шинигами и снесет тебя Гецугой Тенщё.       — Эм, слушайте, у меня… — Пытался что-то сказать Ичиго.       — Точняк, ару! — Перебила его Кагура. — Сейчас он нащупает свой значок, и тебе будет уже не до смеха!       — Ой, да послушайте, значок…! — Попытался снова что-то сказать Ичиго. Лишь Шинпачи начал угадывать, что дело не чисто. Уж больно как-то странно, что временный шинигами убежит от кучки существ из темной материи, которые ложились пачками от пуль Кагуры и удара Гинтоки. Это могло означать только худшее, посему Пацуан пытался объяснить:       — Гин-сан, у нас может быть проблема…       Но эйфория уж больно надавила на логическое мышление Гинтоки, который верил в преимущество:       — Теперь-то мы в абсолютном выигрыше, когда у нас на стороне один из трех героев большой тройки…!       — ДА НЕТ У МЕНЯ С СОБОЙ ЗНАЧКА! — Выпалил Ичиго нечто, из-за которого повисла гробовая тишина. Худшее опасение Шинпачи оправдалось, потому его реакция камнем застыла в выражении «так и знал, что так будет». Меж тем, будто на шестеренках, головы Кагуры и Гинтоки повернулись в сторону парня, но что-то сказать силы нашлись только у последнего на подобную новость:       — Арэ? — Он даже ближе подошел к Куросаки, чтобы доспросить с простоватым выражением лица. — Я тебя не расслышал. Повтори-ка, вот ту часть, про значок. Мне показалось, ты сказал, что у тебя его нет.       — Так и есть. — Сухо ответил Ичиго, неловко отводя взгляд. Затишье не думало прекращать, но смешки рейдеров-веномов тихо так расходились по улице. А на лицах Йорозуи проступил крупный пот, текший стремительно по выражениям мертвой серьезности. Самурай едва задрожал, когда осознал настоящий расклад дел.       — ЧТО ЗНАЧИТ НЕТ?! — Столь громкий, что им можно было пользоваться, как звуковой гранатой, крик сопровождался уходом из засады на Садахару через ряд исчезнувших фигур. Инугами развил большую скорость, так что удержаться у него на спине втроем казалось задачей довольно сложной, а четырем так вообще почти невыполнимой. Из образовавшейся завесы появились фигуры рейдеров на мотоциклах и унеслись в погоню. Но на этом проблемы не закончились…       — Как ты умудрился прошляпить такую важную вещь?! — Все так же недоумевающе орал Гинтоки на Ичиго по этому поводу. — По-твоему это что, монетка в сотню Йен?!       — Завались! — Воскликнул шинигами. — Я не собираюсь оправдываться перед мутным типом, который даже ответить на вопросы нормально не может!       — Ты бы голову поберег свою, а то ответы тебе её начисто взорвут, даже Зангецу не соберет!       — Не смей приплетать сюда старика-зангецу! — Поездка трясла конкретно, но эти двое будто бы не замечали этого, в отличии от пытавшегося удержаться почти что на хвосте Шинпачи, то и дело передвигая свисающими ногами по земле. Он-то и попытался вновь войти в спор:       — Сейчас некогда спорить! Подвиньтесь, я соскальзываю!       — А, то есть, раньше ты его и принимать за своего не думал, а теперь защищаешь его, как брата родного?! — Гинтоки не слушал.       — Что за чепуху ты вообще несешь?! — Да и Ичиго тоже, продолжая собачиться с самураем. И лишь Кагура могла их успокоить ударом зонтика по голове и словами:       — А ну успокоились оба! Вы мне мешаете целиться, ару!       Меж тем, рейдеры-веномы продолжали преследование на своих байках, нагоняя их потихоньку. И если бы не Кагура со своим зонтиком, то они бы легко опрокинули четверку с огромным псом. Меткими очередями пули взрывали преследователей в тот же самый дым, из которого появились. Но заканчиваться и не думали, подобно тараканам в доме, то и дело вылетая из дымки.       — Да подтяните меня уже! — Крикнул Шинпачи, когда эти двое ненадолго успокоились. Ичиго, будучи ближе всего к Шинпачи, подал руку и подтянул Пацуана повыше. — Спасибо!       — Не за что! — Ответил парень. Улицы сменялись друг другом, широкие проспекты узкими переулками, в которых едва хватало места псу. Рейдеры же уже пытались нападать с крыш в такие моменты, но Гинтоки и Шинпачи своими деревянными мечами давали отпор. А Ичиго же старался лишь не попадаться в цепкие руки противников, то и дело пригибаясь.       — Да они изо всех щелей лезут! — отмечал Пацуан. — Нам нужно как-то от них оторваться!       — И прямо бы сейчас! Смотрите! — Гинтоки указывал на ожидавших после переулка на той стороне темных фигур и самого Хасегавы. — Они нас в засаду заманивают!       — Засада?! — Куросаки воскликнул. — И что нам теперь делать?! Мы не можем от них вечно отбиваться!       — Не дрейфь, Ичи-ни, — Кагура подвинула ствол зонтика против часовой стрелки, — у меня есть идея, как скрыться от них, ару. Главное, выбрать момент.       «Ичи-ни?» — подумал Ичиго, пока они подбегали к концу переулка, — «Так зовет меня только Карин… Вообще, у этой Кагуры и голос похож на её…»       Из переулка они высоким прыжком вылетели прямо на пустую, треснутую автостраду. На миг полета Гинтоки обернулся назад и увидел посреди толпы этих тварей мелькавшую светловолосую девочку в розовом платьице и плаще, со зловеще невинной улыбкой. В момент перед приземлением, Кагура, смотря на надменное лицо Мадао, выстрелила из зонтика, крикнув:       — Сейчас!       В этот раз из зонтика вылетела небольшая бомба, которая при соприкосновении с землей разорвалась обширным дымовым облаком, которое тут же окружили темные рейдеры на мотоциклах. Своими орудиями, появившимися из дымки, они рвали дымовую завесу рьяно, надеясь попасть по застывшим в завесе. Из облака тут же вылетел Садахару, устремившийся в сторону, а толпа на байках устремилась за ним. Но Хасегава приметил кое-что: на спине Инугами никого нет. И правда, когда облако рассеялось, в его центре не осталось никого. Подойдя ближе, он увидел спуск в канализацию.       — Хитро-хитро… — Отметил он тихо, затянувшись сигаретой. — Проследите за ними, но не подавайте виду. Пусть думают, что одурачили нас…       Мадао обернулся в сторону, провожая взглядом терявшегося за поворотом зверя и тут же дополнил:       — Все же, разделяться в данный момент было неразумно… — Тут же за ним появились четыре уже более уникальных силуэтов, среди которых была и та девочка. — Ведь веномы не одни горазды на ловлю добычи.       Тихий ехидный смех тут же прокатился из хрипящего горла Хасегавы, пока вдруг не треснули очки. Он снял их и посмотрел на мелкую трещинку в линзе. Очень серьезно смотрел в отражение переливчатыми глубинами вместо глаз.       — Действительно, эти идиоты правы. — В отражении он видел, как он сам пытается пробиться через линзу, что-то крича. — Очки действительно хранят в себе душу.       Вместе с объявившимися силуэтами он исчез в портале, оставив автостраду пустой. Дал героям шанс на передышку, которая им так необходима, на глубине, сточных вод…       — Похоже, мы оторвались… — Через канализационный туннель шел голос Шинпачи. Четверка шла через тусклый свет едва работающих ламп по бетонному проходу напротив стока. Причем Ичиго шел за Йорозуей с лицом, будто бы опечаленно о чем-то думал. — Кагура-чан, ты уверена, что это хорошая идея оставлять Садахару одного?       — За него можно не беспокоиться, ару. — Спокойно отвечала Кагура. — Садахару так просто не возьмешь, он у нас тот еще крепыш.       — Может и крепыш, но ты видела, сколько их. А вдруг что-то может пойти не так и мы…?       — Да расслабься ты, — Гинтоки с каким-то расслабленным спокойствием обнадеживал Шинпачи, — Главное, что теперь у нас есть время, чтобы подумать о том, что делать дальше. А Садахару сам нас найдет, если что. Хоуминг у него отлаженный.       — Это… — На нерешительный отклик Ичиго позади они обернулись. Он же пытался сейчас найти слова, которые стоило бы сказать после того, как они с Гинтоки несколько раз срывались на ссору по пустякам. Хотя, какие это пустяки? Он ведь попал в ситуацию, где не смог бы долго протянуть без значка Шинигами. С одной стороны, обстоятельства таковы, и ничего не попишешь, но… Эти трое так много знают о нем, а парень абсолютно мало знает о них, кроме того, что он понял при знакомстве. Посему он неловко отводил нахмуренный взгляд в сторону, почесывая висок.       — Что-то не так? — Спросил Шинпачи.       — Вы извините, что я… — Начал Ичиго довольно неуверенно, непривычно для самого себя тихо. — …Я не в состоянии был вас защитить. Все то время, что мы уходили от тех существ, я был практически бесполезен…       — Не так уж ты и бесполезен. — Добродушно отразил Пацуан. — Ты же подтянул меня тогда. Спасибо.       — Да, но… — Хотел и дальше крутить данную пластинку Куросаки. — Даже так, я чувствую, что мог бы вам больше помочь, будь у меня значок. И вот, из-за этого я привел их к вам, а они…       — Да не выдумывай, малой. — Тут же Ичиго получил слабым ударом по макушке от Гинтоки.       — Эй! — Парень опешил немного от внезапного удара. — Ты чего…?!       — Хорош уже винить себя в чем-то, достал. — Самурай чесал кучерявый затылок. — Нам, скорее, повезло, что мы наткнулись на тебя. Они на нас с самого начала положили глаз. Понял, малыш?       — Ой, — Напрягся Ичиго, — почему это я малыш? Я вообще-то выше тебя…       — Но тебе еще целых 12 лет расти, чтобы стать равным мне. — Парировал Гинтоки. — Так что, сделай одолжение старику и завязывай с попытками в нытье. Когда твои друзья увидят, засмеют.       — С чего ты вообще взял, что они тоже провалились в этот мир? — Ичиго немного не понимал, к чему Гинтоки клонит.       — Если здесь оказался ты, — Кагура начала объяснять, пока все четверо возобновили свой ход, — то и другие из твоего мира могут оказаться в этом, ару.       — Вы-то это откуда знаете? — Парень скептично спросил. — Вы что, можете чувствовать реяцу?       — Куда более важный вопрос другой. — Шинпачи тут же задумался над этим вопросом. — Скажи, Ичиго, твой значок… Где ты его в последний раз видел?       — За секунду до взрыва той звезды. — Отвечал Ичиго. — Он был у Чада в руках, хотел мне его бросить в руки, но… она взорвалась раньше, чем он кинул его.       — Ну-с, — Гинтоки ударил кулаком по ладони, — значит, не все потеряно. Тогда действуем согласно плану. Идем пройдем через канализации к Кабуки-чо, куда должен прийти и Садахару.       — Подожди, что значит «не все потеряно»? — Не догонял мысль Куросаки. — Я ведь даже не могу почувствовать их реяцу. С чего такая уверенность, что я не один к вам переместился? Вы мне даже на вопрос про реяцу не ответили…       — Ну, знаешь, — Гинтоки отмечал, — Было бы как-то странно, если бы тебя одного лишь засосало в этот мир. Не побочка же Bl*ch Br*ve S*ls, в конце-то концов.       — Какая еще побочка? Вы можете хотя бы раз не говорить странными терминами? — Упрекал парень. — С чего это вдруг название запикано? Что вы вообще за люди? Вы мне хоть что-нибудь объясните или нет?       Тут же трое впереди остановились и обернулись к угрюмому Ичиго, который так и не получил никаких ответов на свои вопросы. Гинтоки же лишь вздохнул и сказал:       — Яре-яре. Какой у вас вообще год в вашем мире?       — Две тысячи третий. А что? — Ответил Ичиго.       — А, ну понятно. — Кивал самурай, засовывая руку за пазуху. — Значит, в вашем мире нас еще не публиковать не начали.       — Что значит, публиковать? — Прищурился парень.       — Вот что, Ару! — Кагура указала на вытащенный из пазухи Гинтоки номер еженедельника джампа. Он тут же вручил толстенную книжицу Ичиго, который, хоть и терзаемый сомнениями, но взял её со словами:       — И что? Думаете, меня удивите каким-то джам…? — Но стоило ему обратить внимание на обложку, как тут же его речь остановилась. Взгляд потерял сомнения, перешел в ошеломление. Руки немного затряслись. Дело было даже не в том, что номер датировался следующим в его мире годом, а то, что на обложке был… Он сам. И Рукия по другую сторону обложки, разделенные голубовато-белым лучом. И надпись, стилизованная под простреленную пластину: «Bleach».       — О да, — кивал Гинтоки, — я знаю о тебе многое, как о герое манги «Блич».       «Блич?» — Начал цепочку мыслей Ичиго. — «Что за странное название для манги, «отбеливать»? Отбеливать что, души? Почему у меня на обложке такой треугольный подбородок? Почему я старше своих лет здесь, чем сейчас? Это что, шутка?»       Он тут же хотел раскрыть джамп и посмотреть ту самую главу, но в момент, когда он начал быстро перелистывать, Гинтоки тут же стянул еженедельник из его рук и вернул обратно за пазуху со словами:       — Э нет, парень. Пока с тебя хватит. Если ты так на обложку реагируешь, то неизвестно, какие еще могут быть последствия, открой ты главу.       Ичиго же обомлел. Стоял неподвижно, сокрушаемый каким-то неприятным чувством на груди. Он герой манги… Невероятно. Немыслимо. Теперь многие разговоры об абстрактных вещах с этими тремя начали приобретать смысл. Но все же оставалось одна деталь, которая не отпускала его. Деталь про толстого мужика в деловом костюме.       — Кажется, вы упоминали какого-то толстяка в костюме. — Заговорил парень. — Кто он?       — А, ну, видишь ли… — Шинпачи уже собирался ответить.       — Хороший вопрос, — но в дело вмешался Гин-сан, — и я бы хотел лично узнать ответ на него.       — В каком смысле, Гин-сан? — Не понимал Шинпачи. — Разве это не представитель Бандай Намко?       — Бандай Намко? — Хлопал глазами Ичиго. — Они же, вроде, разные компании…       — Были разными, — ответила Кагура, — но в середине нулевых они слились в одну. И с тех пор качество игр пошло на спад, ару.       — Пошло или нет, это уже не важно. — Сказал Гинтоки. — Важно лишь то, был ли этот свин представителем вообще.       Он вспоминал, как к ним буквально недавно пришел клиент. На вид, низенький мужчина неопределенных лет с широкой улыбкой в костюме тройке на широкое, округлое тело, с дипломатом в руке. Он казался выходцем из очень старой манги, из шестидесятых, если судить по простоватому лицу и улыбке. Представился даже таким странновато-знакомым именем: Факузо Негуро. Именно он сделал им предложение, от которого невероятно сложно отказаться…

<…>

      — Участие в Джамп Форс? — спросил Шинпачи в офисе Йорозуи, стоя за одним из диванов.       — Да-да! — кивал Негуро. — Мое начальство хочет повысить продажи игры. Потому они хотят вас в полном составе, как игровых персонажей.       — Получается, — Шинпачи немного воодушевился, — я смогу стать в кои-то веки игровым персонажем…       — Попридержи-ка лошадей, веселый коммивояжер. — Без энтузиазма смотрел Гинтоки на гостя-представителя. — Думаешь, мы согласимся работать с ними после того, что они сделали нам? После того, как они обошлись с нами? После всех коллабов с гача-играми, безделушек с Бентендо ТиЭс, мусора для Овии?!       — Г-гин-сан, успокойтесь… — Чуял предстоящий крик души Шинпачи и пытался успокоить, но…       — Точняк, ару! — Кагура дала понять, что претензии их достаточно обширные, чтобы их не замечать. — Черта с два мы будем участвовать в этом третьесортном клоне ниндзя шторма три на три!       — Эти счетоводы в офисах долгое время относились к нам, как к расходному материалу! — Самурай тут же подловил настроение, ударив по столу кулаком. — Ладно хоть в кроссоверы звали, но когда о нас забыли для Джамп Форс… Это была последняя капля. Как и то, что какому-нибудь ДжоДжо дают по несколько игр для всего мира. А нам, видите ли, слэшер только для регионов Азии.       — Но Гин-сан, — встрял в поток претензий Пацуан, — они ведь нам прекрасно объяснили ситуацию. Западные игроки предпочитают сегодня куда более сюжетно-ориентированные игры. Им будет неинтересно играть в бесцельное нарезание противников на одной кнопке. К тому же, мы не так популярны на западе…       — Знаем мы эти сюжетно-ориентированные игры, ару! — С нотками цинизма парировала Кагура. — Всего-лишь оправдание неспособности придумать интересную игру, и попытка скрыть это за очередной историей про циничного взрослого с ребенком, ару.       — Эй, — вскрикнул Шинпачи, — не все крупные игры с запада такие! Есть и реально хорошие вещи, вроде Р*тчет и Кл*нк…!       — Этой завязке давно пора на покой, — отметил Гинтоки, — как и С*ни со своим уходом от корней и закрытием японского отдела. Даже Сега так никогда не ошибалась с мега драйвом.       — Было бы неплохо, кстати, получить крупную игру от создателей «Рью га Готоку», ару. — Задумчиво кивала Кагура.       — Кагура-чан, ты же знаешь, что это невозможно. — Пацуан мотал головой. — Права на Гинтаму у Бандай Намко, у нас нет шансов, как с тем же Хокуто.       — Скорее, у нас больше шансов на участие в одном файтинге с суперменом и бэтменом в качестве персонажа комбат пака. — Заключил самурай, после чего откинулся на кресле с руками за головой. — Так что, хрен вам, а не наше участие в…       — Именно потому Я пришел к вам с этим предложением. — После наблюдения за обстановкой, Негуро с той же улыбкой огласил свое слово. — Я хочу предложить вам не просто роль дополнительных бойцов в Джамп Форсе. Я хочу предложить вам собственную сюжетную кампанию.       — Да неужели? — Протяжно спросил Гинтоки. — И что с того, что это отдельная сюжетка, если она будет о болванчиках-аватарах, а не о нас?       — О нет-нет-нет, — помахивал клиент ладошкой, — ваша сюжетка будет отделена от основной, и будет посвящена только вашей стороне. Вашему противостоянию с врагом.       — Ага, да, нет, спасибо, — отмахнулся самурай, — все еще не куплен. Проваливай и скажи этим сволочам, что мы за спасибо работать не…       — Разумеется, все это не за спасибо. — Негуро положил дипломат на столик и открыл его, показав складно сложенные банкноты. — Мы заплатим вам хороший гонорар за данную роль.       — Ооо! Пацуан, смотри, — тут же от восхищения воскликнула Кагура, — да на эти деньги можно накупить суконбу на целый год!       — Ничего себе! — Оглядел содержимое Шинпачи. — Столько денег за участие в ДЛС?! Гин-сан, мне кажется, здесь есть подвох…       — Н-ну-ну, не стоит так спешить, — Гинтоки с проступившим мелким потом старался смотреть куда-то в сторону, пока пересчитывал банкноты в пачках, — как-то жирно получается. Не находите? Д-да и вообще, никакая очень крутая сюжетка не спасет посредственную игру, т-так что, все еще не купили! Нас так просто не возьмешь!       — Гин-сан, — сухо отмечал Шинпачи, — да вы уже сами готовы отдаться, я смотрю.       — Конечно же, я понимаю, что вам простого денежного вознаграждения мало. — Негуро закрыл дипломат и положил ближе к себе. — Однако мне сказали, что если вы согласитесь поработать над ДЛС и хорошо поработайте, то могут парой нужных звоночков зарекомендовать вас Сеге и самому Нагоши-сану лично.       — То есть, — Шинпачи первым отреагировал на данное обещание, — вы хотите сказать…       — …Что наша заветная Гинтама га Готоку зависит от участия в этом проекте, ару?       — Именно. — Кивнул он.       — С этого и следовало начинать! — Радостно пожимал руку Гинтоки. — Мы согласны!       — Эй! — Тут же Шинпачи вскрикнул. — Вы же минуту назад были против этой затеи! Вас что, так просто купить?!       — Да ладно тебе, Шинпачи, — хлопнула его по спине Кагура, — ради Гинтамы га Готоку можно и запятнаться в чем-то таком, ару. К тому же, вряд ли что-то может быть хуже, чем наша реклама сетей фастфуда полковника С*ндерса. Или лапши быстрого приготовления, ару.       — Ну, это так и есть… — тихо отвел взгляд пацуан на Негуро.       — Чудно, тогда осталась последняя формальность. — На него переключилось все внимание в Йорозуе. — Заключим контракт… <…>       — А здесь тихо… — сказал Ичиго, осматривая вокруг себя обстановку, стоило им выйти из канализации в Кабуки-чо. Несмотря на то, что этот район выглядел заметно опрятнее и целее всего, что находилось за его пределами, в нем, словно, засела пустота. Будто они в декорациях исторической драмы, которые не смогли заработать на туристах и теперь дожидаются демонтажа.       — Ты просто пришел не в сезон, — отвечал Гинтоки, ковыряясь в носу, — приди раньше, наткнулся бы на толпы различных мутных людей с такими же мотивациями и целями.       — Рассадник якудзы, да? — Спрашивал парень.       — О, не только якудзы. — Мужчина тут же доковырял в носу и обтер палец об рубашку. — Банд пришельцев, мутных хостов, хищниц кабарэ, пожирателей налогов… Да, особенно пожирателей налогов.       — Жесть… — отметил Ичиго. — А полиция куда смотрит?       — На бунтовщиков Джой, конечно же! — Отвечала Кагура. — А мелкое жулье так просто не вздумает борзеть, пока королева Кабуки-чо держит все под каблуком, ару.       — Ой, а не мелковата ли ты для королевы? — прищурился Ичиго.       Низкий гул тут же проникал в тишину поверх разговоров, заполняя перегруженным басом воздух вокруг них. Огоньки тут же загорелись пара за парой в пустых зданиях, а самурай лишь отметил, смотря на появившегося Хасегаву на другой стороне улицы:       — Сейчас это все не соль важно. Одно единственное осталось неизменным…       Стоило темным рейдерам выйти из теней, вся четверка приготовилась к намечающейся схватке с темными сущностями. Даже Ичиго встал в боевую стойку, хрустнув шеей. А Гинтоки же закончил свою мысль:       — Этот район просто отличная приманка для всякого сброда.       — Что верно, то верно. — Мадао щелкнул пальцами и Веномы-рейдеры тут же материализовали оружие в виде цепей, арматур, ножей и прочих подручных инструментов. — Надеюсь, пауза пошла вам немного на пользу. Но теперь…       Но Гинтоки слушать не стал и ринулся с места атаковать Хасегаву. Но, как и во второй раз, его удар был заблокирован темным мечом. Но серьезный взгляд Гинтоки был нацелен исключительно на абсолютно ехидное лицо противника и… Трещину на очках.       «Когда это он успел покорежить очки?» — Думал он. — «Нет, он, конечно, упал на землю лицом после обстрела, но даже тогда они даже не поцарапались…»       Но было еще кое-что. На секунду ему показалось, что он видит там… Хасегава, что-то кричащий, стучащийся с другой стороны отражения, словно пытается ему что-то сказать и вырваться из очков. Однако дольше рассматривать Гинтоки не смог, так как блокировавшие меч рейдеры оттолкнули меч вверх, а Мадао же просто пропал во внезапно появившемся красном шаре. Спустя мгновение, этот шар появился и переместил его у входа в пустовавший дом.       — Все такой же грубиян, как и в первой нашей встрече. — Усмехнулся Хасегава. — Тебя не учили не перебивать взрослых, когда они разго…?       — Заткнись. Я повторю еще раз. — Серьезно произнес Гинтоки в момент, когда повернулся и обнажил озлобленно-серьезный взгляд. — Что ты сделал с Хасегавой, ублюдок?!       — Хо… Все также хочешь об этом узнать… — Мадао все также усмешливо относился к серьезно настроенному самураю. — Раз тебе это так необходимо, то попробуй добраться до меня. Если выживешь.       И в качестве сигнала для действа он щелкнул пальцами и скомандовал:       — Никакой жалости.       — Мы есть веном. — Веномы-рейдеры тут же материализовали оружие в виде цепей, арматур, ножей и прочих подручных инструментов. Одновременно они набросились на стоявших спина к спине юнцов. А Мадао встал в стойку и тут же рванул к Гинтоки, в третий раз скрестив клинки из тьмы и дерева. Началась битва…       Несмотря на свои габариты, эти самые рейдеры из темной дымки действительно ощущались не такими уж и сильными оппонентами. Или же стоит сказать, что Кагура и Шинпачи были достаточно сильными и изворотливыми, чтобы легко обращать бугаев в небытие. Ичиго пытался поспевать за ними, хоть и понимал, что на его стороне только рукопашный бой. Сейчас его тело вспоминало все стычки со шпаной, которая желала устроить ему темную за рыжий цвет волос. Но теперь он дерется не один, что несколько облегчало задачу.       Вот Ичиго несложными комбинациями накидывает одному и смачным ударом в живот отправляет прямо на взмах Шинпачи мечом. Следующему за спиной залетает локтем в грудь и кидает его из захвата головы, стоило тому от удара пригнуться, прямо на своих. Кто-то из них даже собирался насадить Ичиго на нож, но уже через секунду Кагура прикрывает парня подсечкой, давая ему возможность ударить ногой в голову. Уклонение от арматурины и пара четких ударов по корпусу и голове другого, вертушка сразу по троим, подброс Кагуры ради воздушного обстрела.       Гинтоки в тот момент не был в настроении участвовать в мясорубке одинаковых ботов. Сейчас он был настроен только на одну вещь. Набить морду тому ублюдку, который выдает себя за Хасегаву. Грубоватыми, резкими, но быстрыми и точными ударами он наступал на глумившегося столь легкими уклонениями противника. Мадао же в свою очередь, не стеснялся использовать окружение. Он залетал в дверные проемы и создавал помехи перед Гинтоки подручными средствами. Использовал телепортацию, чтобы оказываться в выгодном положении и наносить редкие, но удачные атаки. Но при всем при этом видимом преимуществе, самурай умудрялся увернуться и нанести контратаку. У него даже получилось в момент выхода из телепортации схватить за ворот Хасегаву и броском откинуть обратно на улицу через деревянные рамки окон.       — Неплохо, Гинтоки… — лежавший в крови и ушибах Мадао хрипел. — Но я куда сильнее, чем…       Впрочем, он не успел договорить, когда Гинтоки выпрыгнул из появившейся дыры и приземлением пригвоздился к нему мечом в области груди и коленом в области паха. Удар был настолько мощным, что образовалась ударная волна, достаточно мощная, чтобы взорвать рядом стоявших рейдеров-веномов. А за ними и все остальные в округе. На улице вновь остался лишь ветер.       — Ну, можно сказать точно, что д*ша твоя куда крепче, чем я думал. — Отметил Гинтоки, чувствуя легкую боль в колене после такого удара. Он вытащил меч из груди самозванца, а также забрал очки. Из груди медленно шел тот же самый дымок, присущий тем рейдерам-веномам. Ребята, что принимали их на себя, немного опешили с того, как все быстро произошло. Даже Гинтоки казалось, что здесь что-то не чисто, но старался не подавать виду.       — Это… — В ступоре бегал глазами Ичиго. — Это что, все?       — Как я и думал, — подошел к ним самурай, — этот ублюдок не был Хасегавой. Он из того же теста слеплен, что и те полудурки.       — Мда уж, вот тебе и первый босс, ару. — Кагура положила руки за голову, лениво потягиваясь. — Простой выпендрежник с острым языком, никакого челленджа.       — Кагура-чан, сейчас уже поздно вести себя так, будто мы в видеоигре, помнишь?! — Шинпачи тут же вскрикнул.       — Проехали. Другой момент, — Ичиго обратил внимание на очки, которые держал Гинтоки, — зачем надо было забирать у него очки после победы? И вообще, ты даже пальцем не повел, когда его убил…       — Начнем с того, — начал Гинтоки, вертя эти очки в руке, — что это был не Хасегава. Учитывая дымок из его дыры, это была лишь очень годная реплика подставки.       — В каком смысле «подставки»? — Не понимал парень.       — А, ну, видишь ли… — Начал Шинпачи, но Кагура его подхватила.       — Это старая истина, что персонажи-очкарики на 98 процентов состоят из души, то есть очков, и на два из всего остального, или же подставки, ару.       — Лично я считаю, что это лишь несмешная шутка, отказывающаяся умирать уже лет десять…       — Ты просто не хочешь смириться с тем, что сам очкарик, ару.       — Эй! Это тут абсолютно не причем!       «Очки — основа очкарика?» — подумал Ичиго, тут же представив Ишиду, низведенного до говорящих очков, и усмехнулся от данной картины.       — Ой-ой, завязывайте уже, — Гинтоки продолжил, — это еще не все. Вглядитесь.       Он повернул очки линзами к ним, а они всмотрелись, как и было велено. И там они могли заметить Хасегаву, который что-то им кричал и бился через обратную сторону.       — Несмешная шутка, говоришь, ару? — подкалывала Кагура Шинпачи.       — Это не считается! — Вскрикнул он. — Обычное совпадение!       — Погодите, — не понимал Ичиго, — а разве он не является злодеем?       — Он? Злодей? — От вопроса девушка рассмеялась. Да и Гинтоки немного похихикал с такого вопроса. Лишь Шинпачи сохранял каменное выражение лица.       — Ой, что здесь смешного?       — Ты назвал Хасегаву-сана злодеем. — Сухо ответил Шинпачи.       — А разве это не так? Мне его голос напоминал одного моего знакомого Шинигами…       — Неудивительно, — раскрыл очки Гинтоки и собирался их надеть, — у них один сейю на двоих. Удивительно, как хрипотца одного человека может внушать и страх, и жалость от положения…       Но стоило ему надеть их, как тут же на всю округу раздался хриплый крик, столь знакомый, без ноток ехидства и злорадства:       — ЭТО ЛОВУШКА, ОСТОРОЖНО! — Крик оглушил всех четверых, будто бы его громкость прибавили до максимальной. В этот же момент из нескольких красных сфер-порталов вылетели цепи, которые опутали Кагуру и Шинпачи. Ичиго в момент появления кувырком ушел от встрявших в землю оков, а Гинтоки успел уклониться в достаточно эффектном пируэте с прыжка. Уже обернувшись, он встал в стойку, но был остановлен в ней толпой рейдеров-веномов, нацеливших свои орудия на него. Как и парня, которого остановили в весьма неудобной позе. А Лже-Хасегава стоял, как ни в чем не бывало. Пока он посмеивался, та дыра в груди успела исчезнуть, а из области паха шел тот самый дымок.       — Должен признать, я недооценил тебя. — начал Лже-Мадао. — Я полагал, что ты тоже попадешься на этот спектакль.       — Ты знаешь, — ответил Гинтоки, — было бы странно просто сливаться после того, как ты дал нам уйти. Да и я был прав. Д*ша у тебя крепче, чем кажется. Вернее, то, что у поддельной подставки, вроде тебя, там вместо неё.       — Гин-сан, прости. — Хасегава уже сбавил громкость. — Я даже и представить не мог, что они окажутся настолько…       Резко Лже-Мадао стащил очки у Гинтоки, отчего голос тут же вновь стал заглушенным.       — Нет-нет, — он надел их на себя, — так не пойдет. Я и предположить не мог, что колебания твоей души окажутся столь мощными, чтобы так усиливать его голос. Но будет лучше, если мы не будем забегать вперед.       — А ну живо, — пыталась потянуть цепи на себя Кагура, чтобы выбраться, — отцепись от меня!       Но из-за натяжения цепи ударили по ней током. Не особенно сильно. Чисто чтобы дать понять, что будет, если пытаться выпутаться из них.       — Кагура-чан! — Шинпачи крикнул, но также получил удар током схожей силы.       — Ой-ой, это было лишнее. — Сквозь зубы процедил самурай. — Назови мне теперь хоть одну причину, по которой я не разобью этих лениво слепленных болванчиков и не сломаю цепи…       — Хо… Какая прыть. — Лже-Хасегава щелкнул пальцами, и двери в закусочную Отосе отодвинулись. Несколько верзил вышли из неё и тянули цепи в руках. Тянули нечто тяжелое. Вытянули…       — Быть того не может… — Обомлел Шинпачи.       — Садахару! — За криком Кагуры последовал еще один удар током. Действительно, веномы-рейдеры вытянули цепями потрепанного, избитого, лежавшего без сознания белого инугами. Лицо Гинтоки в миг стало серьезным. А Ичиго шокировано смотрел на это все и думал: «Черт, если бы только у меня был значок…!»       — Ну, раз теперь все в сборе, — Лже-Мадао переместился порталом прямо к Садахару, держа темный меч, — пора и делом заняться. Мой хозяин, Факузо Негуро-доно ценит, когда его слуги выполняют указания оперативно. Ему надо кушать, в конце-то концов…       — Дай угадаю, — заговорил Гинтоки, — под коллизией миров имеется в виду их поглощение, так?       — Верно. — ответ был скорым. — Когда два мира сталкиваются друг с другом, происходит энергетическая давка. При столь тесном соприкосновении рождается нестабильность, хаос. Всепоглощающая тьма, которая имеет лишь одну примитивную цель. Бесконтрольный рост наподобие раковой опухоли.       — Ублюдок… — Процедил Ичиго. — думаешь, вам это сойдет с рук?!       — Если ты не заметил, малыш, — осматривался Лже-Хасегава, усмехаясь, — мне уже оно сходит. Это неизбежный процесс. И зачастую, он заканчивается одинаково. И в вашем случае, стоит поблагодарить… Вас, Йорозуя.       — Что? — Шокировано посмотрел на них парень.       — Да, ведь если бы вы тогда не подписали тот контракт, проблем с коллизией бы не случилось. — он поправил большим пальцем очки. — Так легко попасться на удочку. Поверить, что ваш никчемный ситком с претензией в самурайскую драму третьей свежести достоин хорошей игры… ХА! Посмеялся бы еще, но куда комичнее то, как мы облапошили этого неудачника Мадао…       — Еще раз назовешь его неудачником, и я порву тебя на куски зубами. — угрожающе спокойно произнес Гинтоки.       — Не думаю, что ты сейчас в том состоянии, чтобы угрожать. — Лже-Хасегава после этой фразы проткнул мечом лапу Садахару, отчего тот заскулил, стиснув зубы.       — САДАХАРУ! — Еще более сильный крик и более сильный удар током по Кагуре, только теперь достаточный, чтобы оглушить её. Но ярость на её лице закипала.       — Кагура-чан, успокойся! — Шинпачи старался сохранять спокойствие, но получалось криво. — Ты сделаешь себе только хуже…!       — Сдавайтесь. — Серьезно произнес Лже-Мадао. — Позвольте Хаосу поглотить вас. Иначе вам придется смотреть на то, как я превращаю это животное в жертву живодера. Если поступите по-хорошему, быть может, вы встретитесь напоследок с вашим милым питомцем на той стороне…       Все напряженно замолкли. С лица Кагуры все не сходил свирепый оскал с тяжелым дыханием. Шинпачи дрожал, не зная, что сейчас можно сделать. А Ичиго… Ичиго не мог поверить, что все это время он шел с виновниками данных событий. И лишь Гинтоки сохранял спокойствие. Нет, в глазах мертвой рыбы уже не водилось. Водился лишь один расчетливый зверь, который анализировал ситуацию. Спустя минуту тяжелого, свинцового молчания, он произнес:       — Да делай с ним, что хочешь.       Шинпачи и Кагура ошарашенно глядели на Гинтоки, пораженные столь вопиющими и циничными словами. Они даже тихо произнесли его имя очень тихо, не веря в то, что они слышат. Лже-Мадао же лишь удивленно посмотрел в серьезные глаза самурая, оценивая его черствость.       — Не верю своим ушам… — тихо начал он, прежде, чем со смехом воскликнуть. — Да ты, оказывается, еще более гнусная тварь, чем я думал!       Не верил в это и настолько же ошарашенный Ичиго, который со злости выпалил:       — Ты старый хрыч… Ты так просто готов отказаться от него?! Вот потому ты был так спокоен?! Отпускал на собственную смерть?! Я думал, ты…!       — Яре-яре. — Вздыхал Гинтоки. — Похоже, опыт битвы с Айзеном тебя ничему не научил…       — Заткнись! Тебе-то какое…?!       — Ты так и не понял? — Громко спросил он Ичиго. — Эта подставка только и делает, что блефует. Даже сейчас.       — Что ты…? — Не понимал парень, но Лже-Мадао был на шаг впереди:       — Не смеши меня. У тебя даже нет доказательств, что…       — Просто, знаешь, я тут подумал, — отрезал его Гинтоки, — странно получается. «Они окажутся настолько» — вот, что сказал Хасегава, стоило тебе забрать его душу обратно. Вряд ли он говорил только о вашем дуэте с тем веселым коммивояжером. Да и эти красные шары-порталы мне кажутся знакомыми, как и та мелкая блондиночка.       На мгновение Лже-Мадао ничего не ответил на подобные слова. Вместо этого он лишь резко приставил лезвие к горлу Садахару и сказал:       — Это последнее предупреждение. Может, прекратишь выдумывать мелочи из воздуха и…       — Может, прекратишь делать вид, что Садахару действительно мог попасться в лапы какой-то кучке душ+, списанных из вселенной за ненадобностью? — Контратака Гинтоки заставила встрепенуться Ичиго, когда он услышал про души+. Но до него все еще не доходило. Единственная душа+, которую он знает, ни за что бы не стала сотрудничать с врагами. Кон хоть и был заносчивым и раздражающим, но не более.       — Смелое утверждение. — Лже-Мадао не поддавался провокации, но трещина на очках стала чуть больше. — Но все еще не имеющее никаких доказательств. И что-то я смотрю, ваш временный шинигами не очень понимает происходящее. Если из нас двоих кто-то и блефует, то только ты.       — Точно не я. — Отразил Гинтоки. — И даже если бы я блефовал, то ты бы это не понял.       — Вот как? — Лже-Мадао заинтриговало подобное заявление. — Хочешь сказать, у тебя есть хоть одно доказательство?       — Лучше, у меня их два. — ответил самурай, смотря куда-то за спину Лже-Хасегавы на приближавшуюся толстую точку.       — Два? — Прищурился он. — И какие же?       — Иллюзия уж больно послушная и покладистая для забитого инугами за столь короткое время. 15 минут на проход по канализациям к Кабуки-чо, 5 минут схватки… Садахару так легко за столь короткое время не сделать забитой собачкой.       — А вторая? — Лже-Мадао уже был серьезен. Он ведь точно видел, как ему минут 10 назад телепортировали истерзанную псину. Трещина на очках чутка удлинилась. Но не успел Гинтоки сказать вторую причину, как позади врага прошел светлый выстрел, словно стрелой, направленный прямо по виску. А затем на иллюзию с ним прыгнул и отскочил вверх Садахару, придавив их. Шквал светлых стрел уничтожил веномов вокруг Ичиго и Гинтоки, а цепи были разломаны одним мощным всплеском энергии. Низкий бас, столь знакомый Ичиго, крикнул:       — Ичиго, лови!       Буквально за секунду к нему летело нечто небольшое, что Ичиго поймал без труда. Это был значок Шинигами. Его значок. И стоило псу приземлиться на лапы прямо перед героями, как самурай тут же сказал:       — Даже если бы вы, лохи, и поймали Садахару, — инугами повернулся лицом ко вставшему Лже-Мадао, который тут же обомлел, — то эти парни бы вас взгрели тут же.       — Садахару… — У Кагуры же наворачивались слезы от счастья и облегчения. Вот он, живой, здоровый Садахару, как и говорил Гинтоки. На спине Садахару же сидели Темноволосый очкарик с челкой семь к трем и смуглый высокий молодой человек с щетиной на подбородке. Оба в той же школьной форме, что и Ичиго. Последний все еще глазам не верил. Действительно, это были они.       — Ишида! Чад!       — Ну и ну, Куросаки, — Ишида слез со пса и готовился отчитать Ичиго, — так сложно было дать нам знать о твоем положении? Ты что, забыл, как отслеживать реяцу?       — Ой, — начал раздражаться парень, — чья бы корова мычала. Сами же выключили её и теперь меня критикуешь? Так ты встречаешь своего товарища?       — В каком месте мы её выключили? — Ишида не собирался отступать, пока Чад слезал с Садахару. — Это ты её не излучал. Наши духовные нити в полном порядке.       — Да я ваши нити найти не мог, когда только попал сюда. — Слегка озлобленно приблизился к нему Ичиго. — Ты о чем вообще?       — Не знал, что ты это умеешь… — Отметил Ишида перед тем, как подколоть. — Хотя, тут больше подойдет «можешь».       — На что это ты намекаешь, очкастая морда?       — Я это к тому, — начал он, — что твои чувства притупились сильнее, чем кажется…       — Ладно, ладно, — влез в их назревавший спор Гинтоки, отведя их друг от друга, — пособачитесь потом. Мы еще только начали.       — Эй, старик, не вмешивайся! — Ичиго пытался оттолкнуть самурая от разговора. Кагура же гладила Садахару вместе с Чадом, а Шинпачи без всяких эмоций держал внимание на дуэте препирающихся старшеклассников, что теперь младше его на год.       — Вообще-то, неприлично такое говорить взрослым. — Отчитал Ишида парня. — И вообще, не думал, что ты окажешься с единственными обладателями духовных нитей при таком радиусе.       — Это ты комплимент мне сделал? — удивлялся Гинтоки.       — Не берите в голову, я просто… — Вежливо отмахнулся парень в очках.       — Какого черта…? — Лже-Хасегава поднялся, оттряхнув свою одежду. — Вы же сказали, что псина пой…!       Но стоило ему взглянуть на то, что осталось от пса, как увидел не его иллюзию, а усатого мужчину в странном костюме со шляпой-цилиндром и светловолосую девочку в розовом платье под темной накидкой. Неловко их лица выражали виноватые улыбки с огромной каплей пота на виске. На мгновение Лже-Мадао замолчал, поправил очки немного трясущейся рукой и взял сигарету в рот.       — Как видишь, — Гинтоки ехидно ухмылялся, — я точно не блефовал.       — Я же говорила тебе, идиота кусок, — девочка ругала усача в шляпе, — твоя идея с подменой абсолютно придурочная! Чем ты думал, Клод?!       — Ничего не желаю слышать от тебя, Ририн! — Клод тут же огласил её имя и громко заговорил раздражающим голосом. — Мой план был совершенен! Всего-то надо было заставить их сдаться! Я не мог просчитаться…!       — Ты просчитался в тот самый момент, — Лже-Мадао щелкнул пальцами, и из появившегося рядом портала вылетели цепи, связавшие Клода и Ририн, — когда решил умолчать о такой важной детали.       — Д-дико извиняюсь за свою дерзость, господин! — Клод жалобно кричал. — Пожалуйста, дайте нам еще один шанс, прошу! Наших способностей с лихвой хватит, чтобы…!       — Отправьте только его, Господин! — Ририн подключилась к мольбам. — От меня гораздо больше пользы, чем от этого дегене…!       — Довольно, — тихо, но гневно отрезал Лже-Хасегава, обратив на них свой взор, — причины своей некомпетентности объясните Негуро-доно. Прочь!       Цепи утянули их в портал под собственные крики. Шар во мгновение ока схлопнулся. Вокруг него начала появляться фиолетовая энергия, что шла вверх, подобно огню. По телу проступили темно-багровые вены, а с каждой затяжкой стоявший спиной к своим противникам Лже-Мадао становился все темнее и темнее.       — С другой стороны, — усмехнулся он, пока вокруг него создавались куча рейдеров-веномов, — другого от них ожидать было попросту смешно. Списанные вселенной болванчики, которым не нашлось места из-за ненадобности.       — Похоже, он входит во вторую фазу, ару. — Отметила Кагура так, будто бы и не удивилась новой порции веномов и менявшемуся образу Лже-Мадао.       — Дело плохо. — Ишида же напрягся от происходящего. — Его реяцу растет…       — При других обстоятельствах, — Лже-Мадао все еще стоял спиной к ним, — я бы оставил их умирать перед вами, а сам отступил…       — Ой-ой, Ичиго, — Гинтоки обращался к парню, который смотрел на значок в своей руке, — слушай, может, ты вмажешь по нему Гецугой Тенщё, пока он еще в процессе набора.       — Издеваешься? Тебе не крыса, чтобы бить со спины.       — Знаешь, — немного возмутился самурай, — сейчас не время для того, чтобы вести честный бой. На твоем месте, я бы не дал этому ублюдку шанса на…       — …Но это было бы слишком легко для вас. — Лже-Хасегава снял очки медленно, прервав диалог тех двоих. — В этот раз обойдемся без скрытых смертей. Потому что…       Он медленно обернулся к ним, обнажая изуродованное темно багровыми вздутыми венами лицо с заострившимися зубами. А закончил менявшийся монстр путем кидания очков Хасегавы Гинтоки и фразы:       — Я собираюсь закончить все в один присест!       Духовное давление тут же накатило на героев ощущением, похожим на мощное землетрясение. В особенности это почувствовал Шинпачи, которого аж напугал подобное давление. Дыхание стало тяжелым, а тело все остолбенело в момент. Да и Ичиго испытал нечто похожее на то, что с ним происходило тогда, еще во времена проникновения в общество душ и встречи с Зараки. Только в этот раз аура рейяцу над Лже-Мадао напоминала не зверя, а нечто зубастое и уродливое. Чад и Ишида в меньшей степени это ощутили, но этого им хватило, чтобы понять, что сейчас шутки кончились.       — Не могу… пошевелиться! — Шинпачи выдавил, немного присев от давления на тело.       — Нравится? — В безумной улыбке Лже-Хасегава спросил. — Уровень духовных частиц здесь заметно плотнее, чем в вашем мире!       — Ребята, он слишком силен! Кагура-чан, ты…?       Но обратив внимание на неё, он обомлел. Мало того, что на неё никак не действовало давление, так еще и некая оранжевая энергия циркулировала вокруг нее, прилегая к телу, подобно броне.       — А? — Ковыряясь в носу, Кагура обратила внимание на него. — Тебя чего это скрутило, ару? Живот заболел?       — Э! — Закричал, как ни в чем не бывало, Шинпачи. — Кто тебя успел научить технике нен?!       — Соберись, Пацуан. — Да и Гинтоки тоже не ощущал ничего, так как его тело окутала белая энергия, схожая с той, что у Кагуры. — Напряги живот и включи реяцу. Ты что, спал на лекциях академии?       — Да не было у нас никаких лекций! — Возмущался пацуан, пока в гневе вокруг него эта самая оболочка энергии не образовалась. — Не веди себя так, будто бы так все и должно быть!       — Убить! — Монстр дал команду, и рейдеры-веномы со своим громогласным «Мы есть веном» устремились ордой на героев. Йорозуя приготовились и встали в стойки. Пара секунд и столкновение произошло…       Плотная орда пушечного темного мяса обступила героев, пытаясь задавить их числом. И минуту казалось, что это происходит успешно. Но лишь первую минуту. Поскольку тут же раздался возглас Ичиго и красно-темный ударный заряд:       — Гецуга… Тенщё!       Мощный заряд пробил по горизонтали с пару десятков обступивших, низведя орду до более скромных чисел. Героев так просто не взять подобным. Что Шинпачи и Кагура, что Ишида и Чад, все они уверенно отбивались от веномов, не забывая друг друга прикрывать. Пока Шинпачи точными движениями разбивал в дым одного за другим, Ишида такими же точными выстрелами попадал по стоявшим за ним врагами. Пока Кагура прописывала врагам в рукопашную, Чад по площади бил своей правой рукой гиганта прямым зарядом по большим толпам. Садахару отбивался животными приемами и лапами. Абсолютно все дрались и не отступали друг от друга, создавая мощную дымовую завесу.       В проявившихся миазмах молниеносно вылетел Гинтоки, уже в третий раз бивший Лже-Мадао в грудь, но уже выпадом. Последнему удалось остановить удар голыми руками в сантиметре от груди. Но не безупречно, так как руки трясло от проявившихся ран. Отбросив атаку назад, Лже-Мадао создал два темных меча и собирался ударить ими одновременно. Однако так же молниеносно, как и ранее, Гинтоки ушел в сторону от удара, оставившего след на земле трещинами в несколько метров. И залепил ударом по боку с обеих рук, который его противнику не удалось вовремя заблокировать. Он отлетел в ближайшую стену заброшенного дома. Но уже спустя пару секунд выскочил оттуда с серией ударов, от которых Гинтоки уходил, используя его же пешек. Наконец, верхний удар двумя мечами, и самураю ничего не оставалось в неудобном положении, кроме как заблокировать этот удар над головой.       Давление на тело оказывалось еще мощнее, чем он предполагал. Если бы не энергетическая оболочка вокруг него, то его бы давно придавило и закопало в землю. Державшийся в преимуществе Лже-Мадао смеялся и говорил:       — Что, тяжеловато, да?! Кто бы мог подумать, что такой контроль реяцу на механическом уровне найдется в этом столь абсурдном мирке?!       — Ты ведь понимаешь, что есть куча наименований подобному явлению?! — Сквозь зубы спрашивал Гинтоки. — Как, по-твоему, мы переживаем столь серьезные травмы в комедийных ситуациях?!       — Поразителен ваш мир… А, впрочем, даже так, — Лже-Мадао одним ударом ноги сбил равновесие самурая и опрокинул его на землю и воткнул мечи у горла, смастерив таким образом нечто вроде темных ножниц, — у вас практически нет шансов на победу в одиночку.       — Неплохо опрокинул. — Абсолютно без волнения вкинул Гинтоки. — Вот только, ты одного не учел.       — Что ты не одинок? Брось, они слишком заняты, чтобы…       — Гецуга Тенщё! — Но выкрик Ичиго и горизонтальная волна ударила по нему и отбросила очень далеко. Гинтоки тут же поднялся и размял плечо.       — Ты в норме? — Спросил парень.       — Немного потрепан, но жив. — Отвечал самурай и оборачивался. — Теперь, когда ты Шинигами, наши шансы возрос…       Стоило Гинтоки увидеть, что стало с Ичиго, тот обомлел. Вместо того, чтобы вытолкнуть дух Шинигами из тела, значок шинигами раскрутился в ладони Ичиго и материализовал из одной его стороны клинок, а с противоположной рукоять. Нечто белое обтянуло его с ног до головы. Этим белым было… его полное подчинение. Броня в форме прилегающего к телу экзоскелета.       — Какого черта?! — Сокрушался Гинтоки от такого откровения судьбы. — Ты же должен был избавиться от этой формы еще давным-давно!       — Сам знаю, не ори! — Ичиго подошел вплотную к самураю. — Я не понимаю, почему значок играет со мной какие-то странные игры! Я же одолел Гинджо! Только неделю назад мне вернули силы шинигами, а тут…       — Стоп-стоп-стоп! — Остановил его Гинтоки, который уже сам немного не понимал. — В смысле, только одолел Гинджо?! Разве ты не должен был прийти после победы над Яхве и спасением короля душ?!       — Ты чего несешь?! Какой еще Яхве? Какой король душ?       — Погоди, то есть, — до Гинтоки уже начало доходить, что к чему, — хочешь сказать, что прошла неделя с победы над экзекуцией?       — Сам же говорил, что обо мне многое знаешь. А по мне не видно, что ли?       С лица Гинтоки сошла возмущенная морда и пришло осознание. Перед ним не Ичиго из конца тысячелетней войны. Перед ним Ичиго между концом одной арки и началом другой. Но почему его сила приняла форму именно полного подчинения, а не его новую форму Шинигами. Неужели, это как-то связано с той самой разницей в духовной плотности? Но в этом нет никакого смысла. Разве плотно расположенные духовные частицы не должны наоборот увеличивать возможности пользователя реяцу?       — Я смотрю, вы уже забыли обо мне… — Из портала-шара вышел Лже-мадао, с достаточно обширной раной на животе, от которой даже верхний пиджак в том месте покромсало. — И я смотрю, вы наслаждаетесь небольшим эффектом балансировки…       — Балансировки? — Переспросил Ичиго.       — Эффект, из-за которого силы могущественных существ из одной вселенной балансируются и меняются в другой. Ты не заметил, что для сверхсильных ребят, вроде вас, вы что-то уж больно слабо бьете?       — Кончай нести чушь. — Гинтоки влез в это объяснение. — Что-то ты довольно сговорчив. Хочешь сказать, что если бы я попал в другую вселенную, то кидал бы Камехамеха направо и налево?       — Шанс всегда есть… Но для вас, — он тут же попытался задавить их духовным давлением, — лишь гипотетический.       Вновь на Ичиго накатило давящее ощущение. Однако теперь он стоял куда более уверенно, крепко держа меч. Гинтоки же также стоял в стойке, но уже куда сильнее ощущал на себе это давление. Стиснув зубы, парень процедил через них:       — Ты уж извини, но я не верю в гипотетические шансы!       — Тогда умрите оба! — Лже-Мадао бросился на них рывком, готовясь ударить темной горизонтальной волной. Ичиго и Гинтоки кивнули друг другу и с некоторым усилием создали общее духовное давление, которое заставила противника замешкаться. Волна от удара двумя мечами пошла в их сторону, но они успели грамотным прыжком уйти от неё и ударить с воздуха. Теперь для него начались проблемы в сражении.       Меж тем, оставшиеся герои продолжали месить рейдеров, которые и не думали отступать. Усталость начинала подходить, у Кагуры заканчивались пули, а рука Ишиды из-за той самой автобалансировки издавала ноющую боль с каждым натяжением стрелы.       — Ты как? — Спросил Шинпачи, когда тот с болью отправил следующую стрелу.       — Я чувствую, что приближаюсь к пределу, — ответил Ишида, — из-за плотности рейши моему телу требуется больше сил для концентрации. И это странно.       — Разве их высокая плотность не хорошо для Квинси? — Шинпачи, меж тем, прикрывал Ишиду. — Это же ваша специальность!       — Одно дело общество душ! Там вся рейши находится в твердом состоянии, сложенная и спрессованная. А здесь… — Он попал в очередную группу, обступившую Садахару. — Рейши движется хаотично. И требует больше усилий её собрать, упорядочить.       — Жесть… — отметил Пацуан.       Чад же старался держаться как можно ближе к Кагуре, нацеливаясь на большие группы. Девушка же продолжала вести уже менее кучный огонь, пока в какой-то момент вместо выстрела пошло клацанье.       — Засада! Пули кончились, ару!       Внезапно на неё напала целая куча рейдеров, но крутящийся удар ногами отбил их, пока Чад кидал других в пополнявшиеся толпы.       — Им нет конца… — отметил он.       — И не говори, ару! — Соглашалась с ним Кагура, успевая оказывать каждому по комбо. — Лезут и лезут, хоть с пулемета расстреливай! Вот бы сейчас появился носитель Хокуто шин кена и покарал этих гадов!       — Ичиго! — Рявкнул Чад в сторону тех двоих. — Заканчивай с ним!       А тем временем Лже-Мадао напирал с особенной силой. Не давал продохнуть ни одному, ни другому. Они были бы уже и рады прибить своего противника, да только обычной атакой его так просто не возьмешь. Даже гецуга тенщё, которой парень выстреливал при помощи меча, лишь ранила Лже-Мадао, делая его образ еще более уродливым. Наверное, прямо сейчас было бы не лишним поговорить со своим зампакто, который никак не хотел появляться обычным путем.       «Эй, старина!» — В мыслях обратился Ичиго. — «Ты меня слышишь?! Зангецу, ответь!»       Однако зангецу не отвечал. Возможно, дело было в том, что сейчас, из-за занятости в схватке, он попросту не слышит старика. Будто бы сигнал попросту не доходит до его зампакто. Но Ичиго не собирался останавливаться на этом…       «Ой, Ответь!» — Продолжал он кричать в своих мыслях. — «Прошу тебя, на нужна помощь!»       — Не зевай! — Из-за попыток достучаться до Зангецу, Ичиго чуть было не попал под удар меча, если бы не Гинтоки, который как раз был рядом и отбил с выкриком данную атаку точным ударом концом меча в живот Лже-Мадао, который отлетел на щепки и палки, оставшиеся от разбитого входа.       — Спасибо! — Попытался поблагодарить Ичиго, но самурай был заинтересован в другом:       — Я был бы рад принять данную благодарность, но нам надо бы как-то кончать с этим парнем!       — Прости, — отводил взгляд парень, — я просто не могу связаться со стариком Зангецу! Обычными Гецуга Тенщё нам попросту не пробить его…       — Тебе что, — Гинтоки крепко взялся за плечо Ичиго, — надо опять серьезно вмазать, чтобы Зангецу вышел на связь?!       — Не говори так, будто бы я получаю кайф от боли, просто…       — Я понял. — Вздохнул самурай, перебив парня. — Похоже, придется воспользовался грубым способом отлета в мир духа.       — Грубый? — Ичиго заинтересовался подобной идеей. — В каком смы…?       Но не успел он ничего сказать, как почувствовал давление в паху. Нет, нет, у него не повысился отток крови туда. Просто, стоило ему почувствовать эту странную шокирующую боль, как Ичиго тут же посмотрел вниз и увидел руку Гинтоки, крепко сжимавшего его т*мы. С абсолютно серьезным лицом, будто бы так и должно быть. А ситуация, в которой они сейчас находятся, ничуть не выбивается из картины. Все, что сейчас было на лице Ичиго — это неподдельный шок. Посему Гинтоки надавил со всей силой на его т*мы и произнес:       — Удачи на той стороне, Ичиго.       От подобного приема силы у него тут же ушла земля из-под ног. Он пал на спину с абсолютно лишенными жизни глазами, тут же сбросив с себя броню подчинителя. И если со стороны Гинтоки он просто попал в очень неудобную для объяснения ситуацию, то Ичиго ощущал, как проваливается под землю и дальше. И дальше, сквозь темноту, быстро, не способный двинуться ровно до тех пор, пока не останавливается и не приземляется мягко на прохладное стекло…       — Надеюсь, в этот раз Зангецу окажется сговорчивее… — Сказал Гинтоки, глядя на безжизненное тело шинигами до тех пор, пока ему не прилетело стрелой от Ишиды, от которой он тут же уклонился, но тут же попал под летящую яростную пятку Кагуры.       — Ублюдок белобрысый! — Она разразилась тирадой, пока колотила его голову об землю. — Да как ты вздумал ручища свои тянуть к чужим д*шам, ару?! Он был нам единственным нашим дамагером в группе, а ты…! Не таким я тебя растила, ой, не таким!       — Да хватит меня уже дубасить, ошалелая! — Кричал окровавленный Гинтоки. — У меня на то были причины, чтобы отдавить ему его яйца!       — Да ну? — Ишида натянул стрелу, а Чад приготовил левую руку дьявола на случай возможного сопротивления. — И как это вы собираетесь объяснить подобный жест…?       — Ой-ой, он мне сам говорил, что не может дозвониться до своего зампакто! Это был единственный знакомый мне способ, чтобы отправить его к мечу!       — Серьезно? — Ишида натянул тетиву потуже. — С каких это пор грубое нажимание на промежность является способом выхода в духовный мир?       — Ой-ой, обижаешь, — мотал все еще кровоточившей головой самурай, — ты и понятия не имеешь, каково это, отправиться в духовный мир из-за неудачно застегнутой ширинки! Никогда не думал, почему слово «тама» двузначное в этом контексте?       — Хватит нести чушь. — Ишида явно был недоволен подобным объяснением. — Подобный способ ни при каких обстоятельствах не может…       — Эй, смотрите! — Оборвал всех Шинпачи, который все это время наблюдал за лежачим Ичиго. Остальные обернулись и увидели, как Ичиго объяла оболочка из реяцу. Весьма нестабильная, но неслабая. Это могло значить только одно:       — Работает. — Заключил Чад. — Ичиго окунулся внутрь себя.       — А Я о чем говорю? — Гинтоки тут же встал и отряхнулся, а голова его уже и кровоточить перестала. — Вам, детям, еще учиться и учиться азам этого мира. Думаете, если вы знаете о потусторонних мирах, стало быть, повидали все? Э нет, реальный мир куда интереснее, чем кажется!       Все как-то от таких откровений даже немного притихли. Однако через секунду Гинтоки заметил, что хоть и потрепанные, но живые ребята уже не бьются с веномами. Не к добру…       — Аре? А где все эти веномы, кстати? — Он смотрел на то место, где раньше остальные дрались с рейдерами. — Им же не было конца, вроде…       — Да, — Шинпачи начал вспоминать, — теперь, когда вы напомнили…       — Они исчезли тут же, как управляющий ими был нанизан на… — Ишида продолжил за Шинпачи и тут же обратил внимание, что Лже-Мадао нет на месте. — Он исчез!       — Свалил, стоило нам его опять потрепать, ару. — Отметила Кагура. — Тактика у это парня абсолютно предсказуемая, даже смешно…       — Ах, вам смешно, значит… — Все тот же хриплый низкий голос разошелся по улице. Йорозуя и друзья Ичиго тут же обернулись и увидели Лже-Мадао, вбиравшего в себя очень много этих же самых миазмов от почивших рейдеров, еле дыша. — Ну, вы уж простите подлеца, что мои попытки дать вам минуту затишья перед кончиной кажутся вам предсказуемыми…       — Да сколько у этого гада форм уже?! — Завопил Шинпачи. — Ему разве не хватит?!       — Ой-ой, завязывай уже с этим. — Гинтоки уверенно отрезал. — Твои разговоры о передышках и смерти уже смотрятся попросту комедийно. Ты на себя посмотри, еле-еле дышишь и одной ногой в могилу.       — Даже если и так… — Он снял очки и метнул их, подобно фрисби, прямо в руки Гинтоки. — Я унесу вас всех в могилу, включая Хасегаву. Теперь он мне не нужен.       Вбирание той самой темной энергии пошло заметно более охотно. Его вид, и до того извращенный подобной энергией, все больше и больше отдалялся от человеческих форм. Теперь это было нечто похожее на тварину из ужастиков какого-нибудь Джунджи Ито или его подражателей. С простым силуэтом, но кучей деталей внутри него. Волдыри, рожки, наросты и мелкие лица агонизирующих рейдеров на теле, с щупальцами за спиной.       — Боже… мой…! — Не мог оторваться от метаморфозы Шинпачи.       — Так вот какая у тебя финальная форма, приятель. — Отметил Гинтоки. — Да ты реально тот еще уродец.       Это уже был не Лже-Мадао. Теперь это был Мадао-демон, беспощадный, пришедший из дна, которое было под девятью такими же. Он тут же нацелился на лежачего Ичиго одним из своих щупалец, но получил в ответ удар от Чада, который стоял на защите своего прилегшего друга. Правая рука гиганта приняла форму щита и отбила вторую попытку атаки.       — Даже не думай. — Чад встал в стойку, активировав обе руки. — Иначе познаешь на себе праведный гнев моего абуэло.       — И не только абуэло, ару. — Кагура встала рядом с Чадом, готовясь использовать зонтик уже не в огнестрельных целях. — Тебя ждет семейная взбучка.       — А мы что, теперь семья? — Спросил Ишида, поправив очки и натянув очередную стрелу. — И кто мы в этой семье для вас?       — Дальние родственники, за счет которых будет банкет. — Гинтоки надел очки Хасегавы, стоя спиной перед молодыми ребятами. — А мы будем исполнять любой ваш каприз, как владельцы дома.       — Гин-сан, будь осторожнее! — Хасегава вновь заговорил на всю улицу. — эта тварь использует резервы энергии хаоса на полную.       — Да-да, расскажешь потом. — Гинтоки остановил своего друга и встал в стойку. — Не волнуйся, дружище, мы вернем тебе тело. И не дадим этой твари поглотить наши два мира…       Мадао-демон тут же пошел в стремительную атаку, навстречу готовым отбиваться Гинтоки и остальным. И лишь Шинпачи и Садахару оставались рядом с Ичиго, чтобы проследить за моментом, когда тот вернется в сознание. Пацуан ко всему прочему сел на колени и начал читать молитвы. Так, на удачу, будто бы усопшему.       Чад старался брать демона на себя, используя свое преимущество в росте и габаритах. Все-таки, физически он был сильнее Ичиго, хоть и приходилось по невезению попадаться на более защищенных противников, вроде пятой Эспады. Однако Мадао-Демон не был настолько же прочен, хоть и не был так прост. Посему, дабы нагрузить его по полной, Гинтоки и Кагура помогали отвлечь его внимание, стараясь не давать окно для действия. Однако все те же телепорты мешали подобному случиться, а вместе с тем и прибавляли головной боли героям. Впрочем, удар духовной энергией Чада помогал уравнять шансы, даже если эти самые шансы были подпорчены ослаблением выстрела из-за чужеродной рейши. Но тут телепорт вместо того, чтобы закинуть Мадао-Демона на безопасное расстояние, закинул ту же Кагуру прямо в крепкие объятия твари.       — Кагура-чан, осторожно!       Она не успела среагировать. Шершавые щупальца обхватили её за верх туловища и начали сжимать её. Доставляли боль от давки и обычного прохождения по одежде. Кагура изо-всех сил пыталась оттянуть щупальца и выбраться из его объятий, но безуспешно. Его хватка казалась мертвецки крепкой…       В духовном мире Ичиго все было… Вроде бы, по-прежнему. Те же небоскребы, взмывающие в небо, но с перпендикулярной гравитацией. Однако небо было покрыто тяжелыми тучами, которые вот-вот ударят своими дождями. Впрочем, не это интересовало парня, а то, что ему удалось сюда попасть… При помощи обычной давки на место между ног. Мало того, что это звучит, как абсурдная подводка к несмешному анекдоту, так еще и поразительно, что он не чувствует никакой боли. Абсолютно никакой, будто бы все так, как и должно быть.       — В этом мире вообще что-то имеет смысл…? — Сказал про себя Ичиго, получив внеплановый ответ.       — Может быть, и имеет, но не работа реяцу.       Ичиго обернулся и обнаружил столь привычного небритого старика в солнцезащитных очках и черном балахоне, что также привычно стоял и смотрел вдаль. Парня даже немного успокоило, что старик все еще с ним, хоть и не разговаривал.       — Зангецу… — Назвал его имя Ичиго.       — Полагаю, тебя интересует, почему ты не можешь использовать свои силы шинигами. — Зангецу сделал весьма точное предположение о цели визита своего хозяина. — И тебе пришлось отправляться ко мне весьма… нетрадиционными методами.       — Эй, завязывай, — отрезал парень, чутка покраснев и отвернувшись в сторону, — как только мы вернемся в банкае, я хорошенько врежу тому кучерявому типу! Знал ведь, что кучерявым людям доверять опасно!       — Не стоит быть таким категоричным в отношении к нему. В конце концов, этот способ сработал. Но даже так, с этим придется сложно.       — Это еще почему? — Спросил Ичиго. — Неужели, это из-за…       Меж тем, в реальном мире Гинтоки и Шинпачи отрубили мечами щупальца, что пытались сломать Кагуру своими объятиями. Чад продолжал навешивать основному чудищу руками Ишида простреливал контрольными стрелами и по отрубленному, чтобы быть наверняка уверенным, что её не задушат. Садахару подобрал тут же Кагуру, которая спустя небольшой период тяжелого дыхания и кашля встала рядом с Ишидой.       — Поразительно… — отметил он, наблюдая за ними.       — Что… впервые видишь, как… противника забивают не в одного, ару? — Она еще не отошла от таких обнимашек.       — Эм… нет, — Ишида не понял данного подкола, — я про то, что они создают вокруг своих мечей защитную оболочку из реяцу, чтобы сделать из дерева сверхпрочный материал…       — Так вот почему… эти грязные палки рубят… даже сталь, ару. А ведь у Гин-чана… всего лишь сувенир из… телемагазина.       — Серьезно? — Удивился Ишида. — У вас есть телемагазины?       — У нас куча всего, и даже то… чего у вас пока нет, ару.       — Вот как…       — Духовные частицы этого мира прилегают плотно в хаосе. — Объяснял Зангецу, приблизившись к Ичиго. — Они сложны для концентрации в заряд для одних и мешают высвобождению духовной энергии для других. Так называемая балансировка для мира, где нет привычных шинигами и духов.       — А в чем проблема для высвобождения? — Не понимал Ичиго. — Ладно Ишиде проблематично стрелы из неё делать, но почему тот же Чад бьет своими силами не в полную силу?       — Хаотичность частиц давит на высвобождение. Это как плыть против течения. Необходимо куда больше энергии, чтобы получить привычную скорость. Сложность будет не в том, чтобы войти в банкай, а поддержать его. Для одной атаки.       — Вот как… — сказал парень, опустив голову. — Так это из-за того самого баланса я так ограничен в силах?       — Да. Баланс сдерживает тебя в приемлемой для него форме, чтобы давление мира не начало тебя задавливать.       — Но ведь, я же могу войти в банкай, верно? — Спросил Ичиго.       — Верно, но предупреждаю, — Зангецу положил руку на плечо своего хозяина, — действовать придется быстро, если не хочешь, чтобы тебя задавило…       Схватка с Мадао-Демоном продолжалась около десяти минут, но запыхались уже только Йорозуя и друзья Ичиго. С потрепанной одеждой, ушибами и царапинами на лице. Эта тварь же просто не хотела угомониться, продолжая наступать своими когтистыми, мощными лапами и постоянным использованием телепортации.       — Дело дрянь. — Сказал Гинтоки. — С такими темпами он перейдет прямо на Ичиго. У кого-нибудь есть варианты, как его еще ослабить?       — Гин-сан, в этом-то и проблема, — Хасегава заговорил через очки, — он соткан из темной энергии, достаточно прочной, чтобы выдерживать обычные удары. Нам нужна очень мощная атака, чтобы пробить его.       — Я и без тебя это понял! У кого-нибудь есть в запасе коронный прием, которым можно его приложить?!       — Есть. — Чад посмотрел на свою левую руку дьявола. Глядя на то, насколько живучим оказался Мадао-Демон, единственным оставшимся приемом, который можно было использовать против него, это Ла Муэрте. Гинтоки также глядел на его руку и понимал, что к чему, посему кивнул в качестве немого подтверждения, что прикроет. Чад кивнул в ответ.       — Шинпачи! — Воскликнул самурай. — Прикроем его!       — Да! — Согласился Пацуан, встав в стойку.       Монстр вновь пошел в атаку, намеревавшийся уже перестать играться со своими противниками. Шинпачи и Гинтоки брали его на себя, чтобы отвлечь, пока Чад собирает энергию на кончиках пальцев. Это происходило куда дольше, чем предполагалось. Она требовала большей концентрации и усилий, чтобы собраться даже для того, чтобы получился удар больше половины силы. А тварь к тому времени уже нагоняла по скорости и все точнее попадала по своим противникам. Чего уж там, она даже успела отбить Шинпачи тыльной стороной лапы, отбросив того в сторону.       — Пацуан!       Но ждать им оставалось недолго. Стремительно Чад направился к Мадао-Демону, который был слишком занят самураями. Не успев соскочить в портал, монстр попадает под удар левой руки дьявола, прямо в дом. По стене спустя пару секунд после столкновения прошелся узор черепа, который обрушил этот дом вместе с монстром. Казалось бы, Мадао-Демон побежден. Уходил от разломанного дома, смотря на уставшие лица товарищей. Однако у Гинтоки было такое чувство, что это не конец. И это чувство его редко обманывало…       — Берегись!       Внезапно, из-под груды щепок и древесины выбралось щупальце, которое было нацелено на спину Чада, только теперь с заточенным концом, готовое убить протыкающим ударом. И последний ничего бы не смог сделать, кроме как оглянуться, если бы не при прилетевший заряд темной реяцу по щупальцу.       — Извините, что заставил вас ждать. — Голос принадлежал Ичиго, который, не выходя из тела, смог все же войти в банкай. — Сейчас все закончится.       Та самая форма банкая, похожая на его старый вариант полуторагодичной давности, но куда более аккуратный, с большими вкраплениями белого и крестообразными связками. И меч, который отличался от старого Тенса Зангецу зубьями на тупой стороне лезвия и более сложной цубой. Стоило Мадао-Демону под завалами еще сильнее зашуршать, как Ичиго приготовился собирать энергию для достаточно мощной Гецуга Тенщё. Но тут же в эффект пошло то самое противоположное течение, которое мешало ему сделать это быстрее, а Мадао-Демон мешкать и не думал.       — Быстрее, Куросаки, он поднимается! — Торопил парня Ишида, но как бы Ичиго не тужился, набор энергии шел уж больно медленно. В его душе даже начали проявляться сомнения о том, а сможет ли он совершить этот удар. Со страшной силой ему приходилось терпеть это самое давление, пока монстр уже выбирался из завалов. Ичиго выжимал из себя все, но ему попросту не хватало мощи, чтобы усилить эту атаку. Но помощь в этом пришла от не совсем ожидаемого источника.       — Ой-ой, — Гинтоки схватился за рукоять зампакто Ичиго одной рукой, положив другую ему на предплечье, — я смотрю, у тебя проблемы с собственной энергией.       Тут же энергия самурая пошла по клинку. Ичиго сам того не осознавая, вбирал духовную силу Гинтоки и чувствовал, как становится легче. Его, будто бы, уже не давит снаружи та самая хаотичная мощь мира. Наоборот, ему помогает эта сила. Сила в руках Гинтоки.       — Мог бы и сказать, что надо подсобить! — Сказал он. — Если наша рейрёку на тебя давит, ты только скажи, мы тебе своей дадим, сколько можем!       — Гинтоки… — Впервые Ичиго назвал самурая по имени, чувствуя, как его переполняет эта самая сила. Он одобрительно кивнул в ответ и приготовился выстрелить. — Готов?!       — Готов еще с самого рождения!       Мадао-Демон только поднялся из завалов, оглушенный и контуженный после Ла Муэрте, посему он не сразу приметил тот факт, что реяцу Ичиго и Гинтоки сливаются в одну и собираются по нему жахнуть так, что от того останется абсолютно ничего. Такая мощь его пугала, ведь над ними реяцу приняло форму двуликой маски демона и черепа. Сейчас бы уйти от них в портале и вновь затаиться на дне, но тут, вместо того, чтобы портал забрал его в восвояси, из него вылетели цепи, которые опутали ноги монстра. Он не мог пошевелиться и сделать шаг. И что самое худшее…       — Гецуга… — Гинтоки и Ичиго были готовы бить. И они ударили. — ТЕНЩЁ!       Черно-белый крученый заряд вылетел и попал точно по Мадао-Демону, устроив большой, ослепительный взрыв, после которого не осталось абсолютно ничего, кроме все тех же обломков дома. Но что странно, дома впереди тех обломков не пострадали, будто бы монстр принял удар на себя и полностью его впитал, но не смог выжить от перегрузки. Вернее, так они думали…       На деле же, вся та огромная мощь ушла вместе с трупом твари через портал прямо в то измерение, из которого телепорты и управлялись одним человеком. Ну, или душой+, одетой в покрывающие все тело одеяния с меховым воротом и капюшоном-маской на все лицо, из которого виднелись лишь прядки красных волос и зеленые глаза. Атака пошла дальше по измерению, прорезая ткань того пространства. Закрыв портал, он судорожно сел на колени, дрожа то ли от усталости, то ли от страха.       — Ты как, Ноба? — Ему на плечо положил руку двухметровый губастый мужчина с       зеленовато-черными волосами, связанными в нижний хвост, и козьей бородкой. Одетый в жилетку с острым воротником и острыми чёрными наплечниками, и обтягивающие брюки с тяжёлыми сапогами, он показывал, что ему не безразличен Ноба.       — Слишком мощно… — Тихо ответил мастер телепортаций. — Чуть было не порвало.       — Ну-ну, что за покойный вид?! — Клод тут же заявился на огонек, чтобы подбодрить Нобу, — Радуйся, что нас не придется отчитывать этому бестолочу. Не так ли, Рекинбоу?       Тот самый двухметровый мужчина обернулся к нему, но ничего не сказал. Да, конечно, их задача была поддержка этой копии того, кого Йорозуя считали своим другом, но видя, в какое месиво оно превратилось, идея была не из лучших.       — Вы только посмотрите, какой же он урод. — Ририн пришла вместе с Клодом и осматривала останки Мадао-Демона. — Надеюсь, теперь нам не придется уповать на этого выскочку, чтобы довершить планы нашего господина…       — В этом вы можете не беспокоиться. — Спокойный, радостный тон Негуро Факузо выдал его местоположение за ними. Все тот же низкий мужчина в костюме тройке, подходивший к душам+. — Я получил достаточно опыта и информации о наших прекрасных клиентах…       — То есть, это что получается, — до Клода только дошло, — Все это время двойник должен был быть марионеткой и грушей для битья, чтобы помочь нам знать, как бороться с сопротивлением в дальнейшем поглощении обоих миров?!       — Ну, естественно, идиот, — Рекинбоу дал затрещину усачу в шляпе, — даже ребенок это поймет сразу.       — Тем не менее, стоило ли делать куклу того Мадао такой отталкивающей? — Спрашивала Ририн. — Можно же было взять любую другую форму для обманки…       — Но Хасегава Тайзо был достаточно отчаянным и наивным, — Негуро повел пальцем в стороны, — чтобы попасться на мой дар убеждения. Остальные бы легко почуяли подвох и отказались.       Медленно он подошел к чему-то, похожему на экран в этом багровом пространстве и увидел занимательную картину, как Ичиго и Гинтоки держат меч вместе во время удара. Действительно дельный снимок, который так сложно получить в реальности. Посему Факузо взялся за подбородок и отметил:       — Белый демон и чёрный шинигами… Интересное сочетание. Мне даже любопытно, что оно может предложить мне…